социальная философия
«Какой сегодня день? Вторник? Или среда, которая трещит по швам?» От этого вопроса начинается последний день. День, когда Нью-Йорк звучит фальшиво, рояль играет сам себя, а в отражениях витрин мелькают чужие лица. Джон Леннон — или его призрак — идет…
«Какой сегодня день? Вторник? Или среда, которая трещит по швам?» От этого вопроса начинается последний день. День, когда Нью-Йорк звучит фальшиво, рояль играет сам себя, а в отражениях витрин мелькают чужие лица. Джон Леннон — или его призрак — идет…
Продолжение мыслей и внутренних терзаний человека , который то и дело чувствует себя несчастным. Никто не в силах мне помочь.
Продолжение мыслей и внутренних терзаний человека , который то и дело чувствует себя несчастным. Никто не в силах мне помочь.
"Агония и Метод" - сборник, который можно читать и в обратном порядке, так как и при таком прочтении сохраняется общая тема, хоть и раскрывается по-другому: от светлого конца к началу, которое объясняет появление светлого конца, а не тёмное начало, п…
"Агония и Метод" - сборник, который можно читать и в обратном порядке, так как и при таком прочтении сохраняется общая тема, хоть и раскрывается по-другому: от светлого конца к началу, которое объясняет появление светлого конца, а не тёмное начало, п…
Текст «Политические обязанности немецкой молодёжи» 1924 года относится к публицистическому наследию Освальда Шпенглера и отражает интеллектуальную и политическую атмосферу Германии начала 1920-х годов — периода глубокого кризиса, последовавшего за по…
Текст «Политические обязанности немецкой молодёжи» 1924 года относится к публицистическому наследию Освальда Шпенглера и отражает интеллектуальную и политическую атмосферу Германии начала 1920-х годов — периода глубокого кризиса, последовавшего за по…
«Какой сегодня день? Вторник? Или среда, которая трещит по швам?» От этого вопроса начинается последний день. День, когда Нью-Йорк звучит фальшиво, рояль играет сам себя, а в отражениях витрин мелькают чужие лица. Джон Леннон — или его призрак — идет…
«Какой сегодня день? Вторник? Или среда, которая трещит по швам?» От этого вопроса начинается последний день. День, когда Нью-Йорк звучит фальшиво, рояль играет сам себя, а в отражениях витрин мелькают чужие лица. Джон Леннон — или его призрак — идет…
Книга рассматривает конфликты не как сбои коммуникации или управленческие ошибки, а как онтологические эффекты психотехнологической среды, в которой формируется современное индивидуальное и корпоративное сознание. В логике КПКС конфликт возникает на …
Книга рассматривает конфликты не как сбои коммуникации или управленческие ошибки, а как онтологические эффекты психотехнологической среды, в которой формируется современное индивидуальное и корпоративное сознание. В логике КПКС конфликт возникает на …
Эта книга — попытка честного разговора с самим собой и с теми, кто готов задуматься о жизни, выборе и личной ответственности. Вы найдёте здесь рассуждения о настоящем и ложном успехе, о вреде привычек, которые разрушают человека изнутри, о значении с…
Эта книга — попытка честного разговора с самим собой и с теми, кто готов задуматься о жизни, выборе и личной ответственности. Вы найдёте здесь рассуждения о настоящем и ложном успехе, о вреде привычек, которые разрушают человека изнутри, о значении с…
Книга рассматривает конфликты не как сбои коммуникации или управленческие ошибки, а как онтологические эффекты психотехнологической среды, в которой формируется современное индивидуальное и корпоративное сознание. В логике КПКС конфликт возникает на …
Книга рассматривает конфликты не как сбои коммуникации или управленческие ошибки, а как онтологические эффекты психотехнологической среды, в которой формируется современное индивидуальное и корпоративное сознание. В логике КПКС конфликт возникает на …
Эта книга — попытка честного разговора с самим собой и с теми, кто готов задуматься о жизни, выборе и личной ответственности. Вы найдёте здесь рассуждения о настоящем и ложном успехе, о вреде привычек, которые разрушают человека изнутри, о значении с…
Эта книга — попытка честного разговора с самим собой и с теми, кто готов задуматься о жизни, выборе и личной ответственности. Вы найдёте здесь рассуждения о настоящем и ложном успехе, о вреде привычек, которые разрушают человека изнутри, о значении с…
Эта книга — глубокое исследование Вэй, древнекитайского принципа власти, который не навязывают, а признают. Авторитет, который исходит не из должности, а из глубины личности, — целостности, спокойствия, мудрости и сфокусированной воли.
Для кого: Для…
Эта книга — глубокое исследование Вэй, древнекитайского принципа власти, который не навязывают, а признают. Авторитет, который исходит не из должности, а из глубины личности, — целостности, спокойствия, мудрости и сфокусированной воли.
