исторические детективы
Санкт-Петербург, весна 1883 года. Гимназистка Лиза приносит фотографу Вересову старую стеклянную пластину с бабушкиного чердака: снимал покойный дед, а что на ней — не знает никто. Вересов проявляет негатив — и видит помолвочный портрет. На нём невес…
Санкт-Петербург, весна 1883 года. Гимназистка Лиза приносит фотографу Вересову старую стеклянную пластину с бабушкиного чердака: снимал покойный дед, а что на ней — не знает никто. Вересов проявляет негатив — и видит помолвочный портрет. На нём невес…
В провинциальном городке Серебрянка, где время течёт по своим законам, а тишина морозных улиц хранит вековые тайны, айтишник и альтернативный историк Леонид Завалишин, работающий над книгой о загадочной Тартарии, находит в витрине антикварной лавки н…
В провинциальном городке Серебрянка, где время течёт по своим законам, а тишина морозных улиц хранит вековые тайны, айтишник и альтернативный историк Леонид Завалишин, работающий над книгой о загадочной Тартарии, находит в витрине антикварной лавки н…
Санкт-Петербург, лето 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит старик с обожжённым солнцем лицом и приносит стеклянный негатив: на нём — деревня у реки, церковь, мельница. Только деревни такой нет ни на одной карте. Место, которого не существует…
Санкт-Петербург, лето 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит старик с обожжённым солнцем лицом и приносит стеклянный негатив: на нём — деревня у реки, церковь, мельница. Только деревни такой нет ни на одной карте. Место, которого не существует…
Санкт-Петербург, лето 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит старик с обожжённым солнцем лицом и приносит стеклянный негатив: на нём — деревня у реки, церковь, мельница. Только деревни такой нет ни на одной карте. Место, которого не существует…
Санкт-Петербург, лето 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит старик с обожжённым солнцем лицом и приносит стеклянный негатив: на нём — деревня у реки, церковь, мельница. Только деревни такой нет ни на одной карте. Место, которого не существует…
Перед вами дневниковые записи двух молодых людей из Санкт-Петербурга XIX века – студента-медика и светской барышни. Они описывают одну историю с противоположных сторон. Он одержим местью за отвергнутый танец. Она очарована его робостью и ждёт первого…
Перед вами дневниковые записи двух молодых людей из Санкт-Петербурга XIX века – студента-медика и светской барышни. Они описывают одну историю с противоположных сторон. Он одержим местью за отвергнутый танец. Она очарована его робостью и ждёт первого…
Семидесятые годы. Советский контрразведчик Андрей Ломтев совсем недавно в органах, но уже зарекомендовал себя как смелый и решительный боец. На его счету участие в серьезных операциях в африканских джунглях и ряде европейских стран. Руководству КГБ с…
Семидесятые годы. Советский контрразведчик Андрей Ломтев совсем недавно в органах, но уже зарекомендовал себя как смелый и решительный боец. На его счету участие в серьезных операциях в африканских джунглях и ряде европейских стран. Руководству КГБ с…
Санкт-Петербург, осень 1883 года. Дама в глубоком трауре просит фотографа Вересова о невозможном: снять портрет её мужа, умершего год назад и являющегося ей по ночам. Вересов, который не боится невозможного, соглашается взглянуть. И первое, что он ви…
Санкт-Петербург, осень 1883 года. Дама в глубоком трауре просит фотографа Вересова о невозможном: снять портрет её мужа, умершего год назад и являющегося ей по ночам. Вересов, который не боится невозможного, соглашается взглянуть. И первое, что он ви…
Санкт-Петербург, осень 1883 года. Дама в глубоком трауре просит фотографа Вересова о невозможном: снять портрет её мужа, умершего год назад и являющегося ей по ночам. Вересов, который не боится невозможного, соглашается взглянуть. И первое, что он ви…
Санкт-Петербург, осень 1883 года. Дама в глубоком трауре просит фотографа Вересова о невозможном: снять портрет её мужа, умершего год назад и являющегося ей по ночам. Вересов, который не боится невозможного, соглашается взглянуть. И первое, что он ви…
Альтернативный Санкт-Петербург конца XIX века. Город гранитных набережных, роскошных балов и... древней нечисти, которая научилась носить дорогие фраки. По закону Империи «навий люд» обязан скрывать свой облик, но когда в ледяной воде Невы начинают н…
Альтернативный Санкт-Петербург конца XIX века. Город гранитных набережных, роскошных балов и... древней нечисти, которая научилась носить дорогие фраки. По закону Империи «навий люд» обязан скрывать свой облик, но когда в ледяной воде Невы начинают н…
Россия, конец XIX века. Уездный город N. Пётр Иванович Курочкин — коллежский регистратор, мелкий чиновник, человек настолько обыкновенный, что его не замечают даже сослуживцы. Однажды на именинах у казначея он случайно выпивает грибную настойку — и о…
Россия, конец XIX века. Уездный город N. Пётр Иванович Курочкин — коллежский регистратор, мелкий чиновник, человек настолько обыкновенный, что его не замечают даже сослуживцы. Однажды на именинах у казначея он случайно выпивает грибную настойку — и о…
Книги французского писателя Мориса Леблана о приключениях Арсена Люпена раскупались при жизни автора огромными тиражами, превышающими тиражи книг самого Конан Дойла. Арсен Люпен – великий искатель приключений, король воров, человек с тысячью обличий.…
Книги французского писателя Мориса Леблана о приключениях Арсена Люпена раскупались при жизни автора огромными тиражами, превышающими тиражи книг самого Конан Дойла. Арсен Люпен – великий искатель приключений, король воров, человек с тысячью обличий.…
Можно построить неприступный шифр, но невозможно защитить человека от его собственных желаний. Именно там, между соблазном и страхом, разведка расставляет свои ловушки — и добывает тайны, недоступные никакому криптоанализу.
