Зосима Тилль
Минимо: макси(ма)лист


А вообще сладкие женщины предпочитают ликёры и, закатив глаза в восторге от липкого приторного напитка, всячески пытаются показать, какие они утонченные натуры. Ещё они любят называть тебя «пупсиком» и регулярно жаловаться на парикмахера. Гламурные фифы, одним словом. Тем, кто готов сделать не свою, а их жизнь такой же сладкой, как и содержимое ликёрных рюмок – вперед под танки, флаг в руки и барабан на шею!

Ринат поперхнулся и с интересом уставился на жену, которая, судя по специфическому блеску в глазах, уже неприкрыто была готова к гораздо большему, чем просто трепаться на скабрезные темы за столом, но пока что интенсивно прокручивала в голове список общих с Ринатом знакомых в поисках этой «ликёрно-ромовой бабы» …

– А как же женщины, искренне убежденные в том, что мужчины пользуются ими, ничего не отдавая взамен, а потом избавляются, как от ненужной вещи? – не выпускала из своих рук инициативы Ирина. – Согласись, парадоксально, но во многом здесь виновата сама женщина, которая словно запрограммирована быть жертвой. А мужчины определенного типа это чувствуют и слетаются к ней, как к гостеприимному уголку. Слетаются и чувствуют себя с ней неполноценными – еще бы, они ведь не могут доставить ей никакого удовольствия! Они злятся и вымещают на ней свою злость, а она терпит эту боль, словно наказывая себя за какой-то давний, зачастую надуманный проступок…

– Ну, такие любят крепкие напитки, не важно какие, главное, чтобы в голову било сразу… – философски заметил Ринат. – Они потихоньку спиваются и мутируют в типаж «горьких». Такие на вопрос, что заказать, в большинстве случаев отвечают «всё равно». Ну и напоишь ты её. Трезвая или нет, она отдастся уже через пару часов, но никакого удовольствия от этого никто никогда не получит. Скорее всего, она просто злоупотребляет «синькой», хотя есть небольшой шанс, что просто хочет «тяпнуть» для храбрости. С одной только лишь оговоркой: изменит ли храбрость ей или ее организму, сама толком никогда не знает. Хардкор, если она переживает очередную любовную драму. Если не реальную, то прошлую. Тогда с каждым глотком сосредоточиться на тебе ей будет все сложнее и сложнее, и в конечном результате она гарантированно сосредоточится на твоём плече, обливая его горючими слезами или вымещая на нём кулаками все обиды, нанесенные ей мужским родом с морковкиного заговения до текущего дня. Так что лучше оставить её в покое уже после того, как она пригубит свой первый бокал.

– Любая женщина выглядит ровно настолько пьяной, насколько пьянит её находящийся рядом мужчина, – попыталась возразить на это Ирина.

– Может это… Хватит уже трепаться, и давайте, наконец, выпьем за наш день рождения? К тому же до его окончания осталось ровно пять минут! – предложила Дарина.

– Давайте, кому что налить? – в Ринате оживился джентльмен.

– Ну, Ринатик, ты же весь вечер нам рассказывал о том, насколько ты разбираешься в напитках и женщинах. Считай, что тебе очень крупно повезло! – с загадочной улыбкой прокомментировала его искромётный спич Ирина. – Перед тобой сидят две уже достаточно пьяные женщины, и теперь твой ход. Пожалуйста, сделай его достойно…

Ринат сгреб три бокала, отвернулся к столу, разлил нечто ароматное и, повернувшись к сестрам, предложил их им с довольной улыбкой.

– Интересно, а мы все вместе с вами какой напиток? – пригубив, спросила Рината с Дариной Ирина.

– Мы? Мы вода. Аш Два О, – немного подумав ответила ей сестра. – Мы с тобой дважды гидрогениум, Ринат – единожды оксигениум. Мы вода, а, как известно, связи в молекуле воды между водородом через молекулу кислорода самые прочные в этом мире.

– То есть хочешь сказать, что всё так просто? Я-то, грешным делом, уже начала подозревать себя в том, что в своем бесконечном переборе мужиков в конце концов оказываюсь нимфоманкой, которой мужчины, а вернее, некоторые их части, становятся остро необходимыми. Мужчина стал для меня превращаться всего лишь в безликого носителя фаллоса. Я дошла даже до того, что посетила психоаналитика. Он меня выслушал и вынес мне диагноз: я, не замечая в своих партнерах личность, своим отношением бессознательно мщу им за то, что они не видят личности во мне, – со слегка наигранной грустью констатировала Ирина. – Как ты думаешь, сестренка?