Для кого: Для…
Книга исследует сдвиг, в котором человеческое и коллективное сознание перестаёт быть внутренним феноменом и становится распределённым, протезированным и онтологически заданным психотехнологическими средами. В фокусе анализа — нейросетевой экзокортекс…
Книга исследует сдвиг, в котором человеческое и коллективное сознание перестаёт быть внутренним феноменом и становится распределённым, протезированным и онтологически заданным психотехнологическими средами. В фокусе анализа — нейросетевой экзокортекс…
Действие разворачивается в двух временных пластах: в 2144 году на умирающей планете, где человечество утратило радость, и в символическом прошлом, связанном с библейскими мотивами и музыкой Баха. Главные персонажи — Крис, Матфей и Экселенц — ведут ди…
Действие разворачивается в двух временных пластах: в 2144 году на умирающей планете, где человечество утратило радость, и в символическом прошлом, связанном с библейскими мотивами и музыкой Баха. Главные персонажи — Крис, Матфей и Экселенц — ведут ди…
В данной серии книг автор делится своими наблюдениями и афоризмами, описывающими то, к чему мы все с вами пришли, до чего «дожились» за прошедшие практически полвека жизни в условиях постоянных перемен, реформ и достаточно жёстких вызовов со стороны …
В данной серии книг автор делится своими наблюдениями и афоризмами, описывающими то, к чему мы все с вами пришли, до чего «дожились» за прошедшие практически полвека жизни в условиях постоянных перемен, реформ и достаточно жёстких вызовов со стороны …
Академический роман-
В передовом подразделении провинциального университета умер директор. Доцент Свеколкин начинает расследование с помощью филологии и искусственного интеллекта. Однако все время отвлекается на бюрократию, любовь и кота.
Ироничная…
Академический роман-
В передовом подразделении провинциального университета умер директор. Доцент Свеколкин начинает расследование с помощью филологии и искусственного интеллекта. Однако все время отвлекается на бюрократию, любовь и кота.
Ироничная…
Писатель уверен, что его книга о загробном мире станет бестселлером. Но в ночь перед отправкой рукописи в издательство к нему является сам Сатана и показывает совершенно иную картину ада.
Решит ли автор переосмыслить своё творчество после этой встре…
Писатель уверен, что его книга о загробном мире станет бестселлером. Но в ночь перед отправкой рукописи в издательство к нему является сам Сатана и показывает совершенно иную картину ада.
Решит ли автор переосмыслить своё творчество после этой встре…
В книге осуществляется нюансированное и мультиракурсное рассмотрение разнородных смыслообразующих феноменов и проблематик. Так логоцентричное осмысление танатотического измерения, сферы гносеологии, современного сциентистского метадискурса, ноо-п…
В книге осуществляется нюансированное и мультиракурсное рассмотрение разнородных смыслообразующих феноменов и проблематик. Так логоцентричное осмысление танатотического измерения, сферы гносеологии, современного сциентистского метадискурса, ноо-п…
Сергей Нежин — обычный молодой бухгалтер, чье существование уже долгие годы никак нельзя назвать "жизнью". Он впитал в себя явление «русской тоски» — глухой, бесформенной усталости от мира, в котором все вроде бы правильно, но ничего, в сущности, не …
Сергей Нежин — обычный молодой бухгалтер, чье существование уже долгие годы никак нельзя назвать "жизнью". Он впитал в себя явление «русской тоски» — глухой, бесформенной усталости от мира, в котором все вроде бы правильно, но ничего, в сущности, не …
Небес каракуль белоснежный...: Поэзия и песни /русский, перевод с сербского;
Поэтический сборник о природе Родины.
Пейзажная лирика - азбука патриотизма.
ISBN 978-5-00279-022-7
Небес каракуль белоснежный...: Поэзия и песни /русский, перевод с сербского;
Поэтический сборник о природе Родины.
Пейзажная лирика - азбука патриотизма.
ISBN 978-5-00279-022-7
Диалог с DeePSeeK о Справедливости. Демонстрация возможностей этой системы в философском разговоре.
Диалог с DeePSeeK о Справедливости. Демонстрация возможностей этой системы в философском разговоре.
Повар элитного ресторана, умеющий сплетать желания клиентов в изысканные «блюда», обнаруживает в сырье смерть девочки.
Мир, в котором человеческое горе разливают по флаконам и продают, разделился надвое, а по следу «сырья» идёт мать погибшей девочки…
Повар элитного ресторана, умеющий сплетать желания клиентов в изысканные «блюда», обнаруживает в сырье смерть девочки.
Мир, в котором человеческое горе разливают по флаконам и продают, разделился надвое, а по следу «сырья» идёт мать погибшей девочки…