Юрий Алексеевич Петренко
Книги автора: Юрий Алексеевич Петренко
У ЛЮБВИ ПОСЛЕ СОРОКА СВОИ ПРАВИЛА
Город погрузился в темноту. У них есть всего один час, чтобы спасти район и решить, кому нужнее свет: тремстам запертым в филармонии людям, новорожденному младенцу или реанимации городской больницы.
Книга о цене О…
У ЛЮБВИ ПОСЛЕ СОРОКА СВОИ ПРАВИЛА
Город погрузился в темноту. У них есть всего один час, чтобы спасти район и решить, кому нужнее свет: тремстам запертым в филармонии людям, новорожденному младенцу или реанимации городской больницы.
Книга о цене О…
Пошаговый гид для тех, у кого даже яичница раньше была со вкусом угля.
Как перестать тратить состояние на доставку и не сжечь кухню.
От кулинарного неандертальца до шеф-повара собственного супчика за 1 неделю.
Из неумехи в повара за 7 дней: понят…
Пошаговый гид для тех, у кого даже яичница раньше была со вкусом угля.
Как перестать тратить состояние на доставку и не сжечь кухню.
От кулинарного неандертальца до шеф-повара собственного супчика за 1 неделю.
Из неумехи в повара за 7 дней: понят…
У ЛЮБВИ ПОСЛЕ СОРОКА СВОИ ПРАВИЛА
Город погрузился в темноту. У них есть всего один час, чтобы спасти район и решить, кому нужнее свет: тремстам запертым в филармонии людям, новорожденному младенцу или реанимации городской больницы.
Книга о цене О…
У ЛЮБВИ ПОСЛЕ СОРОКА СВОИ ПРАВИЛА
Город погрузился в темноту. У них есть всего один час, чтобы спасти район и решить, кому нужнее свет: тремстам запертым в филармонии людям, новорожденному младенцу или реанимации городской больницы.
Книга о цене О…
Люди внутри истории не знают будущего — они просто ЛЮБЯТ и ЖИВУТ.
Реальные малоизвестные факты из биографии Сталина, Свердлова.
Рассекреченные материалы СпецОтдела ВЧК. Подлинные закрытые исследования 1920–1930-х годов (теории Чижевского, Институты…
Люди внутри истории не знают будущего — они просто ЛЮБЯТ и ЖИВУТ.
Реальные малоизвестные факты из биографии Сталина, Свердлова.
Рассекреченные материалы СпецОтдела ВЧК. Подлинные закрытые исследования 1920–1930-х годов (теории Чижевского, Институты…
Она выигрывала все скачки. Но главная битва ждала её за финишной чертой.
Детективная драма о легендарной наезднице, которая нашла в овсе смертельный яд — и запустила расследование, перевернувшее её жизнь. Вместе с хирургом, рискнувшим всем, она выход…
Она выигрывала все скачки. Но главная битва ждала её за финишной чертой.
Детективная драма о легендарной наезднице, которая нашла в овсе смертельный яд — и запустила расследование, перевернувшее её жизнь. Вместе с хирургом, рискнувшим всем, она выход…
Она выигрывала все скачки. Но главная битва ждала её за финишной чертой.
Детективная драма о легендарной наезднице, которая нашла в овсе смертельный яд — и запустила расследование, перевернувшее её жизнь. Вместе с хирургом, рискнувшим всем, она выход…
Она выигрывала все скачки. Но главная битва ждала её за финишной чертой.
Детективная драма о легендарной наезднице, которая нашла в овсе смертельный яд — и запустила расследование, перевернувшее её жизнь. Вместе с хирургом, рискнувшим всем, она выход…
Медея прошла ад киевских коммуналок, нищету афинских трущоб и яростную пахоту на музыкальном заводе Теодора Курентзиса. Она выбивала фальшь из мировых звезд, зная: «Худая корова — еще не газель, петь нечем будет».
В Мариуполе оперная дива находит уб…
Медея прошла ад киевских коммуналок, нищету афинских трущоб и яростную пахоту на музыкальном заводе Теодора Курентзиса. Она выбивала фальшь из мировых звезд, зная: «Худая корова — еще не газель, петь нечем будет».
В Мариуполе оперная дива находит уб…
История человечества — это не битва идей, а грандиозный гастрономический обман . На стыке жестких архивных фактов и шпионских гипотез Автор вскрывает тайные кулинарные заговоры: от древних пивоваров, разбавлявших сусло ради распила царского пайка , д…
История человечества — это не битва идей, а грандиозный гастрономический обман . На стыке жестких архивных фактов и шпионских гипотез Автор вскрывает тайные кулинарные заговоры: от древних пивоваров, разбавлявших сусло ради распила царского пайка , д…
Политический детектив о самой страшной цене, уплаченной за любовь. Охотясь за кодами «Потсдамского шифра», Уинстон Черчилль вскрывает тайный канал связи германского трона, где главной фигурой оказывается императрица Дона. Манипулируя её страхом за уя…
Политический детектив о самой страшной цене, уплаченной за любовь. Охотясь за кодами «Потсдамского шифра», Уинстон Черчилль вскрывает тайный канал связи германского трона, где главной фигурой оказывается императрица Дона. Манипулируя её страхом за уя…
Политический детектив о самой страшной цене, уплаченной за любовь. Охотясь за кодами «Потсдамского шифра», Уинстон Черчилль вскрывает тайный канал связи германского трона, где главной фигурой оказывается императрица Дона. Манипулируя её страхом за уя…
Политический детектив о самой страшной цене, уплаченной за любовь. Охотясь за кодами «Потсдамского шифра», Уинстон Черчилль вскрывает тайный канал связи германского трона, где главной фигурой оказывается императрица Дона. Манипулируя её страхом за уя…
Что сильнее: тоталитарная машина или чистый гений? Историческая повесть «Атлант» рассказывает подлинную, полную драматизма историю авиаконструктора Владимира Мясищева. Человека, который наперекор лагерям ГУЛАГа, чиновничьему скепсису и заговорам зару…
Что сильнее: тоталитарная машина или чистый гений? Историческая повесть «Атлант» рассказывает подлинную, полную драматизма историю авиаконструктора Владимира Мясищева. Человека, который наперекор лагерям ГУЛАГа, чиновничьему скепсису и заговорам зару…
Что сильнее: тоталитарная машина или чистый гений? Историческая повесть «Атлант» рассказывает подлинную, полную драматизма историю авиаконструктора Владимира Мясищева. Человека, который наперекор лагерям ГУЛАГа, чиновничьему скепсису и заговорам зару…
Что сильнее: тоталитарная машина или чистый гений? Историческая повесть «Атлант» рассказывает подлинную, полную драматизма историю авиаконструктора Владимира Мясищева. Человека, который наперекор лагерям ГУЛАГа, чиновничьему скепсису и заговорам зару…