научная фантастика
Земля экономит свет. Дети растут в вечерних сумерках, а на дальней станции «Эхо», на самом краю Солнечной системы, ксенолингвист Марина Соколова каждый день говорит с десятилетней дочерью через пять световых часов — двумя монологами, что почти никогд…
Земля экономит свет. Дети растут в вечерних сумерках, а на дальней станции «Эхо», на самом краю Солнечной системы, ксенолингвист Марина Соколова каждый день говорит с десятилетней дочерью через пять световых часов — двумя монологами, что почти никогд…
Семнадцатилетняя Аня считает дни до отъезда из дома, где всё вращается вокруг её младшего брата Лёвы — восьмилетнего мальчика с редкой митохондриальной болезнью, умеющего «затихать» лучше всех. До свободы остаётся сорок три дня, когда над городом вст…
Семнадцатилетняя Аня считает дни до отъезда из дома, где всё вращается вокруг её младшего брата Лёвы — восьмилетнего мальчика с редкой митохондриальной болезнью, умеющего «затихать» лучше всех. До свободы остаётся сорок три дня, когда над городом вст…
Астрофизик Лия Коэн замечает в небе странные пустоты: звёзды исчезают по одной, не вспыхивая и не темнея, словно их кто-то аккуратно вынимает. Точки гибели складываются в конус, остриё которого направлено на Землю — и на проект «Маяк», только что отп…
Астрофизик Лия Коэн замечает в небе странные пустоты: звёзды исчезают по одной, не вспыхивая и не темнея, словно их кто-то аккуратно вынимает. Точки гибели складываются в конус, остриё которого направлено на Землю — и на проект «Маяк», только что отп…
Сказка о невероятной доброте и покладистости характера, о проявлении воли и противостоянии трудностям, о понимании и мудрости, о достойном поведении и к чему это приводит. И всё это происходит в далёкой Мексике, притом с чудесным обитателем сказочног…
Сказка о невероятной доброте и покладистости характера, о проявлении воли и противостоянии трудностям, о понимании и мудрости, о достойном поведении и к чему это приводит. И всё это происходит в далёкой Мексике, притом с чудесным обитателем сказочног…
В мире, где эмоции откалиброваны, а звуки подчинены алгоритмам, главный герой слышит необъяснимый шум и видит призраки прошлого. Работая дегустатором, он осознаёт: его восприятие — не сбой, а дар, позволяющий чувствовать жизнь за пределами стерильнос…
В мире, где эмоции откалиброваны, а звуки подчинены алгоритмам, главный герой слышит необъяснимый шум и видит призраки прошлого. Работая дегустатором, он осознаёт: его восприятие — не сбой, а дар, позволяющий чувствовать жизнь за пределами стерильнос…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Молодая женщина Вера, потерявшая маленькую дочь, обращаетс…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Молодая женщина Вера, потерявшая маленькую дочь, обращаетс…
Что, если ваши воспоминания можно купить? А страх — продать по весу?
Нейрофизиолог Леонид Светлов чувствует чужие эмоции как физическую боль. Его дар приводит его в «Эйдос» — клинику, где стирают одно и вклеивают другое. Но за фасадом терапии — систе…
Что, если ваши воспоминания можно купить? А страх — продать по весу?
Нейрофизиолог Леонид Светлов чувствует чужие эмоции как физическую боль. Его дар приводит его в «Эйдос» — клинику, где стирают одно и вклеивают другое. Но за фасадом терапии — систе…
В мире, где человечество стало паразитом в теле гигантского биомеханического организма, бывший наемник Кайл Рейган ведет последних выживших в сердце цифрового ада. Город-башня Новый Эдем, управляемый искусственным интеллектом Евой, превращает людей в…
В мире, где человечество стало паразитом в теле гигантского биомеханического организма, бывший наемник Кайл Рейган ведет последних выживших в сердце цифрового ада. Город-башня Новый Эдем, управляемый искусственным интеллектом Евой, превращает людей в…
История Ники начинается в 35 году эры Единого. Обычной девушке с низким уровнем мутации провидения вдруг улыбается сама судьба и посылает шанс начать счастливую спокойную жизнь, но иллюзия оборачивается суровой реальностью, в которой на её плечи выпа…
История Ники начинается в 35 году эры Единого. Обычной девушке с низким уровнем мутации провидения вдруг улыбается сама судьба и посылает шанс начать счастливую спокойную жизнь, но иллюзия оборачивается суровой реальностью, в которой на её плечи выпа…
Дорогие читатели!
Это первая глава истории о необычном союзе человека, искусственного интеллекта и верного пса в мире, который пытается снова стать живым. Это мой первый опыт в жанре гуманистической фантастики, и мне очень важно ваше мнение. Как вам…
Дорогие читатели!
