современная русская литература
Мне тридцать пять, и я попаданка. Попала из привычного земного мира в магический. Теперь мне нужно управлять поместьем, общаться с многочисленными родственниками и думать о благосостоянии моих крестьян. И никакая свадьба в мои планы не входила. До по…
Мне тридцать пять, и я попаданка. Попала из привычного земного мира в магический. Теперь мне нужно управлять поместьем, общаться с многочисленными родственниками и думать о благосостоянии моих крестьян. И никакая свадьба в мои планы не входила. До по…
В тридцать шесть лет её жизнь начала тихо рушиться. Долги. Съёмная квартира. Ребёнок от бывшего мужа. И тело, которое уже не помнило, что значит — хотеть по-настоящему.
Однажды вечером она переступает порог закрытого клуба и впервые произносит имя, к…
В тридцать шесть лет её жизнь начала тихо рушиться. Долги. Съёмная квартира. Ребёнок от бывшего мужа. И тело, которое уже не помнило, что значит — хотеть по-настоящему.
Однажды вечером она переступает порог закрытого клуба и впервые произносит имя, к…
Очереди, гласность, кооперативы – вторая половина 80-х меняет страну, а вместе с ней и детство пятерых московских ребят.
Первая любовь, дружба, бунт против взрослых – они учатся жить в новой реальности эпохи перемен.
Москва, вторая половина восьмидес…
Очереди, гласность, кооперативы – вторая половина 80-х меняет страну, а вместе с ней и детство пятерых московских ребят.
Первая любовь, дружба, бунт против взрослых – они учатся жить в новой реальности эпохи перемен.
Москва, вторая половина восьмидес…
Исторические романы «За Камнем» и «Степной ковыль» рассказывают об освоении новых земель первыми русскими поселенцами на Алтае, о кровопролитных столкновениях с племенами кочевников, о первых уральских заводчиках, подвигах русского воинства. Это ярки…
Исторические романы «За Камнем» и «Степной ковыль» рассказывают об освоении новых земель первыми русскими поселенцами на Алтае, о кровопролитных столкновениях с племенами кочевников, о первых уральских заводчиках, подвигах русского воинства. Это ярки…
Первая книга Натальи Елецкой «Салихат» попала в финал премии «Рукопись года» и разошлась тиражом более 50 тысяч экземпляров.
Следующие романы – «Айбала. История повитухи» и «Таёжный, до востребования» – не уступали ей в успехе.
В новой книге «Кишта…
Первая книга Натальи Елецкой «Салихат» попала в финал премии «Рукопись года» и разошлась тиражом более 50 тысяч экземпляров.
Следующие романы – «Айбала. История повитухи» и «Таёжный, до востребования» – не уступали ей в успехе.
В новой книге «Кишта…
Даня привык держать рот на замке: меньше говоришь – меньше поводов для насмешек. В новой школе он надеется просто раствориться в толпе, но у подростковой стаи свои правила – и того, кто не хочет жить по-волчьи, могут сожрать.
А ещё есть Алиса. И есть…
Даня привык держать рот на замке: меньше говоришь – меньше поводов для насмешек. В новой школе он надеется просто раствориться в толпе, но у подростковой стаи свои правила – и того, кто не хочет жить по-волчьи, могут сожрать.
А ещё есть Алиса. И есть…
Что скрывается за тайной твоего имени? Если легенда говорит, что судьба зависит от Хозяина, стоит ли ей верить? Может быть, всё иначе? Какие обстоятельства способны перевернуть происходящее с лап на макушку?
В поисках ответов главный герой познаёт ми…
Что скрывается за тайной твоего имени? Если легенда говорит, что судьба зависит от Хозяина, стоит ли ей верить? Может быть, всё иначе? Какие обстоятельства способны перевернуть происходящее с лап на макушку?
В поисках ответов главный герой познаёт ми…
Они все приехали в летний лагерь со своими тараканами в голове. Они были уверены, что ничего хорошего их впереди не ждёт – только унылая обязаловка.
Родители отправили их отдыхать, и вот теперь они обречены на отдых. И лишь уезжая, они поймут, что по…
Они все приехали в летний лагерь со своими тараканами в голове. Они были уверены, что ничего хорошего их впереди не ждёт – только унылая обязаловка.
Родители отправили их отдыхать, и вот теперь они обречены на отдых. И лишь уезжая, они поймут, что по…
Что получится, если сложить вместе истории семи восьмиклассников и двух учителей? Жизнь самого обычного восьмого класса, где каждый со своими страхами, секретами и мечтами. Застенчивая отличница, убеждённая, что её обманывают; новичок, пытающийся спр…
Что получится, если сложить вместе истории семи восьмиклассников и двух учителей? Жизнь самого обычного восьмого класса, где каждый со своими страхами, секретами и мечтами. Застенчивая отличница, убеждённая, что её обманывают; новичок, пытающийся спр…
Боишься монстров под кроватью? А что, если они боятся тебя?
Вова ужасно боялся засыпать — он прятался под одеялом и никак не мог уснуть. А под его кроватью жил Арсений: и он, представьте, боялся Вову! Что произойдёт, когда они наконец встретятся?
До…
Боишься монстров под кроватью? А что, если они боятся тебя?
