короткие любовные романы
Муж выбросил меня на ночной зимней трассе, не зная, что я беременна. Меня спас мимо проезжавший мужчина. А что, если это судьба?
Муж выбросил меня на ночной зимней трассе, не зная, что я беременна. Меня спас мимо проезжавший мужчина. А что, если это судьба?
Алиса, 24, ассистентка в фонде: начальница ворует её цифры и унижает при всех. Мечта — стать аналитиком. Тайна — стихи в телефоне, которые никто не должен читать.
Дмитрий Ветров, 37, владелец фонда. Холодный, властный. После корпоратива переводит её …
Алиса, 24, ассистентка в фонде: начальница ворует её цифры и унижает при всех. Мечта — стать аналитиком. Тайна — стихи в телефоне, которые никто не должен читать.
Дмитрий Ветров, 37, владелец фонда. Холодный, властный. После корпоратива переводит её …
– Ты как выглядишь? На кого похожа стала? – он взмахивает рукой, будто пытается развеять мой образ. – Обрюзгшая, подурневшая! Старуха, в домашнем хозяйстве погрязшая! Клуша!
Он говорит это громко.
Слышат все. И все отводят глаза. Даже моя дочь
А его …
– Ты как выглядишь? На кого похожа стала? – он взмахивает рукой, будто пытается развеять мой образ. – Обрюзгшая, подурневшая! Старуха, в домашнем хозяйстве погрязшая! Клуша!
Он говорит это громко.
Слышат все. И все отводят глаза. Даже моя дочь
А его …
She came to destroy him. He knew it from day one. And he didn't care.
Evelyn Pearce spent two years planning her revenge against Dr. Julian Cross — the most feared psychologist in London. She gets hired as his assistant, gets close, and waits for the…
She came to destroy him. He knew it from day one. And he didn't care.
Evelyn Pearce spent two years planning her revenge against Dr. Julian Cross — the most feared psychologist in London. She gets hired as his assistant, gets close, and waits for the…
— Твоя мама красивая.
— А твой папа крутой.
— Думаешь, подружатся?
— Если мы всё сделаем правильно — поженятся.
— План «Поженить родителей" начинается!
***
Арина и Паша — семилетние союзники с одной мечтой: семья.
Но их родители — заклятые конкуренты…
— Твоя мама красивая.
— А твой папа крутой.
— Думаешь, подружатся?
— Если мы всё сделаем правильно — поженятся.
— План «Поженить родителей" начинается!
***
Арина и Паша — семилетние союзники с одной мечтой: семья.
Но их родители — заклятые конкуренты…
Алиса, 24, ассистентка в фонде: начальница ворует её цифры и унижает при всех. Мечта — стать аналитиком. Тайна — стихи в телефоне, которые никто не должен читать.
Дмитрий Ветров, 37, владелец фонда. Холодный, властный. После корпоратива переводит её …
Алиса, 24, ассистентка в фонде: начальница ворует её цифры и унижает при всех. Мечта — стать аналитиком. Тайна — стихи в телефоне, которые никто не должен читать.
Дмитрий Ветров, 37, владелец фонда. Холодный, властный. После корпоратива переводит её …
Полину послали за водой. Вторая дверь слева — и она уже не в буфете: комната без окон, человек на коленях, Артём Громов.
— Закройте, — говорит он. — Вы ничего не видели. Либо видели всё.
Через час на столе папка. Три месяца. Деньги маме — в клинику. …
Полину послали за водой. Вторая дверь слева — и она уже не в буфете: комната без окон, человек на коленях, Артём Громов.
— Закройте, — говорит он. — Вы ничего не видели. Либо видели всё.
Через час на столе папка. Три месяца. Деньги маме — в клинику. …
– Ты! – ахаю на вдохе. – Ты
– Так! Стоп! – резко обрывает меня мой муж. – Истерику прекратила! Она ничего не значит! Алиса, ты же умная женщина, – орет в ярости он. – Какая разница, сколько и кого было, если я всегда возвращался к тебе! А я всегда! –…
– Ты! – ахаю на вдохе. – Ты
– Так! Стоп! – резко обрывает меня мой муж. – Истерику прекратила! Она ничего не значит! Алиса, ты же умная женщина, – орет в ярости он. – Какая разница, сколько и кого было, если я всегда возвращался к тебе! А я всегда! –…
– Саша, это
Его взгляд замирает на дочке, на скулах играют желваки.
– Это моя дочь, – произношу гордо и спокойно.
– Твоя? Сколько ей?
– Какая разница, – выдаю язвительно.
– Саша! Это моя дочь? Она же была зачата до
– А ты думаешь, – кривлюсь намеренн…
– Саша, это
Его взгляд замирает на дочке, на скулах играют желваки.
– Это моя дочь, – произношу гордо и спокойно.
– Твоя? Сколько ей?
– Какая разница, – выдаю язвительно.
