зарубежная классика
«…О, ужас! Гадкие щенки,
В тарелки сунув языки,
Лакают громко молоко…
Представить сцену нелегко!…»
«…О, ужас! Гадкие щенки,
В тарелки сунув языки,
Лакают громко молоко…
Представить сцену нелегко!…»
Французский писатель Антуан Франсуа Прево, больше известный как аббат Прево (1697—1763), завоевал популярность как автор многотомных романов. Однако бессмертную славу ему принесла небольшая повесть «Манон Леско» (1731), признанная шедевром мировой ли…
Французский писатель Антуан Франсуа Прево, больше известный как аббат Прево (1697—1763), завоевал популярность как автор многотомных романов. Однако бессмертную славу ему принесла небольшая повесть «Манон Леско» (1731), признанная шедевром мировой ли…
«…Много есть про злых детей
И рассказов, и статей, –
Но таких еще проказ
И не слыхано у нас!
Да, сознаться мы должны…»
«…Много есть про злых детей
И рассказов, и статей, –
Но таких еще проказ
И не слыхано у нас!
Да, сознаться мы должны…»
«Я видел сон, не вовсе бывший сном.
Потухло, мнилось, солнце, без лучей
По беспредельности блуждали звезды,
И хладная земля чернелась в мрачной,
Безлунной тверди. Наступил час утра,
Прошел, настал опять – дня нет, как нет!..»
«Я видел сон, не вовсе бывший сном.
Потухло, мнилось, солнце, без лучей
По беспредельности блуждали звезды,
И хладная земля чернелась в мрачной,
Безлунной тверди. Наступил час утра,
Прошел, настал опять – дня нет, как нет!..»
Больной в клинике для слепых влюбляется в голос девушки. И вот после операции с его глаз снимают повязку…
© FantLab.ru
Больной в клинике для слепых влюбляется в голос девушки. И вот после операции с его глаз снимают повязку…
© FantLab.ru
«Мне дорог час, когда бледнеет пламень дня
И солнце с запада на море льет сиянье:
Тогда встают мечты дней прошлых для меня
И вздох вечерний шлет к тебе воспоминанье…»
«Мне дорог час, когда бледнеет пламень дня
И солнце с запада на море льет сиянье:
Тогда встают мечты дней прошлых для меня
И вздох вечерний шлет к тебе воспоминанье…»
«…Театр находился на лугу, называвшемся Длинной Лощиной. Небольшая речка, которая, пробежав еще через два-три луга, вертела колеса мельницы, делала на Длинной Лощине крутой поворот, и в самой середине образованного ею мыса было странное волшебное кол…
«…Театр находился на лугу, называвшемся Длинной Лощиной. Небольшая речка, которая, пробежав еще через два-три луга, вертела колеса мельницы, делала на Длинной Лощине крутой поворот, и в самой середине образованного ею мыса было странное волшебное кол…
«– Не трогай, брось, говорю тебе, постылая харя, не то проучу! Смотри, захнычешь еще у меня не так!
Чей-то злобный, кричащий голос произносил эти слова как раз в ту минуту, когда под тяжелыми шагами Джемса Понтина скрипнула последняя ступенька лестни…
«– Не трогай, брось, говорю тебе, постылая харя, не то проучу! Смотри, захнычешь еще у меня не так!
Чей-то злобный, кричащий голос произносил эти слова как раз в ту минуту, когда под тяжелыми шагами Джемса Понтина скрипнула последняя ступенька лестни…
«Степь легла передо мною…
Гаснет солнце на закате;
Как на крыльях соколиных,
Мчится конь мой все быстрее!
Городов и сёл не видно…»
«Степь легла передо мною…
Гаснет солнце на закате;
Как на крыльях соколиных,
Мчится конь мой все быстрее!
Городов и сёл не видно…»
«Однажды, в начале ноября, страшный ветер, бушевавший в горах три дня и три ночи, наломал столько деревьев в Татрах, что местами целые склоны были завалены сосновым буреломом… Лишь кое-где торчали буки с замерзшими листьями, державшиеся на глубоко уш…
«Однажды, в начале ноября, страшный ветер, бушевавший в горах три дня и три ночи, наломал столько деревьев в Татрах, что местами целые склоны были завалены сосновым буреломом… Лишь кое-где торчали буки с замерзшими листьями, державшиеся на глубоко уш…
«Мэри отправлялась на большой раут к Лудзким. Две горничные подавали ей платье и туалетные принадлежности, парикмахер в последний раз окинул глазами произведение своего искусства и с глубоким поклоном вышел из комнаты. За дверью он сплюнул и со вздох…
«Мэри отправлялась на большой раут к Лудзким. Две горничные подавали ей платье и туалетные принадлежности, парикмахер в последний раз окинул глазами произведение своего искусства и с глубоким поклоном вышел из комнаты. За дверью он сплюнул и со вздох…
«…Чем ближе день прощания с землей,
Предел скорбей, что в жизни нас терзали,
Тем больше сознаю усталою душой:
Жить в этом мире стоит нам едва ли!..»