Вова ужасно боялся засыпать — он прятался под одеялом и никак не мог уснуть. А под его кроватью жил Арсений: и он, представьте, боялся Вову! Что произойдёт, когда они наконец встретятся?
До…
Город встречает праздник, но за шумом и масками скрывается иное: страх, жажда признания, желание управлять чужими судьбами. Здесь каждый выбирает свой путь — через огонь, боль, власть или отказ от неё.
Это роман о людях, которые верят, что могут конт…
Город встречает праздник, но за шумом и масками скрывается иное: страх, жажда признания, желание управлять чужими судьбами. Здесь каждый выбирает свой путь — через огонь, боль, власть или отказ от неё.
Это роман о людях, которые верят, что могут конт…
На исходе 20-го века в феврале под завывание ночных низких вьюг, лежа на правом боку, мирно скончался маститый протоиерей Алексей Табарков. Жил он в небогатом уральском селении Синемакино. Почти ежедневно западные ветра без устали пытаются столкнуть …
На исходе 20-го века в феврале под завывание ночных низких вьюг, лежа на правом боку, мирно скончался маститый протоиерей Алексей Табарков. Жил он в небогатом уральском селении Синемакино. Почти ежедневно западные ветра без устали пытаются столкнуть …
Посвящается иеромонаху Михаилу (Чепелю), без которого не было бы этой книги Много скорбей у праведного, и от всех их избавит его Господь. Пс. 33, 20. Читает актер театра и кино Виктор Золотоног.
Посвящается иеромонаху Михаилу (Чепелю), без которого не было бы этой книги Много скорбей у праведного, и от всех их избавит его Господь. Пс. 33, 20. Читает актер театра и кино Виктор Золотоног.
Никитушка проснулся сегодня рано: бабушка поведет его в большой красивый храм в центре Костромы. Они часто там бывают. Мальчику пять лет, поэтому обычно они идут не к началу службы, а ближе к моменту, когда начнут причащать.
Никитушке хотелось бы при…
Никитушка проснулся сегодня рано: бабушка поведет его в большой красивый храм в центре Костромы. Они часто там бывают. Мальчику пять лет, поэтому обычно они идут не к началу службы, а ближе к моменту, когда начнут причащать.
Никитушке хотелось бы при…
Стоящие у подъезда бабушки, которых даже произошедший год назад демонтаж лавочек не заставил изменить своему призванию регулярно как на работу, собираться на этом месте, чтобы «перемывать кости» всем проходящим мимо, вдруг затихли. Их взгляды с интер…
Стоящие у подъезда бабушки, которых даже произошедший год назад демонтаж лавочек не заставил изменить своему призванию регулярно как на работу, собираться на этом месте, чтобы «перемывать кости» всем проходящим мимо, вдруг затихли. Их взгляды с интер…
«Хроники Зверландии» — повесть-сказка Алексея Александровича Федотова, изданная в 2018 году. Книга написана в жанре сказки для взрослых «детей», то есть для тех, кто, повзрослев, остаётся в душе ребёнком. Читает актер театра и кино Виктор Золотоног.
«Хроники Зверландии» — повесть-сказка Алексея Александровича Федотова, изданная в 2018 году. Книга написана в жанре сказки для взрослых «детей», то есть для тех, кто, повзрослев, остаётся в душе ребёнком. Читает актер театра и кино Виктор Золотоног.
Соня – девочка по прозвищу Коза – сбегает из детского дома в заброшенный посёлок на краю тундры. Там её друзьями и собеседниками становятся птицы и звери, уже давно присвоившие себе человеческое жильё. Но кто жил здесь раньше, что стало с этими людьм…
Соня – девочка по прозвищу Коза – сбегает из детского дома в заброшенный посёлок на краю тундры. Там её друзьями и собеседниками становятся птицы и звери, уже давно присвоившие себе человеческое жильё. Но кто жил здесь раньше, что стало с этими людьм…
Как превратить еду в событие? Как перевести режиссёрскую метафору на язык ингредиентов? Как построить меню как сценарий, а подачу — как кульминацию?
Ответы — в нашей книге, которая объединила нейрогастрономию, драматургию, сторителлинг и реальные кей…
Как превратить еду в событие? Как перевести режиссёрскую метафору на язык ингредиентов? Как построить меню как сценарий, а подачу — как кульминацию?
Ответы — в нашей книге, которая объединила нейрогастрономию, драматургию, сторителлинг и реальные кей…
Андрей продолжает бороться с злом, вместе со своими друзьями, с помощью которых он смог восстановить все восточные узлы.
Андрей продолжает бороться с злом, вместе со своими друзьями, с помощью которых он смог восстановить все восточные узлы.
Будущее наступило. Технологии умеют всё. Но умеют ли они чувствовать?
Десять рассказов о мире, где технологии дарят всё, кроме главного — права оставаться человеком.
Можно ли купить воздух? Можно ли запатентовать весну? И что останется от нас, когда …
Будущее наступило. Технологии умеют всё. Но умеют ли они чувствовать?
Десять рассказов о мире, где технологии дарят всё, кроме главного — права оставаться человеком.
Можно ли купить воздух? Можно ли запатентовать весну? И что останется от нас, когда …





















