мистика
В 02:13 на пульт экстренной службы поступает звонок с номера, которого не существует. Женщина просит не отправлять полицию: человек за дверью знает, что она разговаривает с оператором.
Но самое страшное начинается позже. В записи разговора Марина слы…
В 02:13 на пульт экстренной службы поступает звонок с номера, которого не существует. Женщина просит не отправлять полицию: человек за дверью знает, что она разговаривает с оператором.
Но самое страшное начинается позже. В записи разговора Марина слы…
Что вы знаете о проклятиях? Обычные сказки или реальная сила, способная уничтожать веками?
Все мужчины в роду Киры умирают, не дожив до старости, перед смертью видя зловещие кошмары, повторяющиеся каждую ночь. После трагической гибели брата Кира нахо…
Что вы знаете о проклятиях? Обычные сказки или реальная сила, способная уничтожать веками?
Все мужчины в роду Киры умирают, не дожив до старости, перед смертью видя зловещие кошмары, повторяющиеся каждую ночь. После трагической гибели брата Кира нахо…
В липовой роще, окутанной предрассветным туманом, находят младенца, в записке лишь имя: Берта. Девочку отдают в монастырь, но её пробуждающиеся способности вселяют страх в сердца монахинь. Маленькую Берту выпроваживают из монастыря, в тайне надеясь, …
В липовой роще, окутанной предрассветным туманом, находят младенца, в записке лишь имя: Берта. Девочку отдают в монастырь, но её пробуждающиеся способности вселяют страх в сердца монахинь. Маленькую Берту выпроваживают из монастыря, в тайне надеясь, …
Есения, скромная продавщица из маленького городка в магазине модной одежды, и представить не могла, что обычный вечер у витрины бутика станет началом крутого поворота в судьбе. Знакомство с Максимом и его импульсивной сестрой Анной словно приоткрывае…
Есения, скромная продавщица из маленького городка в магазине модной одежды, и представить не могла, что обычный вечер у витрины бутика станет началом крутого поворота в судьбе. Знакомство с Максимом и его импульсивной сестрой Анной словно приоткрывае…
Третья книга серии. История о том, что память живёт не в голове, а в теле. Что забыть — не значит не знать. И что иногда, чтобы вспомнить, нужно сперва решиться.
Третья книга серии. История о том, что память живёт не в голове, а в теле. Что забыть — не значит не знать. И что иногда, чтобы вспомнить, нужно сперва решиться.
Научно-фантастический хоррор рассказывает об опальном нейрофизиологе Дэниеле Харте, который в кустарных условиях создает уникальный интерфейс, способный оцифровывать человеческие мысли и превращать их в математические паттерны. Объединив усилия с экс…
Научно-фантастический хоррор рассказывает об опальном нейрофизиологе Дэниеле Харте, который в кустарных условиях создает уникальный интерфейс, способный оцифровывать человеческие мысли и превращать их в математические паттерны. Объединив усилия с экс…
1980 год. Следователь Антон Лапин уезжает в закрытый город Северореченск расследовать исчезновения людей. Через месяц он перестаёт выходить на связь. Его коллега и друг Стас Правдин отправляется на поиски друга. Он знает, что город окружён болотами и…
1980 год. Следователь Антон Лапин уезжает в закрытый город Северореченск расследовать исчезновения людей. Через месяц он перестаёт выходить на связь. Его коллега и друг Стас Правдин отправляется на поиски друга. Он знает, что город окружён болотами и…
Он жил, не замечая чужой боли. Издевался, унижал, смеялся — и ему всегда всё сходило с рук. Пока однажды на его пути не появилась чёрная лиса с бездонными глазами.
Никита — сын влиятельных родителей, гроза колледжа и пустой человек, считающий всех в…
Он жил, не замечая чужой боли. Издевался, унижал, смеялся — и ему всегда всё сходило с рук. Пока однажды на его пути не появилась чёрная лиса с бездонными глазами.
Никита — сын влиятельных родителей, гроза колледжа и пустой человек, считающий всех в…
На краю мира, затянутого ядовитыми туманами, лежит Деревня, где главный закон - «Бога не зовут вслух». Нарушившего ждет участь хуже смерти. И не только его.
Когда на заброшенной часовне пробуждается древнее зло, единственный, кого могут послать на ве…
На краю мира, затянутого ядовитыми туманами, лежит Деревня, где главный закон - «Бога не зовут вслух». Нарушившего ждет участь хуже смерти. И не только его.
Когда на заброшенной часовне пробуждается древнее зло, единственный, кого могут послать на ве…
Он жил, не замечая чужой боли. Издевался, унижал, смеялся — и ему всегда всё сходило с рук. Пока однажды на его пути не появилась чёрная лиса с бездонными глазами.
Никита — сын влиятельных родителей, гроза колледжа и пустой человек, считающий всех в…
Он жил, не замечая чужой боли. Издевался, унижал, смеялся — и ему всегда всё сходило с рук. Пока однажды на его пути не появилась чёрная лиса с бездонными глазами.
Никита — сын влиятельных родителей, гроза колледжа и пустой человек, считающий всех в…
Мысли в ответ на звук. Слова в ответ на музыку. Рифмы в ответ на риффы.
