ЛитРес: чтец
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В номере гостиницы убиты две проститутки. Убиты профессион…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В номере гостиницы убиты две проститутки. Убиты профессион…
Предательство имеет острый привкус чили-перца, и оно испортило жизнь талантливому шеф-повару Александре Кожаевой. Потерь слишком много, а вдохновение, похоже, теперь пылится на чердаке чужого дома, в старом сундуке. Именно там лежит древняя рукописна…
Предательство имеет острый привкус чили-перца, и оно испортило жизнь талантливому шеф-повару Александре Кожаевой. Потерь слишком много, а вдохновение, похоже, теперь пылится на чердаке чужого дома, в старом сундуке. Именно там лежит древняя рукописна…
Он – богатый итальянец, знаменитый режиссер. Она – англичанка, мать-одиночка, едва сводящая концы с концами. Он развелся с женой, ее бросил любимый. Судьба сводит Лоренцо и Сару – на счастье или на беду?..
Он – богатый итальянец, знаменитый режиссер. Она – англичанка, мать-одиночка, едва сводящая концы с концами. Он развелся с женой, ее бросил любимый. Судьба сводит Лоренцо и Сару – на счастье или на беду?..
Тело с семью ножевыми ранениями. Зрелище, согласитесь, не для слабонервных. Да и человеку с крепкими нервами не приведи господь такое увидеть, а уж если это тело твоего мужа… Да-а-а, действительно, не приведи господь.
Тело с семью ножевыми ранениями. Зрелище, согласитесь, не для слабонервных. Да и человеку с крепкими нервами не приведи господь такое увидеть, а уж если это тело твоего мужа… Да-а-а, действительно, не приведи господь.
В Вологодскую область заброшена немецкая диверсионная группа. Ее командир, бывший сержант РККА Михаил Аверьянов, – уроженец здешних мест. В немецкой разведшколе он проявил отличные боевые качества и исключительную преданность Рейху. Но на поверку так…
В Вологодскую область заброшена немецкая диверсионная группа. Ее командир, бывший сержант РККА Михаил Аверьянов, – уроженец здешних мест. В немецкой разведшколе он проявил отличные боевые качества и исключительную преданность Рейху. Но на поверку так…
Рейдон Вард станет богом. Конечно, он об этом еще не знает. Рейдон родился маленьким и слабым. Из-за мучительного заболевания его бросили родители, и всё, что ему остается, – отчаянно сражаться за малейший шанс, который может подкинуть жизнь.
Упорст…
Рейдон Вард станет богом. Конечно, он об этом еще не знает. Рейдон родился маленьким и слабым. Из-за мучительного заболевания его бросили родители, и всё, что ему остается, – отчаянно сражаться за малейший шанс, который может подкинуть жизнь.
Упорст…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1896, номер 89, 23 апреля.
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту «Самарской газеты».
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1896, номер 89, 23 апреля.
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту «Самарской газеты».
В сборник вошли все наиболее известные произведения Александра Блока разных лет – начиная с прославившего его цикла «Стихи о Прекрасной даме», ставшего своеобразным эталоном русского символизма, и кончая спорными и неоднозначными поэмами «Двенадцать»…
В сборник вошли все наиболее известные произведения Александра Блока разных лет – начиная с прославившего его цикла «Стихи о Прекрасной даме», ставшего своеобразным эталоном русского символизма, и кончая спорными и неоднозначными поэмами «Двенадцать»…
«Что может быть лучше светлого озера, когда оно летним утром все из края в край курится радужным туманом? В глубине синей стеной поднимаются горы, за которыми спрятались Чудские заводы – старый и новый; направо зеленой каймой подошли камыши и заливны…
«Что может быть лучше светлого озера, когда оно летним утром все из края в край курится радужным туманом? В глубине синей стеной поднимаются горы, за которыми спрятались Чудские заводы – старый и новый; направо зеленой каймой подошли камыши и заливны…
Дорогому правителю драконов нужно было трижды подумать, прежде чем похищать меня. Ему следовало прислушаться к словам моего короля, утверждающего, что это плохая идея. Ему было бы достаточно минуты разговора со мной, чтобы передумать. Но гордый драко…
Дорогому правителю драконов нужно было трижды подумать, прежде чем похищать меня. Ему следовало прислушаться к словам моего короля, утверждающего, что это плохая идея. Ему было бы достаточно минуты разговора со мной, чтобы передумать. Но гордый драко…
«За псами хорошенько присмотри;
Лягавый-то запарился, бедняга;
А Резвого сосварить с тем басилой.
А Серебро-то, знаешь, отличился
В углу загона, хоть и след простыл.
За двадцать фунтов пса бы я не продал…»
«За псами хорошенько присмотри;
Лягавый-то запарился, бедняга;
А Резвого сосварить с тем басилой.
А Серебро-то, знаешь, отличился
В углу загона, хоть и след простыл.
За двадцать фунтов пса бы я не продал…»
«Кирик сумрачными глазами смотрел на сосновый, сколоченный из старых досок гроб. Покойник – отец – лежал на двух сдвинутых скамьях посреди избы, покрытый домотканым холстом. Желтое лицо его с заострившимся носом и прилипшими ко лбу волосами стало еще…
«Кирик сумрачными глазами смотрел на сосновый, сколоченный из старых досок гроб. Покойник – отец – лежал на двух сдвинутых скамьях посреди избы, покрытый домотканым холстом. Желтое лицо его с заострившимся носом и прилипшими ко лбу волосами стало еще…
«В оранжерее графов N. происходила распродажа цветов. Покупателей было немного: я, мой сосед-помещик и молодой купец, торгующий лесом. Пока работники выносили наши великолепные покупки и укладывали их на телеги, мы сидели у входа в оранжерею и беседо…
«В оранжерее графов N. происходила распродажа цветов. Покупателей было немного: я, мой сосед-помещик и молодой купец, торгующий лесом. Пока работники выносили наши великолепные покупки и укладывали их на телеги, мы сидели у входа в оранжерею и беседо…
«История разыгралась прескверная и совершенно неожиданная. Кажется, ни один человек в мире не мог бы ее предвидеть, тем более что осеннее утро выдалось такое чудное, светлое, с крепким морозцем… Но я забегаю вперед…»
«История разыгралась прескверная и совершенно неожиданная. Кажется, ни один человек в мире не мог бы ее предвидеть, тем более что осеннее утро выдалось такое чудное, светлое, с крепким морозцем… Но я забегаю вперед…»
Вдруг вы решили поселиться в другой стране, в США, например, но в розыгрыше в лотерее Гринкард не везет. Есть еще способы – о них эта книга.Все фотографии из архива автора.
Вдруг вы решили поселиться в другой стране, в США, например, но в розыгрыше в лотерее Гринкард не везет. Есть еще способы – о них эта книга.Все фотографии из архива автора.
