политические детективы
Что будет, если ученые изобретут сыворотку бессмертия? Всеобщая радость. Ну да, в первые десять лет. А что будет, когда на Земле будут жить 20 миллиардов человек, из которых 18 - беспомощные старики. А если эти старики будут занимать все руководящие …
Что будет, если ученые изобретут сыворотку бессмертия? Всеобщая радость. Ну да, в первые десять лет. А что будет, когда на Земле будут жить 20 миллиардов человек, из которых 18 - беспомощные старики. А если эти старики будут занимать все руководящие …
Что будет, если ученые изобретут сыворотку бессмертия? Всеобщая радость. Ну да, в первые десять лет. А что будет, когда на Земле будут жить 20 миллиардов человек, из которых 18 - беспомощные старики. А если эти старики будут занимать все руководящие …
Что будет, если ученые изобретут сыворотку бессмертия? Всеобщая радость. Ну да, в первые десять лет. А что будет, когда на Земле будут жить 20 миллиардов человек, из которых 18 - беспомощные старики. А если эти старики будут занимать все руководящие …
Семь признаний перестают противоречить друг другу. Они складываются в единственную версию — ту, которую кто-то готовил много лет.
Последние следы приводят Яну к женщине с синими глазами, месту, которого нет ни в одном журнале, и архивной записи, спос…
Семь признаний перестают противоречить друг другу. Они складываются в единственную версию — ту, которую кто-то готовил много лет.
Последние следы приводят Яну к женщине с синими глазами, месту, которого нет ни в одном журнале, и архивной записи, спос…
Сентябрь девяносто третьего забирает у Владимира Соколова правую руку — и отдаёт ему город. Тот, кто выжил под шквальным огнём на Цветочной улице, возвращается в Петербург другим человеком: холодным, безруким, несокрушимым. Отныне порты, комитеты, ко…
Сентябрь девяносто третьего забирает у Владимира Соколова правую руку — и отдаёт ему город. Тот, кто выжил под шквальным огнём на Цветочной улице, возвращается в Петербург другим человеком: холодным, безруким, несокрушимым. Отныне порты, комитеты, ко…
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…
Где-то в архиве хранится документ под грифом «Нулевой протокол» — распоряжение, которого, если верить официальным сводкам, никогда не существовало. Но каждый, кто подходит к разгадке слишком близко, узнаёт: стёртое из бумаг не стирается из последстви…
Где-то в архиве хранится документ под грифом «Нулевой протокол» — распоряжение, которого, если верить официальным сводкам, никогда не существовало. Но каждый, кто подходит к разгадке слишком близко, узнаёт: стёртое из бумаг не стирается из последстви…
Где-то в архиве хранится документ под грифом «Нулевой протокол» — распоряжение, которого, если верить официальным сводкам, никогда не существовало. Но каждый, кто подходит к разгадке слишком близко, узнаёт: стёртое из бумаг не стирается из последстви…
Где-то в архиве хранится документ под грифом «Нулевой протокол» — распоряжение, которого, если верить официальным сводкам, никогда не существовало. Но каждый, кто подходит к разгадке слишком близко, узнаёт: стёртое из бумаг не стирается из последстви…
Мирек Земан пережил свои «пятнадцать минут славы» в молодости, одержав победу на ринге над чемпионом мира по боксу. Но то время давно прошло. Сейчас он – незаметный чиновник в одном из пражских министерств, товарищ Никто, живущий на Ничейной земле.
Н…
Мирек Земан пережил свои «пятнадцать минут славы» в молодости, одержав победу на ринге над чемпионом мира по боксу. Но то время давно прошло. Сейчас он – незаметный чиновник в одном из пражских министерств, товарищ Никто, живущий на Ничейной земле.
Н…
Осень 1940 года.
Европа разгромлена! Вся её западная часть уже под пятой фашизма.
Англия сражается в одиночку.
Восточная часть Европы по пакту Молотова-Риббентропа отошла в зону интересов СССР.
Сталин проводит мирную политику в результате которой в…
Осень 1940 года.
Европа разгромлена! Вся её западная часть уже под пятой фашизма.
Англия сражается в одиночку.
Восточная часть Европы по пакту Молотова-Риббентропа отошла в зону интересов СССР.