В этом сборнике представлены 75 сонгфиков – поэтических произведений, основанных на структуре и настроении уже существующих песен. Объединённые в тематические компиляции и сюжетн…
Мысли в ответ на звук. Слова в ответ на музыку. Рифмы в ответ на риффы.
В этом сборнике представлены 75 сонгфиков – поэтических произведений, основанных на структуре и настроении уже существующих песен. Объединённые в тематические компиляции и сюжетн…
Костоброд — город, который стоит на костях, гниёт и пахнет так, что святая вода шипит. Здесь бесы живут в печах, борделях и подвалах, а Клим Хрящ зарабатывает тем, что ловит их и продаёт. Он не герой, не святой и давно не экзорцист. Просто падальщик …
Костоброд — город, который стоит на костях, гниёт и пахнет так, что святая вода шипит. Здесь бесы живут в печах, борделях и подвалах, а Клим Хрящ зарабатывает тем, что ловит их и продаёт. Он не герой, не святой и давно не экзорцист. Просто падальщик …
Двадцать четыре человека приходят в себя привязанными к металлическим креслам на глубине чудовищного колодца. У них нет имен - только порядковые номера, статус «экономически нерентабельных» и миллиарды невидимых глаз, следящих за каждым их шагом в пр…
Двадцать четыре человека приходят в себя привязанными к металлическим креслам на глубине чудовищного колодца. У них нет имен - только порядковые номера, статус «экономически нерентабельных» и миллиарды невидимых глаз, следящих за каждым их шагом в пр…
Они жили рядом. За печкой, в бане, в омуте, в поле, в лесу. В них верили не как в сказку — как в соседей. Их задабривали, боялись, звали по имени и никогда не поминали вслух без нужды. Это не персонажи из книг. Это те, с кем русская деревня делила до…
Они жили рядом. За печкой, в бане, в омуте, в поле, в лесу. В них верили не как в сказку — как в соседей. Их задабривали, боялись, звали по имени и никогда не поминали вслух без нужды. Это не персонажи из книг. Это те, с кем русская деревня делила до…
Париж, 1702 год. Под блеском версальских балов и пудрой аристократических спален — темнота, которую король приказал забыть: чёрные мессы, оргии знати, яды, проданные души и кровь, льющаяся у алтарей. Знать Франции служит той, что старше неба и земли.…
Париж, 1702 год. Под блеском версальских балов и пудрой аристократических спален — темнота, которую король приказал забыть: чёрные мессы, оргии знати, яды, проданные души и кровь, льющаяся у алтарей. Знать Франции служит той, что старше неба и земли.…
В архивных ведомостях Главного управления геодезии урочище Мокрый Дол числится среди «мертвых площадей» – территория внутри замкнутого контура физически существует, но не сходится ни с одним земельным балансом.
Опытный инженер Илья Вересов, привыкший…
В архивных ведомостях Главного управления геодезии урочище Мокрый Дол числится среди «мертвых площадей» – территория внутри замкнутого контура физически существует, но не сходится ни с одним земельным балансом.
Опытный инженер Илья Вересов, привыкший…
Группа «Стикс-12» оказывается отрезана на дне колоссальной подземной выработки – технологического горизонта «Сухой карьер». В кольце циклопических скальных уступов, среди застывших шагающих экскаваторов и ржавых железнодорожных путей, уцелевшие пытаю…
Группа «Стикс-12» оказывается отрезана на дне колоссальной подземной выработки – технологического горизонта «Сухой карьер». В кольце циклопических скальных уступов, среди застывших шагающих экскаваторов и ржавых железнодорожных путей, уцелевшие пытаю…
Служебная группа «Омега-19» спускается на предельные глубины комплекса – в зону консервации сверхглубокой выработки, известной как Черный шурф. За многотонными шлюзовыми створами и переплетением кабельных коллекторов инженерам предстоит ликвидировать…
Служебная группа «Омега-19» спускается на предельные глубины комплекса – в зону консервации сверхглубокой выработки, известной как Черный шурф. За многотонными шлюзовыми створами и переплетением кабельных коллекторов инженерам предстоит ликвидировать…
Аварийная группа «Цербер-8» направлена на нижние технологические горизонты для ликвидации сбоя в контуре глубокой терморегуляции. Единственный путь к заблокированным переборкам лежит через вертикальную шахту охлаждения – циклопический колодец из пром…
Аварийная группа «Цербер-8» направлена на нижние технологические горизонты для ликвидации сбоя в контуре глубокой терморегуляции. Единственный путь к заблокированным переборкам лежит через вертикальную шахту охлаждения – циклопический колодец из пром…
Ноябрь 1734 года. Огюстен Мерсье вычисляет положение пятой станции: она лежит в Ливийской пустыне, и увидеть её можно только в полдень летнего солнцестояния, когда исчезают тени. До этого дня остаётся семь месяцев, и пройти нужно полторы тысячи миль …
Ноябрь 1734 года. Огюстен Мерсье вычисляет положение пятой станции: она лежит в Ливийской пустыне, и увидеть её можно только в полдень летнего солнцестояния, когда исчезают тени. До этого дня остаётся семь месяцев, и пройти нужно полторы тысячи миль …