мистика
В каждой деревне есть свои легенды, истории рассказы. И вот вам одна из таких историй, которая произошла со мной.
В каждой деревне есть свои легенды, истории рассказы. И вот вам одна из таких историй, которая произошла со мной.
Сергей Корнеев — обычный менеджер. Жена, двое детей, ипотека, любовница, которую он бросил. Он не считает себя плохим — просто «устал», «не сложилось». После аварии его сознание расщепляется, и он проживает события своей жизни заново — глазами тех, к…
Сергей Корнеев — обычный менеджер. Жена, двое детей, ипотека, любовница, которую он бросил. Он не считает себя плохим — просто «устал», «не сложилось». После аварии его сознание расщепляется, и он проживает события своей жизни заново — глазами тех, к…
Десять лет назад Алекс исчез из жизни Клэр. Без объяснений, без прощания, без единого шанса получить ответы.
Теперь у Клэр есть всё, о чём можно мечтать: любимый муж, успешная карьера и спокойная жизнь.
Но однажды ночью Алекс возвращается. Во сне.
Сн…
Десять лет назад Алекс исчез из жизни Клэр. Без объяснений, без прощания, без единого шанса получить ответы.
Теперь у Клэр есть всё, о чём можно мечтать: любимый муж, успешная карьера и спокойная жизнь.
Но однажды ночью Алекс возвращается. Во сне.
Сн…
Вы когда-нибудь желали заглянуть за границы дозволенного? Например, в чью-то душу.
Этот сборник окунет вас в такие людские пучины страданий, любви и ненависти, что вы будете смеяться до слез. Вам решать, кого осудить, а кого отпустить на все четыре с…
Вы когда-нибудь желали заглянуть за границы дозволенного? Например, в чью-то душу.
Этот сборник окунет вас в такие людские пучины страданий, любви и ненависти, что вы будете смеяться до слез. Вам решать, кого осудить, а кого отпустить на все четыре с…
Возьмите яблоко. Надкусите с одной стороны.
Откройте первую страницу и прислушайтесь: где-то далеко залает белая лиса.
Следуйте за строителем по имени Пьер, который носит гвоздь под языком и строит хижины, исцеляющие города.
Читайте письма, которые п…
Возьмите яблоко. Надкусите с одной стороны.
Откройте первую страницу и прислушайтесь: где-то далеко залает белая лиса.
Следуйте за строителем по имени Пьер, который носит гвоздь под языком и строит хижины, исцеляющие города.
Читайте письма, которые п…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Аннотация
Классический роман Брэма Стокера «Дракула» в нов…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Аннотация
Классический роман Брэма Стокера «Дракула» в нов…
Ночной город хранит в себе множество тайн и неизвестные герои неустанно трудятся над сохранением его покоя, не осознавая, какую, по-настоящему, серьёзную борьбу они ведут. Но в миг возникновения фатального конфликта они открывают в себе невиданные сп…
Ночной город хранит в себе множество тайн и неизвестные герои неустанно трудятся над сохранением его покоя, не осознавая, какую, по-настоящему, серьёзную борьбу они ведут. Но в миг возникновения фатального конфликта они открывают в себе невиданные сп…
Что если некоторые сны предупреждают о будущем?
Что если после смерти близкие продолжают приходить к нам во сне?
Что скрывается за сонным параличом — работа человеческого мозга или нечто, что невозможно объяснить?
«Тени между мирами» — это сборник ре…
Что если некоторые сны предупреждают о будущем?
Что если после смерти близкие продолжают приходить к нам во сне?
Что скрывается за сонным параличом — работа человеческого мозга или нечто, что невозможно объяснить?
«Тени между мирами» — это сборник ре…
Итуруп. Остров, где камни помнят.
1643 год. Голландский мореход Маартен де Фриз на флейте «Кастрикум» открывает вулканический остров, назвав его в честь штатгальтера.
Здесь, среди серных источников и мёртвых пляжей, голландский капитан делает откры…
Итуруп. Остров, где камни помнят.
1643 год. Голландский мореход Маартен де Фриз на флейте «Кастрикум» открывает вулканический остров, назвав его в честь штатгальтера.
Здесь, среди серных источников и мёртвых пляжей, голландский капитан делает откры…
Глот — сказитель историй, попавший на загадочный остров. Здесь собираются боги — странные, сломленные, настоящие. Каждый из них прошёл через свою тьму и обрёл имя.
Крёль — безумный шут с колокольчиком хаоса. Трефи — первичная страсть, которую мир раз…
Глот — сказитель историй, попавший на загадочный остров. Здесь собираются боги — странные, сломленные, настоящие. Каждый из них прошёл через свою тьму и обрёл имя.
Крёль — безумный шут с колокольчиком хаоса. Трефи — первичная страсть, которую мир раз…
Философский вывод для концепции:
Система Бога непоколебима — грешники в Аду обречены на вечные муки, и внешнего спасения нет. Но финал песни и книги доказывает: победить Ад можно только самостоятельно, внутри себя. Приняв Божественный закон, выжгов в…
Философский вывод для концепции:
Система Бога непоколебима — грешники в Аду обречены на вечные муки, и внешнего спасения нет. Но финал песни и книги доказывает: победить Ад можно только самостоятельно, внутри себя. Приняв Божественный закон, выжгов в…
Глот — сказитель историй, попавший на загадочный остров. Здесь собираются боги — странные, сломленные, настоящие. Каждый из них прошёл через свою тьму и обрёл имя.
