классические детективы
«Весь долгий период с 1894-го по 1901-й год включительно мистер Шерлок Холмс был по горло загружен работой. Можно смело утверждать, что за эти восемь лет не было ни одного публичного дела, пусть даже и не представлявшего особой трудности, в котором б…
«Весь долгий период с 1894-го по 1901-й год включительно мистер Шерлок Холмс был по горло загружен работой. Можно смело утверждать, что за эти восемь лет не было ни одного публичного дела, пусть даже и не представлявшего особой трудности, в котором б…
«До и после суда над Гарольдом Винсоном, где я выступал в качестве свидетеля обвинения, как обычно, было много безосновательных, бессмысленных и повторяющихся спекуляций на тему: могло ли кому-то, кто его знал, прийти в голову, что он способен замысл…
«До и после суда над Гарольдом Винсоном, где я выступал в качестве свидетеля обвинения, как обычно, было много безосновательных, бессмысленных и повторяющихся спекуляций на тему: могло ли кому-то, кто его знал, прийти в голову, что он способен замысл…
«Она ничего не помнила о том дне жаркого августа 1956 года, когда ее отвезли жить к тете Глэдис и дяде Виктору в маленький домик на востоке Лондона, на Алма-Террас, 49. Знала, что это случилось через три дня после ее десятого дня рождения, и этим еди…
«Она ничего не помнила о том дне жаркого августа 1956 года, когда ее отвезли жить к тете Глэдис и дяде Виктору в маленький домик на востоке Лондона, на Алма-Террас, 49. Знала, что это случилось через три дня после ее десятого дня рождения, и этим еди…
«Я наткнулся на йо-йо накануне Рождества, как на давным-давно забытые реликты прошлого, когда разбирал какие-то завалявшиеся бумаги, которые замусоривали мою стариковскую жизнь. То был семьдесят третий день моего рождения, и, полагаю, на меня напал п…
«Я наткнулся на йо-йо накануне Рождества, как на давным-давно забытые реликты прошлого, когда разбирал какие-то завалявшиеся бумаги, которые замусоривали мою стариковскую жизнь. То был семьдесят третий день моего рождения, и, полагаю, на меня напал п…
«Милдред Мейбрик, сидя на переднем пассажирском сиденье «Даймлера», развернула, насколько позволяло тесное пространство салона, газету и сказала:
– Судя по сообщениям «Таймс», папа празднует свой юбилей в один день с Джулианом Саймонсом. Им обоим исп…
«Милдред Мейбрик, сидя на переднем пассажирском сиденье «Даймлера», развернула, насколько позволяло тесное пространство салона, газету и сказала:
– Судя по сообщениям «Таймс», папа празднует свой юбилей в один день с Джулианом Саймонсом. Им обоим исп…
«Если вы увлекаетесь детективной литературой, возможно, мое имя – Чарлз Миклдор – вам знакомо. Я имею в виду, серьезно увлекаетесь, случайный или слишком разборчивый читатель едва ли будет интересоваться моими новинками в публичной библиотеке. Я не Г…
«Если вы увлекаетесь детективной литературой, возможно, мое имя – Чарлз Миклдор – вам знакомо. Я имею в виду, серьезно увлекаетесь, случайный или слишком разборчивый читатель едва ли будет интересоваться моими новинками в публичной библиотеке. Я не Г…
«Разумеется, вы знаете принцессу Илсу Манчелли. Я имею в виду, что вы не могли не видеть ее на кино- и телеэкране или на фотографиях в газетах: вот она прибывает в какой-нибудь аэропорт со своим последним мужем, вот отдыхает на их яхте, вот, увешанна…
«Разумеется, вы знаете принцессу Илсу Манчелли. Я имею в виду, что вы не могли не видеть ее на кино- и телеэкране или на фотографиях в газетах: вот она прибывает в какой-нибудь аэропорт со своим последним мужем, вот отдыхает на их яхте, вот, увешанна…
«Одна из незначительных сложностей профессии сочинителя криминальных бестселлеров – вечный вопрос: «А вы лично когда-нибудь были причастны к настоящему расследованию убийства?» Иногда его задают с таким видом и таким тоном, которые предполагают, что …
«Одна из незначительных сложностей профессии сочинителя криминальных бестселлеров – вечный вопрос: «А вы лично когда-нибудь были причастны к настоящему расследованию убийства?» Иногда его задают с таким видом и таким тоном, которые предполагают, что …
«– В субботу мы работаем до двенадцати, – сказала блондинка в агентстве недвижимости. – Если задержитесь там дольше, киньте потом ключ в почтовый ящик, пожалуйста. У нас только один ключ, а в понедельник, возможно, еще какой-нибудь покупатель захочет…
«– В субботу мы работаем до двенадцати, – сказала блондинка в агентстве недвижимости. – Если задержитесь там дольше, киньте потом ключ в почтовый ящик, пожалуйста. У нас только один ключ, а в понедельник, возможно, еще какой-нибудь покупатель захочет…
«– Видишь ли, мой дорогой Адам, – мягко объяснял каноник, прохаживаясь с главным суперинтендентом Дэлглишем под вязами возле своего пасторского дома, – как бы нам ни было кстати это наследство, оно не принесет мне радости, если моя приемная бабушка Э…
«– Видишь ли, мой дорогой Адам, – мягко объяснял каноник, прохаживаясь с главным суперинтендентом Дэлглишем под вязами возле своего пасторского дома, – как бы нам ни было кстати это наследство, оно не принесет мне радости, если моя приемная бабушка Э…
