попаданцы
В мире, где разломы между реальностями открываются без предупреждения, беднякам обычно остаётся только одно — умирать первыми.
Макар Лютов был вором, драчуном и браконьером из беднейшего квартала областного города. Его подстрелили херцогские ловчие в…
В мире, где разломы между реальностями открываются без предупреждения, беднякам обычно остаётся только одно — умирать первыми.
Макар Лютов был вором, драчуном и браконьером из беднейшего квартала областного города. Его подстрелили херцогские ловчие в…
В классе Е опасность часто выглядит как опасность.
Трещина. Пятно. Холодный край. Зубастая тварь, которая считает тебя ужином, а себя — естественным порядком вещей.
В классе D опасность уже умеет прятаться.
В классе C она начинает спорить.
В классе B…
В классе Е опасность часто выглядит как опасность.
Трещина. Пятно. Холодный край. Зубастая тварь, которая считает тебя ужином, а себя — естественным порядком вещей.
В классе D опасность уже умеет прятаться.
В классе C она начинает спорить.
В классе B…
Когда привычный путь домой превращается в шаг за грань времени — реальность рассыпается, а прошлое оживает.
Два Джона — один молодой, дерзкий, другой усталый, прожжённый — сталкиваются лицом к лицу в мире, где границы между эпохами стираются, а собст…
Когда привычный путь домой превращается в шаг за грань времени — реальность рассыпается, а прошлое оживает.
Два Джона — один молодой, дерзкий, другой усталый, прожжённый — сталкиваются лицом к лицу в мире, где границы между эпохами стираются, а собст…
Я умерла в открытом море. По крайней мере, так должны были решить все, кто видел тело Аглаи — лекарского подмастерья на торговом паруснике «Полуночная звезда».
Очнувшись в её теле, Ирина Снежная понимает: её отравили. Официально — испорченная солонин…
Я умерла в открытом море. По крайней мере, так должны были решить все, кто видел тело Аглаи — лекарского подмастерья на торговом паруснике «Полуночная звезда».
Очнувшись в её теле, Ирина Снежная понимает: её отравили. Официально — испорченная солонин…
В классе Е опасность часто выглядит как опасность.
Трещина. Пятно. Холодный край. Зубастая тварь, которая считает тебя ужином, а себя — естественным порядком вещей.
В классе D опасность уже умеет прятаться.
В классе C она начинает спорить.
В классе B…
В классе Е опасность часто выглядит как опасность.
Трещина. Пятно. Холодный край. Зубастая тварь, которая считает тебя ужином, а себя — естественным порядком вещей.
В классе D опасность уже умеет прятаться.
В классе C она начинает спорить.
В классе B…
Опытный e-commerce-директор умер в пятницу вечером.
Не под колёсами грузовика, не спасая мир и не произнося красивую последнюю фразу. Он просто открыл отчёт по рекламным расходам, увидел стоимость заказа и понял: дальше только реинкарнация.
Очнулся о…
Опытный e-commerce-директор умер в пятницу вечером.
Не под колёсами грузовика, не спасая мир и не произнося красивую последнюю фразу. Он просто открыл отчёт по рекламным расходам, увидел стоимость заказа и понял: дальше только реинкарнация.
Очнулся о…
Я умерла в воскресенье утром. Обычно в это время я пью кофе.
Очнулась — в чужом теле, в чужом особняке, в Петербурге 1867 года.
Тело принадлежит Варваре Светловой — вдове, ведьме на службе тайного Императорского Ордена. Её нашли без сознания при подо…
Я умерла в воскресенье утром. Обычно в это время я пью кофе.
Очнулась — в чужом теле, в чужом особняке, в Петербурге 1867 года.
Тело принадлежит Варваре Светловой — вдове, ведьме на службе тайного Императорского Ордена. Её нашли без сознания при подо…
Я умерла в пятницу вечером. Обычно в это время я спасаюсь от рабочей недели горячим шоколадом и дурацкими сериалами.
Очнулась в наручниках у дверей суда, с телом убитого сенатора за спиной и толпой, требующей моей казни. Теперь я Валерия — вольноотпу…
Я умерла в пятницу вечером. Обычно в это время я спасаюсь от рабочей недели горячим шоколадом и дурацкими сериалами.
Очнулась в наручниках у дверей суда, с телом убитого сенатора за спиной и толпой, требующей моей казни. Теперь я Валерия — вольноотпу…
2000 год. Старший лейтенант спецназа ГРУ Александр Бессонов вместе с группой отправляется на задание, которого официально не существует. Экспериментальный переход должен перенести их в 1936 год и изменить ход истории. Но время выбирает другую точку.
…
2000 год. Старший лейтенант спецназа ГРУ Александр Бессонов вместе с группой отправляется на задание, которого официально не существует. Экспериментальный переход должен перенести их в 1936 год и изменить ход истории. Но время выбирает другую точку.
…
Власть редко делает людей чудовищами.
Гораздо чаще она лишь позволяет им стать теми, кем они были всегда.
Уже год Амантересс и Лорен живут в чужом для них мире, пытаясь смириться с жизнью, которая никогда не должна была стать их собственной. Вот толь…
Власть редко делает людей чудовищами.
Гораздо чаще она лишь позволяет им стать теми, кем они были всегда.