Крёль — безумный шут с колокольчиком хаоса. Трефи — первичная страсть, которую мир раз…
Глот — сказитель историй, попавший на загадочный остров. Здесь собираются боги — странные, сломленные, настоящие. Каждый из них прошёл через свою тьму и обрёл имя.
Крёль — безумный шут с колокольчиком хаоса. Трефи — первичная страсть, которую мир раз…
Сборник рассказов "Кошмары. Ужасы сонного паралича" погружает читателя в таинственный и тревожный мир, где граница между сном и реальностью стирается. Каждая история раскрывает страхи, ощущения и переживания героев, столкнувшихся с феноменом сонного …
Сборник рассказов "Кошмары. Ужасы сонного паралича" погружает читателя в таинственный и тревожный мир, где граница между сном и реальностью стирается. Каждая история раскрывает страхи, ощущения и переживания героев, столкнувшихся с феноменом сонного …
В старинном интернате «СентДжуд», чьи каменные стены помнят десятки поколений учеников, творится нечто странное. По ночам изза потолка доносится ритмичный шелест, словно ктото перелистывает тысячи страниц одновременно. А книги о мистике и астрономии …
В старинном интернате «СентДжуд», чьи каменные стены помнят десятки поколений учеников, творится нечто странное. По ночам изза потолка доносится ритмичный шелест, словно ктото перелистывает тысячи страниц одновременно. А книги о мистике и астрономии …
Тревожно - психологический роман. Нет ничего хуже для ребёнка, чем быть отвергнутым своей семьёй. Это на собственном опыте пришлось испытать Кэтти: в один чудовищный день родители отказываются разговаривать с ней в качестве наказания. Но у Кэтти есть…
Тревожно - психологический роман. Нет ничего хуже для ребёнка, чем быть отвергнутым своей семьёй. Это на собственном опыте пришлось испытать Кэтти: в один чудовищный день родители отказываются разговаривать с ней в качестве наказания. Но у Кэтти есть…
Есть вещи, которые умеют хранить память лучше людей.
К примеру – старый магический шар.
Если он проснётся, то покажет не просто картинку…
а то, что когда-то было по-настоящему.
Только вот прошлое – не музейный экспонат.
Оно дышит. Меняется. Смотрит в…
Есть вещи, которые умеют хранить память лучше людей.
К примеру – старый магический шар.
Если он проснётся, то покажет не просто картинку…
а то, что когда-то было по-настоящему.
Только вот прошлое – не музейный экспонат.
Оно дышит. Меняется. Смотрит в…
— Что значит тридцать первое ноября?
— Это то, чего нет. Встретимся в этот день.
— То есть никогда?..
— То есть в небытие и навсегда.
Короткая и очень печальная история любви двух людей, судьбы которых были сломаны революцией 1917 года.
— Что значит тридцать первое ноября?
— Это то, чего нет. Встретимся в этот день.
— То есть никогда?..
— То есть в небытие и навсегда.
Короткая и очень печальная история любви двух людей, судьбы которых были сломаны революцией 1917 года.
Он живёт здесь уже два года. Ты об этом не знаешь.
Программист Кирилл привык к одиночеству. Развод, удалённая работа, тихие вечера в пустой квартире — он думал, что хуже уже не будет. Но однажды из холодильника начинает пропадать еда, вещи оказываютс…
Он живёт здесь уже два года. Ты об этом не знаешь.
Программист Кирилл привык к одиночеству. Развод, удалённая работа, тихие вечера в пустой квартире — он думал, что хуже уже не будет. Но однажды из холодильника начинает пропадать еда, вещи оказываютс…
Мы все чего-то ждем и чего-то боимся. И чем больше неизвестности, тем крепче мы увязаем в страхе. Страх неописуемое явление. Он движет нами, если ему удастся взять вверх. Чем злее с нами обращаются, тем плачевнее последствия для тех, кто начал цепочк…
Мы все чего-то ждем и чего-то боимся. И чем больше неизвестности, тем крепче мы увязаем в страхе. Страх неописуемое явление. Он движет нами, если ему удастся взять вверх. Чем злее с нами обращаются, тем плачевнее последствия для тех, кто начал цепочк…
Обычное утро начинается со звона в ушах и непривычной тишины за окном. Интернет не работает, город вымер, а привычный мир превратился в декорацию без актеров. Ни машин, ни людей, ни звука — только горящие вдалеке светофоры.
Герой, привыкший к доброво…
Обычное утро начинается со звона в ушах и непривычной тишины за окном. Интернет не работает, город вымер, а привычный мир превратился в декорацию без актеров. Ни машин, ни людей, ни звука — только горящие вдалеке светофоры.
Герой, привыкший к доброво…





















