Текст книги

Эдуард Рогов
Вальс со Смертью


– Можешь звать меня, Аргусом. Мне понравилось звучание, и аналогия.*

– Где ты?

– Мое тело, находится сейчас рядом с тобой. Позже, его нужно будет поместить в специальный контейнер. Что касается нашего диалога – думаю, ты уже понял, почему он стал возможен.

Внезапно накативший ужас, леденящей волной прошелся по всему телу. Судорожно прокашлявшись, я торопливо пошевелил руками и ногами. Пока все в порядке, но …

– Успокойся! Я не собираюсь брать под контроль, твои двигательные центры. Есть проблемы посерьезнее. В резервном полушарии твоего мозга, удалось сохранить лишь часть моей личности. Слишком малый объем, слишком примитивная структура …

– Примитивная структура!? Ах ты скользкий, вонючий бурдюк! Жалко, что я не опробовал на твоей туше один из приемов, которые как-то показал мне Ганс!

– Я рад, что ты готов к действиям и способен отстаивать свои интересы, – на этот раз, голос звучал с явной издевкой. (Он что, тоже обладает юмором,

* Очевидно, Чужак намекает, что будет стоять на страже интересов Сержа.

или одолжил немного моего?) – Но боюсь, отныне нам придется решать все разногласия, исключительно мирными средствами. Давай примем то, что произошло, и вместе попытаемся вытащить нашу общую задницу из дерьма, в котором она оказалась. (Ничего себе жаргончик, у этой биомассы!)

– Кстати, о проблемах. Похоже, мы действительно получили лишь отсрочку. Экипаж …

– Можно поделиться информацией?

– Да!

– Меня зовут Аргус!

– Аргус, как твой сосед по этому, теперь уже вдвойне несчастному телу, я убедительно прошу тебя, поделиться имеющейся информацией!

– О кей, Серж! Или мне звать тебя, Ульриком?

– Ульрик – для друзей … Впрочем, зови как хочешь. Давай, не тяни резину!

– Что касается времени, то в течение нескольких часов, мы все равно не сможем покинуть эту каюту. Вещество, с помощью которого была осуществлена эвтаназия, довольно нестойко, но чрезвычайно ядовито. Поэтому …

– Повтори, что ты сказал?!

– Все твои товарищи, мертвы!

Глава 4

Разноцветные огни реклам, лучи фар встречного транспорта и прочие краски тайфонской ночи, поочередно врываются в окна моего такси. Немногословный водитель (хоть в этом повезло!) сосредоточенно маневрирует в довольно плотном потоке. Преимущество внутреннего диалога в том, что можно не опасаться скрытых камер и микрофонов, лишь бы не доставали докучливые собеседники.

– Не вздумай разыгрывать из себя шпиона, – поучал меня Аргус. – Почти наверняка мы «под колпаком», так что не оглядывайся назад, можно лишь слегка косится в окно. Не сиди столбом, но и не дергайся, а лучше…

– Слушай, прекрати трепаться и просвети меня немного, пока есть время. Неужели я действительно, накаркал всю эту хрень с гноррианцами?

– Исключено, Серж. Они могут закодировать человека на определенные действия, но тут работал полностью вменяемый профессионал, (профессионалка – автоматически отметил я) причем высочайшего уровня.

– А если элементарная вербовка?

– Продавшиеся чужеродным монстрам Иуды? Хм, не исключено, но маловероятно. Пойми, ведь таких агентов не используют в одиночку, без прикрытия. А тайная сеть гноррианцев в этаком захолустье …

– Да, в это вериться с трудом. Слушай, откуда в твоих инопланетных мозгах, столько знаний о наших «заморочках»? Тактика спецслужб, и все такое…

– Я умею работать с информацией, Серж. «Библиотека» вашего крейсера, содержит много весьма интересных и специфических изданий. А время у меня было.

