легкая проза
Семейная пара стариков, прогуливаясь по аллее сентября рассуждают о том, что чем дольше живут люди, тем больше, порой они становятся тягостней для общества. Такая тенденция намечается в некоторых развитых государствах.
Семейная пара стариков, прогуливаясь по аллее сентября рассуждают о том, что чем дольше живут люди, тем больше, порой они становятся тягостней для общества. Такая тенденция намечается в некоторых развитых государствах.
Издревле люди и собаки живут рядом. И в наши дни - тоже. По-разному складываются их отношения - от любви и преданности до недопонимания и, порой, до ненависти. В историях этого сборника реального и фантастического рассказов показаны фрагменты из жиз…
Издревле люди и собаки живут рядом. И в наши дни - тоже. По-разному складываются их отношения - от любви и преданности до недопонимания и, порой, до ненависти. В историях этого сборника реального и фантастического рассказов показаны фрагменты из жиз…
Девушка нашла старинное зеркало, но оно показывало не её лицо, а страхи: «Ты недостаточно хороша». Чтобы угодить стеклу, она терла лицо травами, прятала руки и шила тесные платья. Она отрезала от себя всё живое, подгоняя душу под чужую мерку. Спустя …
Девушка нашла старинное зеркало, но оно показывало не её лицо, а страхи: «Ты недостаточно хороша». Чтобы угодить стеклу, она терла лицо травами, прятала руки и шила тесные платья. Она отрезала от себя всё живое, подгоняя душу под чужую мерку. Спустя …
На последней автобусной остановке Олеся находит тёмно-синий чемодан с биркой: «Саида Каримова. Не уехала». Его хозяйка числится уехавшей, но чемодан меняет место без чужой помощи. Внутри — снятая табличка дома 17, билеты и бумаги, ведущие в старый д…
На последней автобусной остановке Олеся находит тёмно-синий чемодан с биркой: «Саида Каримова. Не уехала». Его хозяйка числится уехавшей, но чемодан меняет место без чужой помощи. Внутри — снятая табличка дома 17, билеты и бумаги, ведущие в старый д…
Скромный и тихий человек постоянно попадает в различные экстремальные ситуации. То он спасает тонущую собаку, то задерживает грабителей. Окружающие по-разному относятся к этому.
Скромный и тихий человек постоянно попадает в различные экстремальные ситуации. То он спасает тонущую собаку, то задерживает грабителей. Окружающие по-разному относятся к этому.
Судьбы людские, как белые облака в небе - то смыкаются, то расходятся. И в этом тоже великая загадка любви и тайна нашей жизни. Об этом мы начинаем задумываться лишь тогда, когда теряем любимых. Теряем часто по своей вине.
Судьбы людские, как белые облака в небе - то смыкаются, то расходятся. И в этом тоже великая загадка любви и тайна нашей жизни. Об этом мы начинаем задумываться лишь тогда, когда теряем любимых. Теряем часто по своей вине.
Пожилая женщина - техничка моет пол и оплакивает умершего Леонида Ильича Брежнева. Мужики поминают его водкой.
Люди оплакивают и поминают не его, а время своей жизни, которое никогда не повторится. А какое оно было станет понятно только через годы.
Пожилая женщина - техничка моет пол и оплакивает умершего Леонида Ильича Брежнева. Мужики поминают его водкой.
Люди оплакивают и поминают не его, а время своей жизни, которое никогда не повторится. А какое оно было станет понятно только через годы.
Вера приехала в деревню N всего на три дня — помочь с яблоками и отдохнуть от чужих просьб. Но в яблоневом дворе исчезают новые адресные таблички, под ними проступают старые номера, а в заброшенной школьной мастерской вдруг звонит отключенный телефон…
Вера приехала в деревню N всего на три дня — помочь с яблоками и отдохнуть от чужих просьб. Но в яблоневом дворе исчезают новые адресные таблички, под ними проступают старые номера, а в заброшенной школьной мастерской вдруг звонит отключенный телефон…
То, что родилось в моменте, осело в телефонных заметках и родилось, блистая, через призму сюрреализма.
То, что родилось в моменте, осело в телефонных заметках и родилось, блистая, через призму сюрреализма.