Уже год Амантересс и Лорен живут в чужом для них мире, пытаясь смириться с жизнью, которая никогда не должна была стать их собственной. Вот толь…
Анна считала, что пик профессионального ада – это годовой отчет в пятницу вечером. Но нет. Худшее – это когда тебя выдергивают из родного мира и бросают в средневековое фэнтези с задачей спасти казну целого королевства. Почему именно ее? Местные маги…
Анна считала, что пик профессионального ада – это годовой отчет в пятницу вечером. Но нет. Худшее – это когда тебя выдергивают из родного мира и бросают в средневековое фэнтези с задачей спасти казну целого королевства. Почему именно ее? Местные маги…
Я умерла в воскресенье утром. Обычно в это время я пью кофе.
Очнулась — в чужом теле, в чужом особняке, в Петербурге 1867 года.
Тело принадлежит Варваре Светловой — вдове, ведьме на службе тайного Императорского Ордена. Её нашли без сознания при подо…
Я умерла в воскресенье утром. Обычно в это время я пью кофе.
Очнулась — в чужом теле, в чужом особняке, в Петербурге 1867 года.
Тело принадлежит Варваре Светловой — вдове, ведьме на службе тайного Императорского Ордена. Её нашли без сознания при подо…
Последнее, что я помню из своей жизни, — цифры на осциллографе за секунду до того, как эксперимент пошёл не так.
Очнулась я на деревенской площади, в чужом теле, в наручниках, с приговором «сожжение на рассвете» — потому что местная ведьма, в которую…
Последнее, что я помню из своей жизни, — цифры на осциллографе за секунду до того, как эксперимент пошёл не так.
Очнулась я на деревенской площади, в чужом теле, в наручниках, с приговором «сожжение на рассвете» — потому что местная ведьма, в которую…
Продолжение книги "Цифирь и воля".
1668 год. На краю Руси, в Белогорском уделе, князь Григорий и его жена Анна ведут отчаянную борьбу за выживание. Их оружие — не только меч, но и ум. Их тайное оружие — Нестор, гениальный инженер из далёкого будущего…
Продолжение книги "Цифирь и воля".
1668 год. На краю Руси, в Белогорском уделе, князь Григорий и его жена Анна ведут отчаянную борьбу за выживание. Их оружие — не только меч, но и ум. Их тайное оружие — Нестор, гениальный инженер из далёкого будущего…
Он из тех, кого называли Драконами.
Самоуверенный язвительный наглец, совершенно не подходящий на роль защитника.
Да только мне надеяться больше не на кого. Земной мир остался позади, а здесь я – желанный трофей для одних, досадная помеха для других,…
Он из тех, кого называли Драконами.
Самоуверенный язвительный наглец, совершенно не подходящий на роль защитника.
Да только мне надеяться больше не на кого. Земной мир остался позади, а здесь я – желанный трофей для одних, досадная помеха для других,…
Я был самым обычным массажистом в душной Москве. Усталость, долги и бесконечная вереница чужих зажатых спин — вот и вся моя жизнь, пока уставшее сердце не остановилось прямо на смене. Но вместо небытия я очнулся под ослепительным небом Древней Эллады…
Я был самым обычным массажистом в душной Москве. Усталость, долги и бесконечная вереница чужих зажатых спин — вот и вся моя жизнь, пока уставшее сердце не остановилось прямо на смене. Но вместо небытия я очнулся под ослепительным небом Древней Эллады…
Ирина Снежная — физик. Была физиком, пока эксперимент в собственной лаборатории не начал перебрасывать её из тела в тело — всегда в чужое и всегда за мгновение до смерти его хозяйки.
Теперь она приходит в себя в теле техника Зои: тяжёлые ожоги, зараж…
Ирина Снежная — физик. Была физиком, пока эксперимент в собственной лаборатории не начал перебрасывать её из тела в тело — всегда в чужое и всегда за мгновение до смерти его хозяйки.
Теперь она приходит в себя в теле техника Зои: тяжёлые ожоги, зараж…
Я умерла в открытом море. По крайней мере, так должны были решить все, кто видел тело Аглаи — лекарского подмастерья на торговом паруснике «Полуночная звезда».
Очнувшись в её теле, Ирина Снежная понимает: её отравили. Официально — испорченная солонин…
Я умерла в открытом море. По крайней мере, так должны были решить все, кто видел тело Аглаи — лекарского подмастерья на торговом паруснике «Полуночная звезда».
Очнувшись в её теле, Ирина Снежная понимает: её отравили. Официально — испорченная солонин…
Я умерла в пятницу вечером. Обычно в это время я спасаюсь от рабочей недели горячим шоколадом и дурацкими сериалами.
Очнулась в наручниках у дверей суда, с телом убитого сенатора за спиной и толпой, требующей моей казни. Теперь я Валерия — вольноотпу…
Я умерла в пятницу вечером. Обычно в это время я спасаюсь от рабочей недели горячим шоколадом и дурацкими сериалами.
Очнулась в наручниках у дверей суда, с телом убитого сенатора за спиной и толпой, требующей моей казни. Теперь я Валерия — вольноотпу…
1890 год. В уездном городе Китеже жила юная Сонечка. Вышивала крестиком, вязала крючком… Пока ее не убили, а в ее тело не вселилась я - студентка факультета судебной экспертизы София Леденцова. Как теперь быть? Я подумаю об этом завтра. А пока нужно …
1890 год. В уездном городе Китеже жила юная Сонечка. Вышивала крестиком, вязала крючком… Пока ее не убили, а в ее тело не вселилась я - студентка факультета судебной экспертизы София Леденцова. Как теперь быть? Я подумаю об этом завтра. А пока нужно …