юмористическая проза
Жизнь прожить - не речку перейти. На пути встречаем мы водовороты. Мера жизни, как песок, протекает сквозь наши пальцы.
Жизнь прожить - не речку перейти. На пути встречаем мы водовороты. Мера жизни, как песок, протекает сквозь наши пальцы.
Вчера Василий Ложкин - опытный прораб с радикулитом - лихо отплясывал на банкете в честь сдачи объекта. А сегодня утром вместо родной квартиры и спасительного стакана воды он очнулся по колено в сугробах. Вокруг - бескрайняя снежная пустыня, в руках …
Вчера Василий Ложкин - опытный прораб с радикулитом - лихо отплясывал на банкете в честь сдачи объекта. А сегодня утром вместо родной квартиры и спасительного стакана воды он очнулся по колено в сугробах. Вокруг - бескрайняя снежная пустыня, в руках …
Легко быть романтичной "ромашкой", когда мир вокруг добр и понятен. Но что делать, если вокруг тебя живет недотрога-кактус, привыкший отгораживаться от всех иголками?
Это трогательная и жизнеутверждающая история о поисках своего места, умении выстраи…
Легко быть романтичной "ромашкой", когда мир вокруг добр и понятен. Но что делать, если вокруг тебя живет недотрога-кактус, привыкший отгораживаться от всех иголками?
Это трогательная и жизнеутверждающая история о поисках своего места, умении выстраи…
Легко быть романтичной "ромашкой", когда мир вокруг добр и понятен. Но что делать, если вокруг тебя живет недотрога-кактус, привыкший отгораживаться от всех иголками?
Это трогательная и жизнеутверждающая история о поисках своего места, умении выстраи…
Легко быть романтичной "ромашкой", когда мир вокруг добр и понятен. Но что делать, если вокруг тебя живет недотрога-кактус, привыкший отгораживаться от всех иголками?
Это трогательная и жизнеутверждающая история о поисках своего места, умении выстраи…
Записки путешественника, который не любит путешествовать. Первый отдых в ЛАКШЕРИ. А стоит ли оно того? Что мы там не видели?! Весело и легко проходим все стадии принятия. Наблюдения за людьми и какие изменения в нас произошли после такого отдыха.
Записки путешественника, который не любит путешествовать. Первый отдых в ЛАКШЕРИ. А стоит ли оно того? Что мы там не видели?! Весело и легко проходим все стадии принятия. Наблюдения за людьми и какие изменения в нас произошли после такого отдыха.
Сходила, называется, в клуб!
Отдохнула, Наденька?! Ага! Ровно до той секунды, пока какой-то амбал не облил меня коктейлем. Само собой, я ответила ему «взаимностью». Да только этот нехороший человек не понял, что со мной связываться – себе дороже! При…
Сходила, называется, в клуб!
Отдохнула, Наденька?! Ага! Ровно до той секунды, пока какой-то амбал не облил меня коктейлем. Само собой, я ответила ему «взаимностью». Да только этот нехороший человек не понял, что со мной связываться – себе дороже! При…
Книга, которая лежит перед вами, дорогие читатели, охватывает множество жизней и судеб. Да, здесь я пишу о себе, про себя и о нескольких десятках других людей, живущих ярко и увлекательно.
Сюда включены сны и реальные истории, страсти-мордасти и люб…
Книга, которая лежит перед вами, дорогие читатели, охватывает множество жизней и судеб. Да, здесь я пишу о себе, про себя и о нескольких десятках других людей, живущих ярко и увлекательно.
Сюда включены сны и реальные истории, страсти-мордасти и люб…
Классическая литература – это не вздохи на скамейке, а парад эгоизма и глупости. Так считает Александра Сергеевна Пушкина, Народный учитель РФ, лилипутка с мертвой хваткой и колоссальным филологическим интеллектом. Она плевать хотела на школьные шабл…
Классическая литература – это не вздохи на скамейке, а парад эгоизма и глупости. Так считает Александра Сергеевна Пушкина, Народный учитель РФ, лилипутка с мертвой хваткой и колоссальным филологическим интеллектом. Она плевать хотела на школьные шабл…
Рост Александры Сергеевны Пушкиной – всего 90 сантиметров, но ее ментальный масштаб подавляет любого. Народная учительница РФ и абсолютный циник, она ломает стереотипы о школьных уроках. Пушкина видит изнанку великих книг и безжалостно препарирует мо…
Рост Александры Сергеевны Пушкиной – всего 90 сантиметров, но ее ментальный масштаб подавляет любого. Народная учительница РФ и абсолютный циник, она ломает стереотипы о школьных уроках. Пушкина видит изнанку великих книг и безжалостно препарирует мо…
Герои П.Г. Вудхауса вновь и вновь попадают в неприятности из-за череды нелепых случайностей!
Молодой Джерри Уэст пытается завоевать сердце стюардессы Джейн, распутывая клубок комических недоразумений вокруг украденной миниатюры. Попытка общества «Ано…
Герои П.Г. Вудхауса вновь и вновь попадают в неприятности из-за череды нелепых случайностей!
