ЛитРес: чтец
«Жил-был заправский студент, – ютился он на чердаке и ровно ничего не имел за душой – и жил-был заправский мелочной торговец, – этот занимал целый нижний этаж, да и весь дом принадлежал ему. У него-то и прижился домовой. Ещё бы! Тут он каждый сочельн…
«Жил-был заправский студент, – ютился он на чердаке и ровно ничего не имел за душой – и жил-был заправский мелочной торговец, – этот занимал целый нижний этаж, да и весь дом принадлежал ему. У него-то и прижился домовой. Ещё бы! Тут он каждый сочельн…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 50, 5 марта под названием «В Черноморье», с подзаголовком «Песня», в серии «Теневые картинки». Рассказ старого Рагима имел подзаголовок: «О соколе и уже». В первое издание (Дороватовского и Чарушни…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 50, 5 марта под названием «В Черноморье», с подзаголовком «Песня», в серии «Теневые картинки». Рассказ старого Рагима имел подзаголовок: «О соколе и уже». В первое издание (Дороватовского и Чарушни…
Это была странная женская вечеринка: хозяйка детективного агентства Юлия Земцова, вдова убитого бизнесмена Наташа Британ и жена предполагаемого убийцы Лида Погодина. Женщины были явно благодарны Земцовой за то, что хотя бы на время вырвались из того …
Это была странная женская вечеринка: хозяйка детективного агентства Юлия Земцова, вдова убитого бизнесмена Наташа Британ и жена предполагаемого убийцы Лида Погодина. Женщины были явно благодарны Земцовой за то, что хотя бы на время вырвались из того …
Удивительно знакомый и в то же время чужой мир. Мир, где не было Второй мировой, а в 2020 году высокотехнологичные армии корпораций спорят за мировое господство с владеющими магией аристократами.
Там ему было тридцать пять. Здесь нет и пятнадцати, за…
Удивительно знакомый и в то же время чужой мир. Мир, где не было Второй мировой, а в 2020 году высокотехнологичные армии корпораций спорят за мировое господство с владеющими магией аристократами.
Там ему было тридцать пять. Здесь нет и пятнадцати, за…
Третий роман, отображающий события, происходящие во время правления короля Людовика XIV во Франции, из знаменитой историко-приключенческой трилогии («Три мушкетера» (1844), «Двадцать лет спустя» (1845), «Виконт де Бражелон», (1848-1850), которая связ…
Третий роман, отображающий события, происходящие во время правления короля Людовика XIV во Франции, из знаменитой историко-приключенческой трилогии («Три мушкетера» (1844), «Двадцать лет спустя» (1845), «Виконт де Бражелон», (1848-1850), которая связ…
В шестой книге серии Катерина неожиданно находит дальнюю родню, и избавляется от незваных гостей, её уносит медный орёл из забытой сказки, а по возвращении ей приходится разорвать сговор с Ратко. Кир чуть не становится обедом для молодой ягишны, а Ст…
В шестой книге серии Катерина неожиданно находит дальнюю родню, и избавляется от незваных гостей, её уносит медный орёл из забытой сказки, а по возвращении ей приходится разорвать сговор с Ратко. Кир чуть не становится обедом для молодой ягишны, а Ст…
1968 год. В Чехословакии усиливаются выступления антисоветских организаций, требующих изменить официальный политический курс на сближение с Западом. Американские спецслужбы всячески подогревают такие настроения. Они готовят крупную диверсию против на…
1968 год. В Чехословакии усиливаются выступления антисоветских организаций, требующих изменить официальный политический курс на сближение с Западом. Американские спецслужбы всячески подогревают такие настроения. Они готовят крупную диверсию против на…
«…У меня, как у всякого „завзятого“ охотника, перебывало много собак, дурных, хороших и отличных – попалась даже одна, положительно сумасшедшая, которая и кончила жизнь свою, выпрыгнув в слуховое окно сушильни, с четвертого этажа бумажной фабрики; но…
«…У меня, как у всякого „завзятого“ охотника, перебывало много собак, дурных, хороших и отличных – попалась даже одна, положительно сумасшедшая, которая и кончила жизнь свою, выпрыгнув в слуховое окно сушильни, с четвертого этажа бумажной фабрики; но…
