ЛитРес: чтец
«Был у нас на посаде мужичонка один – сапожник. Мы его взяли и прозвали Шкурланом, потому он того заслуживал. И утром рано, и ночью поздно все, бывало, пьяный шатается он по посадским улицам и орет – и все это он одну и ту же поговорку орал…»
«Был у нас на посаде мужичонка один – сапожник. Мы его взяли и прозвали Шкурланом, потому он того заслуживал. И утром рано, и ночью поздно все, бывало, пьяный шатается он по посадским улицам и орет – и все это он одну и ту же поговорку орал…»
«Если я есть Бог, если я всемогущ и властвую на миром, зачем же я скрывал от людей своё присутствие?» – задумалось новоиспеченное божество. – «Почему я ни разу не вышел перед всеми и не сказал во всеуслышание – это я ваш Господь, поклонитесь мне! Поч…
«Если я есть Бог, если я всемогущ и властвую на миром, зачем же я скрывал от людей своё присутствие?» – задумалось новоиспеченное божество. – «Почему я ни разу не вышел перед всеми и не сказал во всеуслышание – это я ваш Господь, поклонитесь мне! Поч…
Студентка Джэсс против воли едет с отцом и его друзьями в лес на охоту. Но её дурное настроение быстро меняется в лучшую сторону при виде хмурого мускулистого егеря Зака. Джэсс весь день витает в горячих фантазиях, но суждено ли им стать реальностью?…
Студентка Джэсс против воли едет с отцом и его друзьями в лес на охоту. Но её дурное настроение быстро меняется в лучшую сторону при виде хмурого мускулистого егеря Зака. Джэсс весь день витает в горячих фантазиях, но суждено ли им стать реальностью?…
«Спасибо, товарищи, за письмо и за то, что вы связали мое имя с вашей работой. Это письмо я пошлю другу моему Роману Роллану. Надобно, чтобы он знал и мог рассказать о том, как героически работаете вы, как гордятся свободные рабочие – хозяева Союза С…
«Спасибо, товарищи, за письмо и за то, что вы связали мое имя с вашей работой. Это письмо я пошлю другу моему Роману Роллану. Надобно, чтобы он знал и мог рассказать о том, как героически работаете вы, как гордятся свободные рабочие – хозяева Союза С…
Вместе с заветным титулом я приобрёл ворох проблем, которые ещё только
предстоит решить.
Вместе с заветным титулом я приобрёл ворох проблем, которые ещё только
предстоит решить.
Действия очередной книги из цикла «Миры душ» перенесутся на Грандор, технологически развитый мир, где каждый человек обладает целым набором искусственных имплантов. Самая важная аугментация отвечает за создание и поддержание голообраза – виртуальной …
Действия очередной книги из цикла «Миры душ» перенесутся на Грандор, технологически развитый мир, где каждый человек обладает целым набором искусственных имплантов. Самая важная аугментация отвечает за создание и поддержание голообраза – виртуальной …
Всё началось, как в заурядном сюжете про «попаданцев» – Игнат угодил в 1967 год, нестойкую пору между «оттепелью» и «застоем». Угодил в тело Марлена, такого же молодого парня, как он сам. Вечером попал в прошлое, а утром вернулся обратно, и обнаружил…
Всё началось, как в заурядном сюжете про «попаданцев» – Игнат угодил в 1967 год, нестойкую пору между «оттепелью» и «застоем». Угодил в тело Марлена, такого же молодого парня, как он сам. Вечером попал в прошлое, а утром вернулся обратно, и обнаружил…
Пристрастие непобедимого прежде борца Фомы по прозвищу Сибиряк к коньяку превратило его в алкоголика…
Пристрастие непобедимого прежде борца Фомы по прозвищу Сибиряк к коньяку превратило его в алкоголика…
Родители Бена развелись, и ему с отцом пришлось уехать. Бен очень любит папу, а папа любит его. Вот только от любви этой исходит зловоние, она пожирает свет и убивает радость.
Родители Бена развелись, и ему с отцом пришлось уехать. Бен очень любит папу, а папа любит его. Вот только от любви этой исходит зловоние, она пожирает свет и убивает радость.
«Родились они, оба брата, и жили в одном из медвежьих углов – в глухой деревушке Пустышке. Старшего звали Зеноном, младшего – Паисием; только никто его так не звал, а звали просто дядя Бодряй…»
«Родились они, оба брата, и жили в одном из медвежьих углов – в глухой деревушке Пустышке. Старшего звали Зеноном, младшего – Паисием; только никто его так не звал, а звали просто дядя Бодряй…»
«За спиной девушки раздался шорох ветвей и появился парень, высокий, с белокурой бородкой на загорелом лице, босый и оборванный.
Девушка полуобернулась к нему и тихо сказала:
– А я тут ждала, ждала…».
«За спиной девушки раздался шорох ветвей и появился парень, высокий, с белокурой бородкой на загорелом лице, босый и оборванный.
Девушка полуобернулась к нему и тихо сказала:
– А я тут ждала, ждала…».
«Это было давно, но может случиться и сегодня и завтра, – одним словом, когда придется.
У Папы-пряника был большой торжественный праздник, а ты, верно, не знаешь, что Папа-пряник над всеми сластями король и всем пряникам пряник…»
«Это было давно, но может случиться и сегодня и завтра, – одним словом, когда придется.
У Папы-пряника был большой торжественный праздник, а ты, верно, не знаешь, что Папа-пряник над всеми сластями король и всем пряникам пряник…»
«Празднуют 35-летний юбилей Ф. П. Горева.
Всё был Макс Холмин, – и вдруг „Старый барин“.
Как быстро несётся поток жизни!
Словно это было только вчера…»
«Празднуют 35-летний юбилей Ф. П. Горева.
Всё был Макс Холмин, – и вдруг „Старый барин“.
Как быстро несётся поток жизни!
Словно это было только вчера…»
«Калиостро не умер…»
«Калиостро не умер…»
«Я находился в огромном зале со сводчатыми потолками, который, похоже, лишь в шутку назывался кабинетом. Я сидел на удобнейшем кресле, проросшем прямо при мне из деревянного пола, как какое-то дерево. В воздухе витали запахи цветущей сирени, а с улиц…
«Я находился в огромном зале со сводчатыми потолками, который, похоже, лишь в шутку назывался кабинетом. Я сидел на удобнейшем кресле, проросшем прямо при мне из деревянного пола, как какое-то дерево. В воздухе витали запахи цветущей сирени, а с улиц…
А как был вы повели себя, оказавшись в 1903 году на перекрестке империй, уже изготовившихся к схватке? А если не только представить но и оказаться прямо там? Как показала жизнь – одних ума, чести и совести русскому человеку маловато, нужен еще и пино…
А как был вы повели себя, оказавшись в 1903 году на перекрестке империй, уже изготовившихся к схватке? А если не только представить но и оказаться прямо там? Как показала жизнь – одних ума, чести и совести русскому человеку маловато, нужен еще и пино…