– Саша! Это моя дочь? Она же была зачата до
– А ты думаешь, – кривлюсь намеренн…
Абсолютная новинка от признанного мастера любовно-эротической литературы. Произведение изобилует описанием откровенных сцен. Поэтому строго 18+. Интрига захватывает, а приключенческая составляющая в произведении уместна. Легкий, богатый литературный …
Абсолютная новинка от признанного мастера любовно-эротической литературы. Произведение изобилует описанием откровенных сцен. Поэтому строго 18+. Интрига захватывает, а приключенческая составляющая в произведении уместна. Легкий, богатый литературный …
Прошло двадцать три года с тех пор, как круг четырех стихий на Острове Нимф замкнулся. Благодаря древней магии вечного экстаза, великие архимаги Элиас, Бран и Люциан, как и их прекрасные нимфы-жены, совершенно не изменились внешне. Они по-прежнему мо…
Прошло двадцать три года с тех пор, как круг четырех стихий на Острове Нимф замкнулся. Благодаря древней магии вечного экстаза, великие архимаги Элиас, Бран и Люциан, как и их прекрасные нимфы-жены, совершенно не изменились внешне. Они по-прежнему мо…
Мой муж вляпался в переделку, из которой ему не выбраться. И все, что мне осталось, это обратиться к человеку, которого я совсем знаю, но который может решить любую проблему по щелчку пальцев. И все бы разрешилось легко, если бы не выяснилось, что вз…
Мой муж вляпался в переделку, из которой ему не выбраться. И все, что мне осталось, это обратиться к человеку, которого я совсем знаю, но который может решить любую проблему по щелчку пальцев. И все бы разрешилось легко, если бы не выяснилось, что вз…
Кира, 26, должна миллион за три года — или отец сядет. Матвей Сокольский, девелопер с ледяной вежливостью, покупает долг и предлагает контракт: год брака на бумаге, гала-ужины, отдельные спальни. Пункт семь — она его жена. В зале. В лифте. Везде, где…
Кира, 26, должна миллион за три года — или отец сядет. Матвей Сокольский, девелопер с ледяной вежливостью, покупает долг и предлагает контракт: год брака на бумаге, гала-ужины, отдельные спальни. Пункт семь — она его жена. В зале. В лифте. Везде, где…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
Анна выросла в тесной коммунальной квартире провинциального советского города — там, где на всех одна кухня и одно терпение. С детства она считала не трамваи за окном, а годы до побега. Судьба даёт ей шанс: туристическая путёвка в Италию оборачиваетс…
Анна выросла в тесной коммунальной квартире провинциального советского города — там, где на всех одна кухня и одно терпение. С детства она считала не трамваи за окном, а годы до побега. Судьба даёт ей шанс: туристическая путёвка в Италию оборачиваетс…
Лера, 22, рисует чужие сны на заказ и тонет в долгах за обучение. Её останавливают на тракте — не грабители. Слуги чёрного поместья. Хозяин не требует выкупа. Он требует портрет: его лицо, которое она не дочертила тридцать дней назад.
Каин Воронцов н…
Лера, 22, рисует чужие сны на заказ и тонет в долгах за обучение. Её останавливают на тракте — не грабители. Слуги чёрного поместья. Хозяин не требует выкупа. Он требует портрет: его лицо, которое она не дочертила тридцать дней назад.
Каин Воронцов н…
- Тебя шесть месяцев не было! - грубо одёргивает меня Михаил.
- Ну я же не развлекалась там, я же после операции восстанавливалась..., - слёзы застилают глаза, держусь из последних сил, только не плакать...только не плакать...
- Шесть месяцев, Ира, ш…
- Тебя шесть месяцев не было! - грубо одёргивает меня Михаил.
- Ну я же не развлекалась там, я же после операции восстанавливалась..., - слёзы застилают глаза, держусь из последних сил, только не плакать...только не плакать...
- Шесть месяцев, Ира, ш…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
Я — выпускница без опыта, чья работа — просчитывать риски и говорить «нет» там, где другие теряют миллионы. Он — глава инвестиционного фонда, циничная акула бизнеса, который привык ставить на кон всё и всегда побеждать. Мои отчеты для него — пустой з…
Я — выпускница без опыта, чья работа — просчитывать риски и говорить «нет» там, где другие теряют миллионы. Он — глава инвестиционного фонда, циничная акула бизнеса, который привык ставить на кон всё и всегда побеждать. Мои отчеты для него — пустой з…
Пережили болезненное расставание? Жизнь стала казаться серой и унылой? Хотите обрести любящего и понимающего партнера, который никогда не предаст? Откройте для себя мир совершенства с программой «Идеал», где каждая мечта обретает форму!
Или все же не…
Пережили болезненное расставание? Жизнь стала казаться серой и унылой? Хотите обрести любящего и понимающего партнера, который никогда не предаст? Откройте для себя мир совершенства с программой «Идеал», где каждая мечта обретает форму!
Или все же не…





