Это первая глава истории о необычном союзе человека, искусственного интеллекта и верного пса в мире, который пытается снова стать живым. Это мой первый опыт в жанре гуманистической фантастики, и мне очень важно ваше мнение. Как вам…
Аня видит то, что скрыто от других: «тесные перекрёстки» — точки, где будущее сжимается под тяжестью страха, рутины или чужого давления. Её сны — не просто видения, а путеводители по развилкам судьбы: одно верно подобранное слово способно распахнуть …
Аня видит то, что скрыто от других: «тесные перекрёстки» — точки, где будущее сжимается под тяжестью страха, рутины или чужого давления. Её сны — не просто видения, а путеводители по развилкам судьбы: одно верно подобранное слово способно распахнуть …
Нина Раскова, пожилой аналитик ЦУПа, тридцать лет считает чужие орбиты — и десять лет предупреждает комитеты, что узкий слой пятьсот–шестьсот километров перенаселён. Её доклады возвращают с резолюцией «нерентабельная паника». Утром обычной смены Нина…
Нина Раскова, пожилой аналитик ЦУПа, тридцать лет считает чужие орбиты — и десять лет предупреждает комитеты, что узкий слой пятьсот–шестьсот километров перенаселён. Её доклады возвращают с резолюцией «нерентабельная паника». Утром обычной смены Нина…
В мире, где каждый шаг рассчитан алгоритмом, где вкус еды оптимизирован, а эмоции измеряются в процентах, архитектор Алексей Сергеевич внезапно сталкивается с тем, чего не может объяснить система. Боль. Не смоделированная, не рекомендованная — настоя…
В мире, где каждый шаг рассчитан алгоритмом, где вкус еды оптимизирован, а эмоции измеряются в процентах, архитектор Алексей Сергеевич внезапно сталкивается с тем, чего не может объяснить система. Боль. Не смоделированная, не рекомендованная — настоя…
Повесть о начале фантастических приключений двух друзей. Думали ли они, конструируя обычный фонарик и найдя на чердаке старого дома советский компас, что всё закончится полётами в будущее?
Повесть о начале фантастических приключений двух друзей. Думали ли они, конструируя обычный фонарик и найдя на чердаке старого дома советский компас, что всё закончится полётами в будущее?
Семнадцатилетняя Аня считает дни до отъезда из дома, где всё вращается вокруг её младшего брата Лёвы — восьмилетнего мальчика с редкой митохондриальной болезнью, умеющего «затихать» лучше всех. До свободы остаётся сорок три дня, когда над городом вст…
Семнадцатилетняя Аня считает дни до отъезда из дома, где всё вращается вокруг её младшего брата Лёвы — восьмилетнего мальчика с редкой митохондриальной болезнью, умеющего «затихать» лучше всех. До свободы остаётся сорок три дня, когда над городом вст…
2011 год. Программа «Наследие» дала первые плоды. Во главе тайной организации «Атлас» встаёт Аид — тактический гений, лишённый национальных предрассудков и готовый на всё ради одной цели: удержать мир от падения.
Но враг превосходит любые кошмары осн…
2011 год. Программа «Наследие» дала первые плоды. Во главе тайной организации «Атлас» встаёт Аид — тактический гений, лишённый национальных предрассудков и готовый на всё ради одной цели: удержать мир от падения.
Но враг превосходит любые кошмары осн…
В куполе «Заслон-БТ», отрезанном от мира ледяной пустыней, разворачивается история, где любовь переплетается с дерзким экспериментом. Ольга и Алексей проводят месяц в уединении, которое должно было бы стать идиллией. Но за уютными пейзажами искусстве…
В куполе «Заслон-БТ», отрезанном от мира ледяной пустыней, разворачивается история, где любовь переплетается с дерзким экспериментом. Ольга и Алексей проводят месяц в уединении, которое должно было бы стать идиллией. Но за уютными пейзажами искусстве…
Земля экономит свет. Дети растут в вечерних сумерках, а на дальней станции «Эхо», на самом краю Солнечной системы, ксенолингвист Марина Соколова каждый день говорит с десятилетней дочерью через пять световых часов — двумя монологами, что почти никогд…
Земля экономит свет. Дети растут в вечерних сумерках, а на дальней станции «Эхо», на самом краю Солнечной системы, ксенолингвист Марина Соколова каждый день говорит с десятилетней дочерью через пять световых часов — двумя монологами, что почти никогд…
Маяк — это метафора невыносимого желания увидеть свою жизнь со стороны, получить тотальный обзор и ориентир. Однако платой за такое «озарение» становится необратимое отторжение от реальности. Феномен неистребим, но единственная защита от него — колле…
Маяк — это метафора невыносимого желания увидеть свою жизнь со стороны, получить тотальный обзор и ориентир. Однако платой за такое «озарение» становится необратимое отторжение от реальности. Феномен неистребим, но единственная защита от него — колле…
Астрофизик Лия Коэн замечает в небе странные пустоты: звёзды исчезают по одной, не вспыхивая и не темнея, словно их кто-то аккуратно вынимает. Точки гибели складываются в конус, остриё которого направлено на Землю — и на проект «Маяк», только что отп…
Астрофизик Лия Коэн замечает в небе странные пустоты: звёзды исчезают по одной, не вспыхивая и не темнея, словно их кто-то аккуратно вынимает. Точки гибели складываются в конус, остриё которого направлено на Землю — и на проект «Маяк», только что отп…