Моя провальная идея написать историю семьи с датами, чёткой хронологией событий, которая счастливым образом привела меня к увлекательному занятию - эмоциональным рассказам о моём деревенском детстве, о бабушке, маме, моих родных с деталями быта, рец…
Моя провальная идея написать историю семьи с датами, чёткой хронологией событий, которая счастливым образом привела меня к увлекательному занятию - эмоциональным рассказам о моём деревенском детстве, о бабушке, маме, моих родных с деталями быта, рец…
Формат рассказов очень удобен, просто заполняются повседневные мысли, заботы. Как тот кот возле окна - спит себе спокойно на полу, но стоит только где-то зашуметь подъезжающей машине или порхающей птичке, как котяра подрывается на подоконник и молча …
Формат рассказов очень удобен, просто заполняются повседневные мысли, заботы. Как тот кот возле окна - спит себе спокойно на полу, но стоит только где-то зашуметь подъезжающей машине или порхающей птичке, как котяра подрывается на подоконник и молча …
Кэтрин привыкла всё контролировать, но однажды её личность исчезает вместе с документами, и теперь ей придётся собирать себя заново. Помощник в этом – Лука, швейцар, который не умеет работать, но умеет очаровывать, и он вытащит её из зоны комфорта в …
Кэтрин привыкла всё контролировать, но однажды её личность исчезает вместе с документами, и теперь ей придётся собирать себя заново. Помощник в этом – Лука, швейцар, который не умеет работать, но умеет очаровывать, и он вытащит её из зоны комфорта в …
На последней автобусной остановке Олеся находит тёмно-синий чемодан с биркой: «Саида Каримова. Не уехала». Его хозяйка числится уехавшей, но чемодан меняет место без чужой помощи. Внутри — снятая табличка дома 17, билеты и бумаги, ведущие в старый д…
На последней автобусной остановке Олеся находит тёмно-синий чемодан с биркой: «Саида Каримова. Не уехала». Его хозяйка числится уехавшей, но чемодан меняет место без чужой помощи. Внутри — снятая табличка дома 17, билеты и бумаги, ведущие в старый д…
На первый взгляд, кажется странным сплетение судеб одинокой женщины и тополя, растущего вплотную за ее окном. Но их сближает тяга к солнцу жизни. Она помогает преодолевать трудности и преграды.
На первый взгляд, кажется странным сплетение судеб одинокой женщины и тополя, растущего вплотную за ее окном. Но их сближает тяга к солнцу жизни. Она помогает преодолевать трудности и преграды.
Звенящая тишина...
Нет, нет вокруг миллионы звуков...
Постылая звенящая, кричащая, орущая, разрывающая внутри тишина...
Пустота!
Как много в моей жизни несостоявшихся событий...
Как много лишних, раздражающий людей...
Публикуется в автор…
Звенящая тишина...
Нет, нет вокруг миллионы звуков...
Постылая звенящая, кричащая, орущая, разрывающая внутри тишина...
Пустота!
Как много в моей жизни несостоявшихся событий...
Как много лишних, раздражающий людей...
Публикуется в автор…
Космос вокруг нас и в нас. Люди его творения. Во имя чего мы существуем в нем? Куда мчимся в космическом времени и пространстве? Мы старательно не думаем об этом, барахтаясь в своих зачастую никчемных земных делах.
Космос вокруг нас и в нас. Люди его творения. Во имя чего мы существуем в нем? Куда мчимся в космическом времени и пространстве? Мы старательно не думаем об этом, барахтаясь в своих зачастую никчемных земных делах.
Как жить, когда проклинаешь собственного ребенка? Самое страшное, когда сама превратила его в своего злейшего врага...
Как жить, когда проклинаешь собственного ребенка? Самое страшное, когда сама превратила его в своего злейшего врага...
Книга «Орбита» — тонкая, атмосферная история о том, как в привычном ритме школьной жизни зарождается нечто большее, чем просто знакомство. Школа здесь — живой организм, настороженно встречающий всё новое: Лера, старающаяся слиться с пейзажем, и Даня,…
Книга «Орбита» — тонкая, атмосферная история о том, как в привычном ритме школьной жизни зарождается нечто большее, чем просто знакомство. Школа здесь — живой организм, настороженно встречающий всё новое: Лера, старающаяся слиться с пейзажем, и Даня,…
Некоторые раны не кровоточат. Они ходят с нами в школу, садятся за семейный стол, улыбаются на фотографиях и годами делают вид, что их нет.
«Лицо Луны» начинается как история нескольких подростков, которых взрослые отправили «исправляться». Но уже че…
Некоторые раны не кровоточат. Они ходят с нами в школу, садятся за семейный стол, улыбаются на фотографиях и годами делают вид, что их нет.
«Лицо Луны» начинается как история нескольких подростков, которых взрослые отправили «исправляться». Но уже че…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
София Волкова мертва. Ее жизнь сгорела в огне предательств…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
София Волкова мертва. Ее жизнь сгорела в огне предательств…





















