юмор и сатира
Эта остроумная книга представляет собой сборник коротких юмористических зарисовок, посвященных одной из самых ярких и противоречивых фигур современной политики – Дональду Трампу. Автор создал уникальную коллекцию анекдотов, шуток и абсурдных ситуаций…
Эта остроумная книга представляет собой сборник коротких юмористических зарисовок, посвященных одной из самых ярких и противоречивых фигур современной политики – Дональду Трампу. Автор создал уникальную коллекцию анекдотов, шуток и абсурдных ситуаций…
Для любителей юмора и тонкой иронии. Юмор помогает выжить в приличном обществе и пережить такие времена. Мы часто цитируем эти шутки, даже не зная, что автор – Владислав Шевцов Томский.
В книгу вошли лучшие монологи, афоризмы и рассказы автора, напис…
Для любителей юмора и тонкой иронии. Юмор помогает выжить в приличном обществе и пережить такие времена. Мы часто цитируем эти шутки, даже не зная, что автор – Владислав Шевцов Томский.
В книгу вошли лучшие монологи, афоризмы и рассказы автора, напис…
В этой книге собраны небольшие зарисовки и очерки, которые не могут быть полноценными рассказами, а являются скорей наблюдениями и личными переживаниями.
В этой книге собраны небольшие зарисовки и очерки, которые не могут быть полноценными рассказами, а являются скорей наблюдениями и личными переживаниями.
Иногда надо прислушиваться к чужим мыслям, чтобы свои мысли беречь для других. Знание определяет наше сознание.
Иногда надо прислушиваться к чужим мыслям, чтобы свои мысли беречь для других. Знание определяет наше сознание.
Иногда надо прислушиваться к чужим мыслям, чтобы свои мысли беречь для других. Знание определяет наше сознание.
Иногда надо прислушиваться к чужим мыслям, чтобы свои мысли беречь для других. Знание определяет наше сознание.
Книгу автор решил написать, когда в инвалидной коляске покидал Америку, после 22 лет работы на руководящих должностях в американских корпорациях, из них около 5 лет в США. Первопричиной были бордовые детские ботинки. В них маленький мальчик поскользн…
Книгу автор решил написать, когда в инвалидной коляске покидал Америку, после 22 лет работы на руководящих должностях в американских корпорациях, из них около 5 лет в США. Первопричиной были бордовые детские ботинки. В них маленький мальчик поскользн…
Книгу автор решил написать, когда в инвалидной коляске покидал Америку, после 22 лет работы на руководящих должностях в американских корпорациях, из них около 5 лет в США. Первопричиной были бордовые детские ботинки. В них маленький мальчик поскользн…
Книгу автор решил написать, когда в инвалидной коляске покидал Америку, после 22 лет работы на руководящих должностях в американских корпорациях, из них около 5 лет в США. Первопричиной были бордовые детские ботинки. В них маленький мальчик поскользн…
Белая комната, порожденная ошибкой директора Куросавы, ожила. Амнезиак — существо, пожирающее память, — угрожает стереть прошлое всего города. Обычные атаки бессильны, ведь он поглощает саму их суть — энергию и эмоции. Спастись можно лишь с помощью с…
Белая комната, порожденная ошибкой директора Куросавы, ожила. Амнезиак — существо, пожирающее память, — угрожает стереть прошлое всего города. Обычные атаки бессильны, ведь он поглощает саму их суть — энергию и эмоции. Спастись можно лишь с помощью с…
Юмористически - сатирические рассказы о детстве и юношестве в легендарном совхозе «Коммунарка» в восьмидесятые годы прошлого века.
Восьмидесятые годы XX века — неповторимая, по‑своему волшебная эпоха, оставившая в сердцах выросших тогда людей тёплый,…
Юмористически - сатирические рассказы о детстве и юношестве в легендарном совхозе «Коммунарка» в восьмидесятые годы прошлого века.
Восьмидесятые годы XX века — неповторимая, по‑своему волшебная эпоха, оставившая в сердцах выросших тогда людей тёплый,…
Когда мы вспоминаем странички из детства – первое слово в пелёнках, первый шаг в ползунках. Начинаем понимать, что можно делать, а что нет. Уроки юности напоминают нам, как лучше жить, чтобы не допускать повторно старые ошибки.
Когда мы вспоминаем странички из детства – первое слово в пелёнках, первый шаг в ползунках. Начинаем понимать, что можно делать, а что нет. Уроки юности напоминают нам, как лучше жить, чтобы не допускать повторно старые ошибки.
