Инна Проскуряк

Быть тарологом — это не предсказывать судьбу. Это сидеть в кофейне на Гороховой с потёртой колодой и слушать, как люди рассказывают то, что не могут рассказать дома. У меня теперь есть лекторий, совместный подкаст с астрологом, гражданский муж-програ…

Быть тарологом — это не предсказывать судьбу. Это сидеть в кофейне на Гороховой с потёртой колодой и слушать, как люди рассказывают то, что не могут рассказать дома. У меня теперь есть лекторий, совместный подкаст с астрологом, гражданский муж-програ…

Он выколол жене глаза на глазах у шестилетнего сына. И исчез на одиннадцать лет. Теперь он вернулся. Майору Ивану Метростроеву достаётся старое дело — пыльная папка с протоколом, от которого стынет кровь. Слепая женщина. Мальчик, считавший удары ножа…

Он выколол жене глаза на глазах у шестилетнего сына. И исчез на одиннадцать лет. Теперь он вернулся. Майору Ивану Метростроеву достаётся старое дело — пыльная папка с протоколом, от которого стынет кровь. Слепая женщина. Мальчик, считавший удары ножа…