Эта книга соединяет несоед…
Можно построить неприступный шифр, но невозможно защитить человека от его собственных желаний. Именно там, между соблазном и страхом, разведка расставляет свои ловушки — и добывает тайны, недоступные никакому криптоанализу.
Эта книга соединяет несоед…
Можно построить неприступный шифр, но невозможно защитить человека от его собственных желаний. Именно там, между соблазном и страхом, разведка расставляет свои ловушки — и добывает тайны, недоступные никакому криптоанализу.
Эта книга соединяет несоед…
Можно построить неприступный шифр, но невозможно защитить человека от его собственных желаний. Именно там, между соблазном и страхом, разведка расставляет свои ловушки — и добывает тайны, недоступные никакому криптоанализу.
Эта книга соединяет несоед…
Россия, конец XIX века. Уездный город N. Пётр Иванович Курочкин — коллежский регистратор, мелкий чиновник, человек настолько обыкновенный, что его не замечают даже сослуживцы. Однажды на именинах у казначея он случайно выпивает грибную настойку — и о…
Россия, конец XIX века. Уездный город N. Пётр Иванович Курочкин — коллежский регистратор, мелкий чиновник, человек настолько обыкновенный, что его не замечают даже сослуживцы. Однажды на именинах у казначея он случайно выпивает грибную настойку — и о…
Санкт-Петербург, канун Рождества 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит господин с почти бесцветными глазами и сообщает невозможное: вот уже полгода он не выходит на снимках — на всех пластинах пустое кресло. Вересов, который не верит в чудеса…
Санкт-Петербург, канун Рождества 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит господин с почти бесцветными глазами и сообщает невозможное: вот уже полгода он не выходит на снимках — на всех пластинах пустое кресло. Вересов, который не верит в чудеса…
Санкт-Петербург, канун Рождества 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит господин с почти бесцветными глазами и сообщает невозможное: вот уже полгода он не выходит на снимках — на всех пластинах пустое кресло. Вересов, который не верит в чудеса…
Санкт-Петербург, канун Рождества 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит господин с почти бесцветными глазами и сообщает невозможное: вот уже полгода он не выходит на снимках — на всех пластинах пустое кресло. Вересов, который не верит в чудеса…
Предательство лучшей подруги в один миг лишает молодую учительницу Элизабет работы, репутации и средств к существованию. Единственным спасением становится неожиданное предложение из агентства — отправиться в Йоркшир, в уединенное поместье Блэквуд-Хол…
Предательство лучшей подруги в один миг лишает молодую учительницу Элизабет работы, репутации и средств к существованию. Единственным спасением становится неожиданное предложение из агентства — отправиться в Йоркшир, в уединенное поместье Блэквуд-Хол…
Иван Путилин (1830–1893) – сын коллежского регистратора, начал службу канцеляристом, экстерном сдал экзамены в университете, в 1854 году поступил в полицию. Стал первым начальником сыскной полиции Санкт-Петербурга. Умел перевоплощаться, ночевал в при…
Иван Путилин (1830–1893) – сын коллежского регистратора, начал службу канцеляристом, экстерном сдал экзамены в университете, в 1854 году поступил в полицию. Стал первым начальником сыскной полиции Санкт-Петербурга. Умел перевоплощаться, ночевал в при…
Предательство лучшей подруги в один миг лишает молодую учительницу Элизабет работы, репутации и средств к существованию. Единственным спасением становится неожиданное предложение из агентства — отправиться в Йоркшир, в уединенное поместье Блэквуд-Хол…
Предательство лучшей подруги в один миг лишает молодую учительницу Элизабет работы, репутации и средств к существованию. Единственным спасением становится неожиданное предложение из агентства — отправиться в Йоркшир, в уединенное поместье Блэквуд-Хол…
ИСТОРИКИЙ МИСТИЧЕСКИЙ ДЕТЕКТИВ.История КАРАИМОВ иКРЫМА
Октябрь 1910 года.
Крымское побережье охвачено «трамвайной лихорадкой»: ТРАМВАЙ должен связать Севастополь и Ялту. Но модернизация наталкивается на глухое, яростное сопротивление. На узловы…
ИСТОРИКИЙ МИСТИЧЕСКИЙ ДЕТЕКТИВ.История КАРАИМОВ иКРЫМА
Октябрь 1910 года.
Крымское побережье охвачено «трамвайной лихорадкой»: ТРАМВАЙ должен связать Севастополь и Ялту. Но модернизация наталкивается на глухое, яростное сопротивление. На узловы…