Сталин проводит мирную политику в результате которой в…
Эта книга стала продолжением романа, который ещё не имеет названия и неизвестно когда и чем закончится. Ранее было опубликовано сорок четыре главы, от «Иллюзиона» и «Мадлен» до «Аллегории» и «Мимолётного видения». Заподозрив неладное, Влад переместил…
Эта книга стала продолжением романа, который ещё не имеет названия и неизвестно когда и чем закончится. Ранее было опубликовано сорок четыре главы, от «Иллюзиона» и «Мадлен» до «Аллегории» и «Мимолётного видения». Заподозрив неладное, Влад переместил…
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного т…
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного т…
После падения бессмертной династии Эльдранов единая империя Элимир раскололась на три государства.
Вальдерсия поклоняется порядку и вере.
Андалания утопает в интригах великих семей.
Грюкмерс выживает благодаря силе и жесткому контролю.
Прошло четырес…
После падения бессмертной династии Эльдранов единая империя Элимир раскололась на три государства.
Вальдерсия поклоняется порядку и вере.
Андалания утопает в интригах великих семей.
Грюкмерс выживает благодаря силе и жесткому контролю.
Прошло четырес…
Киев. Наши дни.
Австрийский инвестор Томас Ланге приезжает обсуждать сделку на десятки миллионов евро. Инвестиционный проект реален. Деньги на счетах — настоящие. Биография — безупречная.
Проблема в том, что Томаса Ланге не существует.
Его задача — п…
Киев. Наши дни.
Австрийский инвестор Томас Ланге приезжает обсуждать сделку на десятки миллионов евро. Инвестиционный проект реален. Деньги на счетах — настоящие. Биография — безупречная.
Проблема в том, что Томаса Ланге не существует.
Его задача — п…
1940 год
Гитлеровская Германия продолжает вторую мировую войну и планирует нападать на страны Западной Европы.
Под угрозой вторжения оказались Дания, Норвегия и Швеция. В штабе Вермахта готов план захвата Бельгии, Голландии, Люксембурга, Франции и Бр…
1940 год
Гитлеровская Германия продолжает вторую мировую войну и планирует нападать на страны Западной Европы.
Под угрозой вторжения оказались Дания, Норвегия и Швеция. В штабе Вермахта готов план захвата Бельгии, Голландии, Люксембурга, Франции и Бр…
Триллер, в центре которого — двойное повествование. Первая линия рассказывает о профессиональных убийцах Селене и Гекторе, выполняющих секретное задание по ликвидации цели в Аргентине. Вторая линия раскрывает историю фермера Ксавье Герреро, живущего …
Триллер, в центре которого — двойное повествование. Первая линия рассказывает о профессиональных убийцах Селене и Гекторе, выполняющих секретное задание по ликвидации цели в Аргентине. Вторая линия раскрывает историю фермера Ксавье Герреро, живущего …
Осень 1994 года. Нелегал российской разведки Пако Аррайя живет в Нью-Йорке под чужим именем, но одно короткое сообщение заставляет его сорваться сначала в Москву, а оттуда на полыхающие войной Балканы.
Там бесследно исчез его учитель, разведчик Петр …
Осень 1994 года. Нелегал российской разведки Пако Аррайя живет в Нью-Йорке под чужим именем, но одно короткое сообщение заставляет его сорваться сначала в Москву, а оттуда на полыхающие войной Балканы.
Там бесследно исчез его учитель, разведчик Петр …
Основано на реальных событиях
Ноябрь 1903 года.
Личный сейф Николая II опустошен изнутри.
По личному приказу царя расследование ведут лучшие из Департамента полиции: гений сыска Аркадий Коткевич («Умник») и двухметровый гигант Трофим Кузмич («Сила»…
Основано на реальных событиях
Ноябрь 1903 года.
Личный сейф Николая II опустошен изнутри.
По личному приказу царя расследование ведут лучшие из Департамента полиции: гений сыска Аркадий Коткевич («Умник») и двухметровый гигант Трофим Кузмич («Сила»…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Я навсегда решил проблему с Вакси Гордоном и смог защитить…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Я навсегда решил проблему с Вакси Гордоном и смог защитить…
Эту книгу написал ветеран КГБ Александр Поляков, мастер шпионского романа. Получилась головокружительная история о том, как шпионы и диверсанты пытались задушить молодую советскую республику. Они действовали с размахом – с запада и с востока. Орудова…
Эту книгу написал ветеран КГБ Александр Поляков, мастер шпионского романа. Получилась головокружительная история о том, как шпионы и диверсанты пытались задушить молодую советскую республику. Они действовали с размахом – с запада и с востока. Орудова…
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…