«…Чем ближе день прощания с землей,
Предел скорбей, что в жизни нас терзали,
Тем больше сознаю усталою душой:
Жить в этом мире стоит нам едва ли!..»
В книгу вошли сказки Ганса Христиана Андерсена «Суп из колбасной палочки», «Дикие лебеди», «Гадкий утенок», «Домовой мелочного торговца», «Дюймовочка», «Цветы маленькой Иды» в классическом переводе А. и П. Ганзен. Иллюстрации Ники Гольц.
В книгу вошли сказки Ганса Христиана Андерсена «Суп из колбасной палочки», «Дикие лебеди», «Гадкий утенок», «Домовой мелочного торговца», «Дюймовочка», «Цветы маленькой Иды» в классическом переводе А. и П. Ганзен. Иллюстрации Ники Гольц.
«…Заалел восток зарёю,
Луч дрожащий звезд потух;
Возвещая людям утро,
На селе пропел петух.
Королю Эдварду в очи
Солнца свет блеснул – и вот,
Слышит он, прокаркал ворон:
День печальный настаёт…»
«…Заалел восток зарёю,
Луч дрожащий звезд потух;
Возвещая людям утро,
На селе пропел петух.
Королю Эдварду в очи
Солнца свет блеснул – и вот,
Слышит он, прокаркал ворон:
День печальный настаёт…»
«…Как лепестки весеннего цветка
В глуши лесов таинственно тенистой,
Дрожать, при первой ласке ветерка,
Улыбкою загадочно душистой…»
«…Как лепестки весеннего цветка
В глуши лесов таинственно тенистой,
Дрожать, при первой ласке ветерка,
Улыбкою загадочно душистой…»
«Прими мой перевод любимого нашего романа. Смиренный литограф, приношу великому живописцу бледный снимок с картины великого художника. Мы так часто говорили с тобою о превосходстве творения сего, что, принявшись переводить его на досуге в деревне, мы…
«Прими мой перевод любимого нашего романа. Смиренный литограф, приношу великому живописцу бледный снимок с картины великого художника. Мы так часто говорили с тобою о превосходстве творения сего, что, принявшись переводить его на досуге в деревне, мы…
«Стариною отзывается, любезный и благосклонный читатель, начинать рассказ замечаниями о погоде; но что ж делать? трудно без этого обойтись. Сами скажите, хороша ли будет картина, если обстановка фигур, ее составляющих, не указывает, к какому времени …
«Стариною отзывается, любезный и благосклонный читатель, начинать рассказ замечаниями о погоде; но что ж делать? трудно без этого обойтись. Сами скажите, хороша ли будет картина, если обстановка фигур, ее составляющих, не указывает, к какому времени …
«Просторная зала, выходящая в сад при доме консула Берника. На авансцене налево дверь в кабинет консула. Дальше, в той же стене другая дверь. В правой стене, посредине, двустворчатые входные двери. Задняя стена залы – почти сплошь из зеркальных стеко…
«Просторная зала, выходящая в сад при доме консула Берника. На авансцене налево дверь в кабинет консула. Дальше, в той же стене другая дверь. В правой стене, посредине, двустворчатые входные двери. Задняя стена залы – почти сплошь из зеркальных стеко…
«Гостиная в Росмерсхольме – просторная, уютная, обставленная в старинном вкусе. Впереди, у стены направо, печь, украшенная пучками свежих березовых веток и полевых цветов. Подальше за нею дверь. В средней стене двустворчатые двери в переднюю. В стене…
«Гостиная в Росмерсхольме – просторная, уютная, обставленная в старинном вкусе. Впереди, у стены направо, печь, украшенная пучками свежих березовых веток и полевых цветов. Подальше за нею дверь. В средней стене двустворчатые двери в переднюю. В стене…
«Во время мятежа в Индии, незадолго до осады Дели, в Пешаваре, на границе Индии, стоял туземный иррегулярный полк. Этот полк был охвачен тем, что Джон Лауренс называл в то время „господствующей манией“, и охотно присоединился бы к мятежникам, если бы…
«Во время мятежа в Индии, незадолго до осады Дели, в Пешаваре, на границе Индии, стоял туземный иррегулярный полк. Этот полк был охвачен тем, что Джон Лауренс называл в то время „господствующей манией“, и охотно присоединился бы к мятежникам, если бы…





