«Фигура, в зимних сумерках выскочившая с обочины на дорогу и лихорадочными жестами сигнализировавшая приближающемуся автомобилисту остановиться, казалась так похожа на литературного персонажа, что первой мыслью сидевшего за рулем новоиспеченного серж…
«Фигура, в зимних сумерках выскочившая с обочины на дорогу и лихорадочными жестами сигнализировавшая приближающемуся автомобилисту остановиться, казалась так похожа на литературного персонажа, что первой мыслью сидевшего за рулем новоиспеченного серж…
Молодая супружеская пара Уркварт поздним вечером прибывает в отдаленную гостиницу и настаивает на том, чтобы хозяйка поселила их в самом темном и мрачном номере, стены которого обиты дубовыми панелями. На следующий день молодожены без объяснения прич…
Молодая супружеская пара Уркварт поздним вечером прибывает в отдаленную гостиницу и настаивает на том, чтобы хозяйка поселила их в самом темном и мрачном номере, стены которого обиты дубовыми панелями. На следующий день молодожены без объяснения прич…
Майор уголовного розыска Иван Метростроев поднимает старое дело. Полтора года назад в съёмной квартире на окраине Омска убили женщину. Следствие зашло в тупик, отработав три тысячи подозреваемых. Но одна улика осталась незамеченной: дешёвые настенные…
Майор уголовного розыска Иван Метростроев поднимает старое дело. Полтора года назад в съёмной квартире на окраине Омска убили женщину. Следствие зашло в тупик, отработав три тысячи подозреваемых. Но одна улика осталась незамеченной: дешёвые настенные…
Кровь остановится, плоть заживёт. А рана на сердце – никогда. И остаётся не рубец, а пустота, которую уже ничем не заполнить...
В подполе старого дома на окраине небольшого городка рабочий обнаружил торчащую из земли руку. На пальце дорогой перстень.…
Кровь остановится, плоть заживёт. А рана на сердце – никогда. И остаётся не рубец, а пустота, которую уже ничем не заполнить...
В подполе старого дома на окраине небольшого городка рабочий обнаружил торчащую из земли руку. На пальце дорогой перстень.…
Санкт-Петербург, 1913 год. За фасадами роскошных особняков и витринами дорогих салонов скрываются пороки, до которых никогда не дотянется официальное правосудие. Но там, где бессилен закон, в игру вступает он — неуловимый «Чёрный Валет».
Блестящий ар…
Санкт-Петербург, 1913 год. За фасадами роскошных особняков и витринами дорогих салонов скрываются пороки, до которых никогда не дотянется официальное правосудие. Но там, где бессилен закон, в игру вступает он — неуловимый «Чёрный Валет».
Блестящий ар…
Петербург, 1913 год.
Пока в залах Мраморного дворца оркестры играют вальсы, а шампанское льется рекой, в тени колонн зреет самая дерзкая авантюра века. Всесильный тайный советник Вурман готовится к триумфу: получению высшей награды империи — бриллиа…
Петербург, 1913 год.
Пока в залах Мраморного дворца оркестры играют вальсы, а шампанское льется рекой, в тени колонн зреет самая дерзкая авантюра века. Всесильный тайный советник Вурман готовится к триумфу: получению высшей награды империи — бриллиа…
Петербург, 1913 год.
Пока полиция сбивается с ног, сейфы самых беспринципных богачей столицы пустеют один за другим. На месте преступления — ни улик, ни отпечатков, лишь карточка с золотым вензелем «Ч.В.».
Кто скрывается за маской «Чёрного валета»?…
Петербург, 1913 год.
Пока полиция сбивается с ног, сейфы самых беспринципных богачей столицы пустеют один за другим. На месте преступления — ни улик, ни отпечатков, лишь карточка с золотым вензелем «Ч.В.».
Кто скрывается за маской «Чёрного валета»?…
Телефон зазвонил в три ночи. Незнакомый номер, знакомый голос: «Папа, мне плохо. Помоги».
Андрей Лебедев — успешный руководитель, разведён, двое взрослых детей — поехал немедленно. Его дочь в это время крепко спала в Петербурге. А сам Андрей оказался…
Телефон зазвонил в три ночи. Незнакомый номер, знакомый голос: «Папа, мне плохо. Помоги».
Андрей Лебедев — успешный руководитель, разведён, двое взрослых детей — поехал немедленно. Его дочь в это время крепко спала в Петербурге. А сам Андрей оказался…
Одинокая женщина придумала себе поклонника, на свою голову и на то, что ниже талии...дело было в единой еще стране,в далеком Туркестанском крае...
Одинокая женщина придумала себе поклонника, на свою голову и на то, что ниже талии...дело было в единой еще стране,в далеком Туркестанском крае...
«Его прощальный поклон» – заключительный сборник рассказов Артура Конан Дойла о великом сыщике, в котором собраны дела позднего периода – лаконичные, точные, насыщенные внутренним напряжением, словно отточенные до последнего штриха.
Здесь тайны разно…
«Его прощальный поклон» – заключительный сборник рассказов Артура Конан Дойла о великом сыщике, в котором собраны дела позднего периода – лаконичные, точные, насыщенные внутренним напряжением, словно отточенные до последнего штриха.
Здесь тайны разно…