– И зачем ты ищешь то, что я уже нашла? – засмеялась в ответ Дарина. – Ты, видать, со своими поисками совсем перестала смотреть в зеркало, сестрёнка? Мы – близняшки, до трещинки являемся точными копиями друг друга. У нас с тобой даже отпечатки пальцев идентичны. Думаешь, если мы с тобой, как сегодня, надеваем одинаковые костюмы, с мужчиной ситуация в чём-то в корне отличная?

Дарина заговорщицки подмигнула сестре и протянула Ринату опустевший бокал.

Дальнейшее Ринат помнил смутно. То ли сказалась накопившаяся за рабочую неделю усталость, то ли это сработал микс из напитков, которые он успел за вечер напробоваться. Девушки выходили, возвращались, менялись местами, снова выходили, меняли место дислокации… Под конец он запутался в них настолько, что уже не мог для себя в точности отличить одну от другой. Они выпивали на брудершафт, поочередно танцевали друг с другом, снова выпивали, танцевали и так по кругу. Было легко и надежно, словно они ненадолго вернулись в те времена, когда Дарина с Ринатом ещё не были расписаны, и он с гордостью нёс свой крест по содержанию в порядке строгинской съемной двушки.

Для Рината вечер закончился неожиданно бурным сексом, словно в конфетно-букетный период. Он лежал в кровати и прислушивался к доносившемуся с кухни щебету уединившихся друг с другом сестричек. Из блаженной полудрёмы его вывел стук каблучков по ламинату на минуту зашедшей в спальню Рины.

– Милая, а что это было? – Ринат, требуя её в охапку, протянул руки.

– Всё когда-нибудь бывает впервые… – загадочно улыбнулась ему она. – Даже второй раз. Спи давай. Завтра будет новый день и новая жизнь.

Ринат ещё немного поворочался с боку на бок, ища удобное положение. «С кем же я сейчас… Кто из них есть кто на самом деле?» Мысли смешивались и путались, словно меланжевая пряжа. Через какое-то время, устав окончательно от всех приключений этого суматошного дня, он отключился.

– В Москве полдень. Вы слушаете радиостанцию «Твин-ФМ», – вещали радиочасы.

Ринат проснулся достаточно поздно. Голова гудела, и уличные звуки набатом отражались от каждого закоулка его мозга… Стол в гостиной был уже убран, постельное белье на диване, где, по идее, должна была спать Ирина, аккуратно сложено в стопку. Он, потягиваясь, подошёл к окну и посмотрел на парковку. Маленькой красной машины на её вчерашнем месте не было.

– Доброе утро! А где сестра? – спросил он у подкравшейся к нему со спины и обвившей его руками Рины.

– Сестра уже уехала, милый! – чуть непривычно проворковала та на ухо она.

«Милый? Хм… Это что-то новенькое», – подумал Ринат, но догадался промолчать, чтоб не нарваться.

– Что, уехала по-английски и даже не попрощалась?

– А ты спи побольше! Глядишь, ещё и не то проспишь… Но ничего, следующее 29 февраля – через четыре года. У нас с тобой в запасе достаточно времени, чтобы как следует подготовиться к её новому, полному маленьких неожиданностей возвращению…

ЛЮБИМАЯ МОЗОЛЬ, ИЛИ МОЙ ЗОЛОТОЙ МИЛЛИАРД

Люблю я, знаете ли, проснуться рано утром, подышать свежим онлайном и в очередной раз не понять, как вы вообще живете без депрессии? Чем занимаетесь? Хохочете целыми днями, что ли?

Но сейчас не об этом. Сейчас об отсутствии секса, которые очень жёстко бьёт… «По нервам?», – спросите меня вы. «Нет», – отвечу я вам. «По здоровью?» «Нет!» «А по чему тогда?» «По холодильнику!» И попробуйте сказать мне теперь, что я не прав!

Прав, равно как и в том, что даже самый смелый из всех нас всё равно больше всего боится самого себя.

Вот смотрю я в последнее время себе тихонечко на все эти истории про сексуальные домогательства в цивилизованном мире и думаю себе под свой большой с пропиской нос: «Ну ни харра?смента себе!»

Ничего не удивляет, но странно только одно, почему до сих пор никто не догадался озвучить простейший с поверхности тезис о том, что вся эта шумиха общественным сознанием является составной частью политики по контролю за рождаемостью? Частью плана по реализации теории «золотого миллиарда», приверженцами которой является почти вся верхушка списка Форбс?