Наклеить цифру на номер, чтобы штраф пришёл другому — хитрость известная. А что, если хозяин этой машины найдет тебя и вдруг окажется «сыном маминой подруги»?
Наклеить цифру на номер, чтобы штраф пришёл другому — хитрость известная. А что, если хозяин этой машины найдет тебя и вдруг окажется «сыном маминой подруги»?
О трудной, но интересной жизни жителей деревеньки Заопинки, расположенной в глубине тайги.
И тяготах жизни проверяющих в Хэллоуин.
О трудной, но интересной жизни жителей деревеньки Заопинки, расположенной в глубине тайги.
И тяготах жизни проверяющих в Хэллоуин.
Белая комната, порожденная ошибкой директора Куросавы, ожила. Амнезиак — существо, пожирающее память, — угрожает стереть прошлое всего города. Обычные атаки бессильны, ведь он поглощает саму их суть — энергию и эмоции. Спастись можно лишь с помощью с…
Белая комната, порожденная ошибкой директора Куросавы, ожила. Амнезиак — существо, пожирающее память, — угрожает стереть прошлое всего города. Обычные атаки бессильны, ведь он поглощает саму их суть — энергию и эмоции. Спастись можно лишь с помощью с…
«Мы здесь как семья». Если вам сказали эту фразу на собеседовании — бегите.
Глубоко внутри ресторана кипит своя жизнь — без прикрас и кулинарных клише. Это истории о карьерных взлетах и падениях, о дружбе, которая рождается у плиты, и о том, что …
«Мы здесь как семья». Если вам сказали эту фразу на собеседовании — бегите.
Глубоко внутри ресторана кипит своя жизнь — без прикрас и кулинарных клише. Это истории о карьерных взлетах и падениях, о дружбе, которая рождается у плиты, и о том, что …
В большом городе, где свидания кажутся игрой в русскую рулетку, Анна Петрова — библиотекарь и "вечная одиночка" — решает изменить свою жизнь. Под давлением подруги Марины она записывается на курс "Секреты успешных свиданий", где учат строить отношени…
В большом городе, где свидания кажутся игрой в русскую рулетку, Анна Петрова — библиотекарь и "вечная одиночка" — решает изменить свою жизнь. Под давлением подруги Марины она записывается на курс "Секреты успешных свиданий", где учат строить отношени…
Когда мы вспоминаем странички из детства – первое слово в пелёнках, первый шаг в ползунках. Начинаем понимать, что можно делать, а что нет. Уроки юности напоминают нам, как лучше жить, чтобы не допускать повторно старые ошибки.
Когда мы вспоминаем странички из детства – первое слово в пелёнках, первый шаг в ползунках. Начинаем понимать, что можно делать, а что нет. Уроки юности напоминают нам, как лучше жить, чтобы не допускать повторно старые ошибки.
Братья близнецы напоминали мне моё рождение. Когда вспоминал странички из детства – первое слово в пелёнках, первый шаг в ползунках. С трудом начина понимать, что можно делать, а что нет.
Братья близнецы напоминали мне моё рождение. Когда вспоминал странички из детства – первое слово в пелёнках, первый шаг в ползунках. С трудом начина понимать, что можно делать, а что нет.
Такума Ханаби, ходячее воплощение хаоса, по иронии судьбы становится объектом поклонения «Культа Бездарности». Но за безобидным фан-клубом скрывается тень Архитектора — гения, стремящегося стереть всё непредсказуемое. Когда его атаки обрушиваются на …
Такума Ханаби, ходячее воплощение хаоса, по иронии судьбы становится объектом поклонения «Культа Бездарности». Но за безобидным фан-клубом скрывается тень Архитектора — гения, стремящегося стереть всё непредсказуемое. Когда его атаки обрушиваются на …
Социальная сатира, затрагивающая различные аспекты поп-культуры и её представителей.
Социальная сатира, затрагивающая различные аспекты поп-культуры и её представителей.
Когда бьют куранты, начинается "Страшный Новый Год". Дед Мороз здесь требует кровавых жертв, эльфы томятся в аду офисной бюрократии, а новогоднее чудо последнее, на что можно надеяться. Жесткая сатира и мрачный гротеск.
Когда бьют куранты, начинается "Страшный Новый Год". Дед Мороз здесь требует кровавых жертв, эльфы томятся в аду офисной бюрократии, а новогоднее чудо последнее, на что можно надеяться. Жесткая сатира и мрачный гротеск.