– Что верно, то верно … Кстати, почему ты так уверен, что эта милая незнакомка – пси-оператор? Я полностью тебе доверяю, но разве не существует вероятности …

– Вспомни ее лицо, Серж!

– Что?

– Милая незнакомка, валькирия, богиня ночи …Узкое аристократическое лицо, длинные каштановые волосы, темно-синие глаза … А еще, Серж, еще? Я смог выжать из тебя, не так уж много подробностей. А ведь фотографическая зрительная память – твой профессиональный рефлекс. Попробуй еще раз!

Я сосредоточился и перед внутренним взором послушно возникло весьма привлекательное, холеное лицо – но без привычной четкости, так мог бы вспоминать о случайной знакомой, обычный человек.

– Да, действительно! Похоже, ты прав.

– Может быть другие подробности, отложились в твоей памяти лучше? – скабрезная интонация не оставляла сомнений, что именно Аргус имел в виду.

– В данной ситуации, глупо было бы разыгрывать из себя святошу, – миролюбиво заметил я. – Положение довольно паршивое, так что давай без подначек, ладно? Итак, мы пришли к единому мнению. Нами заинтересовался некто весьма серьезный, имеющий хорошую агентурную сеть, даже на второстепенных планетах. Что дальше?

– Не знаю, Серж, не знаю. По крайней мере, не будем делать резких телодвижений. Прежняя легенда об офицере-отпускнике, случайно выбравшем для отдыха этот мирок, остается в силе. Пока мы не покажем, что обнаружили их игру, у нас есть хоть какой-то шанс … А вот и наша берлога. Надеюсь, удастся спокойно провести хотя бы эту ночь. Твоя задача – крепкий и беспробудный сон, а я постараюсь разобраться, что за информацию пытались впихнуть в твою дурную голову …

_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _

Ау-уу! Со вкусом зевнув, я открыл глаза и недовольно уставился на белый пластиковый потолок своего временного пристанища. В моей каюте на крейсере, цветовая гамма была куда приятнее, кроме того, можно было менять режим освещения, добиваясь эффекта углубленного пространства. Когда проводишь в закрытых помещениях большую часть жизни, такие вот «мелочи», приобретают первостепенное значение. И пусть режиссеры боевиков и авторы популярного чтива (не спорю, иногда весьма приятного и занимательного) являются убежденными сторонниками «серо-стальных коридоров».

Ха! А почему же древние субмарины, боевые корабли и даже танки и атмосферные летательные аппараты, были окрашены изнутри исключительно в «детский», нежно-кремовый цвет?

Не знаете? Тогда почитайте что-нибудь о воздействии цветовой гаммы на психику, или, если это слишком сложно, просто просмотрите иллюстрированные военные журналы 20-го века. Когда найдете там (внутри, не снаружи!) что-нибудь аспидно-черное или серо-стальное, дайте мне знать …

– Браво, Ульрик! В тебе погиб литературный критик! Учитывая, что ты проснулся, хочу проинформировать – есть новости, две хороших и одна – не очень. В каком порядке излагать?

– Давай хорошие, – хотелось отпустить в адрес Аргуса нечто язвительное по поводу его чувства юмора, но лень было напрягать извилины.

– Первое. Ты проспал 9 часов 52 минуты и полностью восстановил свои силы.

– Угу!

– Новость вторая! Попытка кодирования, действительно имела место, но была своевременно сорвана. Информация, введенная на начальном этапе, стандартная – обретение доверия к оператору, блокировка защитных инстинктов и тому подобное.

– Очень мило! Как насчет третьей новости?

– Серж! Пожалуйста, воздержись от резких движений и высказываний вслух, – голос Аргуса, моментально стал серьезным. – Я не хотел давить на тебя сразу, но …

– Продолжай! – повернувшись к стене, я изобразил еще один зевок, стараясь не переусердствовать.

– Твоя ночная знакомая, находится сейчас в соседней комнате нашего номера!