А что, вполне себе логично. Когда-то начали с того, что вывели из тени противоестественные – не ведущие к размножению – виды секса. Помните сексуальную революцию шестидесятых годов прошлого века? Женщина же – сложное существо. Даже ключ от сердца ей нужно вставлять в совсем другое место, а какое – выбор есть. Предложили их вообще за секс не считать. Так, знак внимания, почтения, признательности или услугообмена. Даже салоны обучения искусству оральной любви открывали.

В итоге по статистике половина Америки, судя по опросам общественного мнения, так и считает – «Ай эм американ, ай нид за блоуджоб энд пицца!» – но… размножается! Не помогло, значит. Предложили разумную альтернативу, но не зашло.

Тогда предприняли маневр с другой стороны. Для начала деклассировали мужскую и женскую роли в обществе и внедрил наркотики как часть молодежной субкультуры. Психоделической рок, феминизм, панк-движение и всё такое. Бабы тогда с радостью пошли на охоту, а мужики… Мужики в большинстве своём не смогли поддерживать огонь в домашнем очаге и встали на путь саморазрушения. Но вновь оказалось мало.

Началось внедрение в массовое сознание самым доходчивым путём – через рекламу – тезисов о том, что противоположный пол грязен до отвращения. У женщин – регулы, у мужиков – перхоть, а скопом все они воняют, как стадо брачующихся бизонов, ибо потеют постоянно и нещадно. Про то, что феромоны, источаемые человеческими телами и активно убиваемые хотя бы теми же самыми дезодорантами – основа взаимопритяжения полов, при этом скромно умолчали. И, создав почву для подсознательного отвращения мужчин к женщинам и наоборот, стали переходить к навязыванию однополого секса. Гормон через него успокоить можно, а вот размножиться – никак. Началась эпоха диско и вируса иммунодефицита человека. Ну чем не контроль?

Что дальше? Дальше тех, кто не понял, нужно показательно наказать. Причём, начиная со своих. Чтобы чужие боялись пуще, и «Здравствуйте, херр Харра?смент в особо извращённых формах!» Кинул искоса, низко голову наклоня, пристальный взгляд даже не на грудь, просто на чьи-то дойки, мимолетом дотронулся до полупопия – всё, ф тюрму! И раструбить на весь мир обязательно!

Но пройдет и это. В эпоху тотального маркетинга и пиара срок жизни любой новой идеи ограничен временем, в течение которое она приносит баблосики. Далее её двигают только фанаты и идиоты, разница между которыми почти не заметна.

Когда закончится и этот этап борьбы за «золотой миллиард», предлагаю не останавливаться на достигнутом, а вообще запретить неконтролируемый межполовой секс. Только в целях продолжения рода, в благоприятственные для этого дни, после прохождения кучи сопутствующих анализов и под строгим контролем врачей в специально отведённых для того местах. Потом, кстати, талоны на потомство можно ввести.

И, как мне кажется, первый шаг в этом нужном направлении уже сделан. Вспомните историю про формально заверенное «Согласие на секс», без которого любой половой акт можно выдать за изнасилование. Пробный шар в сборе бумажек, так сказать. Первый, но не последний, как мне кажется. За формальным заверением вполне можно ввести обязательное нотариально, а там и до абонемента или купонной книжки – рукой подать.

Так что вперёд, к победе идей «золотых миллиардеров», ибо процесс давно уже необратим!

Лично мне жутко нравится модель поведения Алисы в Стране Чудес. Она просто без разбора ела и пила всё, что только ей предлагали, при этом надеясь, что это каким-то волшебным образом решит все её проблемы.

Я бы тоже с радостью стал хоть чуточку, но лучше, но где же найти столько радости? Учитывая мой характер, я с каждым днём всё больше и больше поражаюсь, что рядом со мной всё ещё есть люди. Ведь я уже не пью, пока что ещё курю и до сих пор сволочь, которая озабочена одним вопросом, почему светлым должно быть будущее, а не настоящее.

Кстати, в моем доме свет живет в холодильнике. Так что пойду-ка я пока поставлю ему очередную пару лайков. Ведь главное в этой жизни – никогда не сдаваться, хотя лично я бы с удовольствием сдался кому-нибудь. Потому что с удовольствием – это совсем другое дело! С удовольствием, как в сауну, куда мы приглашаем тех, кто нам нравится, в отличии от бани, куда нас посылают те, кому не по душе мы, в противовес им не научившиеся имитировать не только оргазмы, но и счастье. Красиво. Искренне. Неподражаемо. Громко и пошло.

ВСЁ ДЛЯ СЧАСТЬЯ И ЛЮБВИ

Взросление поэта – бег от разврата,

Но седина на висках замыкает круг.

Всё по сути – бессмысленность и растрата

Время «тик-так» и сердце «тук-тук».

Рустам «Рустевели» Аляутдинов.
Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск