рассказы
«Через базарную площадь идет полицейский надзиратель Очумелов в новой шинели и с узелком в руке. За ним шагает рыжий городовой с решетом, доверху наполненным конфискованным крыжовником. Кругом тишина… На площади ни души…»
«Через базарную площадь идет полицейский надзиратель Очумелов в новой шинели и с узелком в руке. За ним шагает рыжий городовой с решетом, доверху наполненным конфискованным крыжовником. Кругом тишина… На площади ни души…»
Мучения начинающего автора, который не знает, как начать свою новую книгу и размышляет, так ли важно начало произведения.
Мучения начинающего автора, который не знает, как начать свою новую книгу и размышляет, так ли важно начало произведения.
Как часто люди знакомятся в интернете? А какие из этих знакомств судьбоносные? Одну из таких историй я вам открою – мою историю!
Как часто люди знакомятся в интернете? А какие из этих знакомств судьбоносные? Одну из таких историй я вам открою – мою историю!
«Спячка» — первый рассказ из будущего сборника социально-фантастических историй «Вечерние мысли о вчерашнем завтра». У каждого есть свой Барри — искусственный интеллект умного дома. Он всегда с радостью предложит фильм на вечер, закажет еду и запишет…
«Спячка» — первый рассказ из будущего сборника социально-фантастических историй «Вечерние мысли о вчерашнем завтра». У каждого есть свой Барри — искусственный интеллект умного дома. Он всегда с радостью предложит фильм на вечер, закажет еду и запишет…
«Его звали Мэттью». Джек Пильзнер много лет работает дознавателем. Он думал, что разбирается в людях, что знает, как вычислить убийцу, однако не смог предугадать в кого превратится паренек, росший по соседству.«Главный бой». Отряду солдат дали приказ…
«Его звали Мэттью». Джек Пильзнер много лет работает дознавателем. Он думал, что разбирается в людях, что знает, как вычислить убийцу, однако не смог предугадать в кого превратится паренек, росший по соседству.«Главный бой». Отряду солдат дали приказ…
Романтизм в русской литературе, вопреки тезисам школьной программы, – явление, которое вовсе не исчерпывается художественными опытами начала XIX века. Михаил Вайскопф – израильский славист и автор исследования «Влюбленный демиург», послужившего итого…
Романтизм в русской литературе, вопреки тезисам школьной программы, – явление, которое вовсе не исчерпывается художественными опытами начала XIX века. Михаил Вайскопф – израильский славист и автор исследования «Влюбленный демиург», послужившего итого…
Россия в любую эпоху страна удивительная. Раз за разом жизнь и судьба бросают ей вызовы, а она не гнётся и не ломается. Течёт по реке времени в одном известном ей направлении. Мимо бед. Через беды. Из года в год. Из века в век. А вместе с Россией плы…
Россия в любую эпоху страна удивительная. Раз за разом жизнь и судьба бросают ей вызовы, а она не гнётся и не ломается. Течёт по реке времени в одном известном ей направлении. Мимо бед. Через беды. Из года в год. Из века в век. А вместе с Россией плы…
Герой рассказа со временем все острее чувствует ответственность за происходящее в мирах, порожденных его воображением.
Герой рассказа со временем все острее чувствует ответственность за происходящее в мирах, порожденных его воображением.
Дитрих и Клаус вместе учились в школе, но с тех пор не виделись. Встретившись случайно на почте, они договариваются сходить в бар, чтобы отметить одно радостное событие. Но такое уж ли оно радостное?
Дитрих и Клаус вместе учились в школе, но с тех пор не виделись. Встретившись случайно на почте, они договариваются сходить в бар, чтобы отметить одно радостное событие. Но такое уж ли оно радостное?
«…Я – человек маленький и ничем не заметный. Вместе с своей женой, кроткой и синеглазой Анетой, снимаю скромную меблированную комнату, с полутемными окнами во двор, с затхлым коридором, шумными соседями справа, беспокойным писком детей слева, и с гря…
«…Я – человек маленький и ничем не заметный. Вместе с своей женой, кроткой и синеглазой Анетой, снимаю скромную меблированную комнату, с полутемными окнами во двор, с затхлым коридором, шумными соседями справа, беспокойным писком детей слева, и с гря…
«Великий Ум был слишком погружен в занятия, чтобы думать о смерти. Но зато об этой приближающейся смерти думали все окружающие, думала страна, думал весь мир. Смерть Великого Ума была бы для человечества ужасной, быть может, невозвратимой потерей. Ве…
«Великий Ум был слишком погружен в занятия, чтобы думать о смерти. Но зато об этой приближающейся смерти думали все окружающие, думала страна, думал весь мир. Смерть Великого Ума была бы для человечества ужасной, быть может, невозвратимой потерей. Ве…
Радиоспектакль по мотивам рассказа. Шерлок Холмс расследует убийство американца Дреббера, труп которого был обнаружен в пустом доме, около него лежало женское обручальное кольцо, а на стене кровью написано слово “месть”. Так преступник по имени Хоуп …
Радиоспектакль по мотивам рассказа. Шерлок Холмс расследует убийство американца Дреббера, труп которого был обнаружен в пустом доме, около него лежало женское обручальное кольцо, а на стене кровью написано слово “месть”. Так преступник по имени Хоуп …
Это сумасшествие приключилось с ней пять лет назад. Ей было тридцать. Ладно бы пятнадцать или двадцать, но тридцать, когда уже двое детей, должность старшего научного сотрудника, репутация серьёзной, деловой женщины… Оно, сумасшествие, не спрашивало …
Это сумасшествие приключилось с ней пять лет назад. Ей было тридцать. Ладно бы пятнадцать или двадцать, но тридцать, когда уже двое детей, должность старшего научного сотрудника, репутация серьёзной, деловой женщины… Оно, сумасшествие, не спрашивало …
«Из всех проблем, которые мой друг мистер Шерлок Холмс разгадывал за годы нашей дружбы, всего лишь два дела привлекли его внимание благодаря мне – большой палец мистера Хэзерли и безумие полковника Уорбертона. Из них второе вроде бы предлагало более …
«Из всех проблем, которые мой друг мистер Шерлок Холмс разгадывал за годы нашей дружбы, всего лишь два дела привлекли его внимание благодаря мне – большой палец мистера Хэзерли и безумие полковника Уорбертона. Из них второе вроде бы предлагало более …
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 246,14 ноября.
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту «Самарской газеты».
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 246,14 ноября.
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту «Самарской газеты».
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1896, номер 89, 23 апреля.
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту «Самарской газеты».
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1896, номер 89, 23 апреля.
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту «Самарской газеты».





