«Женщины-воительницы готовились к приезду западного племени Аташи. Расставляли дополнительные шатры, подогревали купальни, украшали главную площадь шкурами и рогами животных. Их привычный мир в который раз рушился, но они и не думали отчаиваться. Они…
«Женщины-воительницы готовились к приезду западного племени Аташи. Расставляли дополнительные шатры, подогревали купальни, украшали главную площадь шкурами и рогами животных. Их привычный мир в который раз рушился, но они и не думали отчаиваться. Они…
1) Паночка. Ее звали Прасковья Александровна, или Паночка, ей 19 лет, она богата. Девиз ее единственной родственницы бабушки – старой генеральши – «Не стесняй и не стесняйся» и, выйдя замуж за человека , старшее ее более чем вдвое, Паночка не сильно …
1) Паночка. Ее звали Прасковья Александровна, или Паночка, ей 19 лет, она богата. Девиз ее единственной родственницы бабушки – старой генеральши – «Не стесняй и не стесняйся» и, выйдя замуж за человека , старшее ее более чем вдвое, Паночка не сильно …
Как в страшном сне
Неотлучно находиться при испуганном парнишке – дело нехитрое. Хотя с такой ситуацией телохранителю Евгении Охотниковой сталкиваться еще не приходилось. Артем Орлов стал какой-то нервный, ему начали сниться кошмары. А на днях за ним…
Как в страшном сне
Неотлучно находиться при испуганном парнишке – дело нехитрое. Хотя с такой ситуацией телохранителю Евгении Охотниковой сталкиваться еще не приходилось. Артем Орлов стал какой-то нервный, ему начали сниться кошмары. А на днях за ним…
В пятой книге фантастической саги «Мутангелы» нашим героям можно ненадолго расслабиться, свободно вздохнуть и порадоваться встрече со старыми и новыми друзьями. У Дюшки – каникулы. Правда, маленькие. Кто знает, насколько долговечным окажется его счас…
В пятой книге фантастической саги «Мутангелы» нашим героям можно ненадолго расслабиться, свободно вздохнуть и порадоваться встрече со старыми и новыми друзьями. У Дюшки – каникулы. Правда, маленькие. Кто знает, насколько долговечным окажется его счас…
«– Что нового, Вилли Улла? – спросил Бойко, поворачивая исхудавшее, бледное лицо.
Хозяин дома только что вернулся из города. Он поставил в угол корзину, снял барашковую круглую шапку, вытер со лба и шеи пот и снова надел шапку. Он был чем-то взволнов…
«– Что нового, Вилли Улла? – спросил Бойко, поворачивая исхудавшее, бледное лицо.
Хозяин дома только что вернулся из города. Он поставил в угол корзину, снял барашковую круглую шапку, вытер со лба и шеи пот и снова надел шапку. Он был чем-то взволнов…
Почти семьдесят лет спустя после окончания боёв Великой Отечественной войны до сих пор остаются не преданными земле многие её солдаты. До сих пор велик список пропавших без вести. В наши дни поисковики-энтузиасты находят под Ленинградом останки бойца…
Почти семьдесят лет спустя после окончания боёв Великой Отечественной войны до сих пор остаются не преданными земле многие её солдаты. До сих пор велик список пропавших без вести. В наши дни поисковики-энтузиасты находят под Ленинградом останки бойца…
У него есть паб, Харлей и суровый нрав, но нет главного – любви. Однако одним прекрасным вечером в его бар зашла кареглазка, правда, пришла она не одна.
У него есть паб, Харлей и суровый нрав, но нет главного – любви. Однако одним прекрасным вечером в его бар зашла кареглазка, правда, пришла она не одна.
«– А поедемте-ка мы с вами в Криворожье, – сказал мне однажды сосед мой, Семен Андреич Гундриков, – есть там у меня мельник знакомый, человек, я вам скажу, скотоподобнейший! Так вот к мельнику к этому…»
«– А поедемте-ка мы с вами в Криворожье, – сказал мне однажды сосед мой, Семен Андреич Гундриков, – есть там у меня мельник знакомый, человек, я вам скажу, скотоподобнейший! Так вот к мельнику к этому…»
«– Садитесь, поговорим, – ласковым голосом сказал Геник, подвигая стул очень молодой девушке, на вид не старше семнадцати лет. – Мне поручено объясниться с вами и, что называется, – во всех деталях.
Гостья застенчиво улыбнулась, села, оправляя коричн…
«– Садитесь, поговорим, – ласковым голосом сказал Геник, подвигая стул очень молодой девушке, на вид не старше семнадцати лет. – Мне поручено объясниться с вами и, что называется, – во всех деталях.
Гостья застенчиво улыбнулась, села, оправляя коричн…