Молодой Джерри Уэст пытается завоевать сердце стюардессы Джейн, распутывая клубок комических недоразумений вокруг украденной миниатюры. Попытка общества «Ано…
Герои этой одновременно серьезной и ироничной книги продуманно выстраивают линии карьеры, любви, благополучия, власти, долгожительства, — да мало ли у них желаний. Но есть судьба — она же фатум, карма, госпожа удача, расположение светил, — которая ме…
Герои этой одновременно серьезной и ироничной книги продуманно выстраивают линии карьеры, любви, благополучия, власти, долгожительства, — да мало ли у них желаний. Но есть судьба — она же фатум, карма, госпожа удача, расположение светил, — которая ме…
Отпуск с Греческим Мужем? Прекрасно. Пока в комплекте не идет его мама — «Лабубу».
Славянка Беверли ждала тихой романтики среди оливковых рощ, но попала на бытовую войну. Теперь в ее расписании: окопные бои со свекровью за кондиционер, штурм бюрократ…
Отпуск с Греческим Мужем? Прекрасно. Пока в комплекте не идет его мама — «Лабубу».
Славянка Беверли ждала тихой романтики среди оливковых рощ, но попала на бытовую войну. Теперь в ее расписании: окопные бои со свекровью за кондиционер, штурм бюрократ…
Добро пожаловать в деревню на севере Италии! Население — 10 000 человек, уровень колорита — запредельный.
Перед вами сборник живых и очень смешных зарисовок о буднях в итальянской глубинке. Никакого открыточного глянца — только реальная жизнь, курьёз…
Добро пожаловать в деревню на севере Италии! Население — 10 000 человек, уровень колорита — запредельный.
Перед вами сборник живых и очень смешных зарисовок о буднях в итальянской глубинке. Никакого открыточного глянца — только реальная жизнь, курьёз…
Ася думала, что главное испытание — начать отношения с Лёней. Но оказалось, что делить шкаф и варить кофе на двоих — только начало. Мама приводит в дом Императора с танго, бывшая Лёни просит расклад (на себя, не на него!), а Вера Андреевна предлагает…
Ася думала, что главное испытание — начать отношения с Лёней. Но оказалось, что делить шкаф и варить кофе на двоих — только начало. Мама приводит в дом Императора с танго, бывшая Лёни просит расклад (на себя, не на него!), а Вера Андреевна предлагает…
Сходила, называется, в клуб!
Отдохнула, Наденька?! Ага! Ровно до той секунды, пока какой-то амбал не облил меня коктейлем. Само собой, я ответила ему «взаимностью». Да только этот нехороший человек не понял, что со мной связываться – себе дороже! При…
Сходила, называется, в клуб!
Отдохнула, Наденька?! Ага! Ровно до той секунды, пока какой-то амбал не облил меня коктейлем. Само собой, я ответила ему «взаимностью». Да только этот нехороший человек не понял, что со мной связываться – себе дороже! При…
Если не удаётся похудеть на запретах, значит получится на разрешении. Автор книги принял участие в эксперименте, в котором разрешалось есть абсолютно любую еду. Правда, нужно было записывать в дневник всё, что отправлено в рот в течение дня. А перед …
Если не удаётся похудеть на запретах, значит получится на разрешении. Автор книги принял участие в эксперименте, в котором разрешалось есть абсолютно любую еду. Правда, нужно было записывать в дневник всё, что отправлено в рот в течение дня. А перед …
Решила написать серию рассказов из моего детства, советской эпохи. Хочу показать жизнь великой страны через призму судеб обычных людей, детства советских детей, их быт, их радости и горести. Сохранить то особенное ощущение - взросление в СССР.
Решила написать серию рассказов из моего детства, советской эпохи. Хочу показать жизнь великой страны через призму судеб обычных людей, детства советских детей, их быт, их радости и горести. Сохранить то особенное ощущение - взросление в СССР.
Жизнь прожить - не речку перейти. На пути встречаем мы водовороты. Мера жизни, как песок, протекает сквозь наши пальцы.
Жизнь прожить - не речку перейти. На пути встречаем мы водовороты. Мера жизни, как песок, протекает сквозь наши пальцы.
Я разбила нос чемпиону мира. Не специально! Чесслово. А нечего было мне всякое предлагать. Да, мой образ не спортивный, но что не сделаешь с напарницей ради одинаковых волейбольных трусов! Обстоятельства у меня…Вдохновением для книги послужили реальн…
Я разбила нос чемпиону мира. Не специально! Чесслово. А нечего было мне всякое предлагать. Да, мой образ не спортивный, но что не сделаешь с напарницей ради одинаковых волейбольных трусов! Обстоятельства у меня…Вдохновением для книги послужили реальн…
Эта книга – не просто сборник рецептов. Это теплые, ироничные и искренние истории о любви, материнстве и чувствах, которые останутся с вами дольше любого послевкусия. Здесь тыквенный пирог соседствует с родами, сливовый – с нежностью и тоской, а бано…
Эта книга – не просто сборник рецептов. Это теплые, ироничные и искренние истории о любви, материнстве и чувствах, которые останутся с вами дольше любого послевкусия. Здесь тыквенный пирог соседствует с родами, сливовый – с нежностью и тоской, а бано…