русская классика
«Великая вещь дружба. И тем более она драгоценна, что становится в наше время редчайшим явлением.
Ужасна измена друга. Еще страшнее смерть его. Но неизмеримо горше, когда вернейшего и любимейшего друга выкрадут из вашего сердца, как часы из жилетного…
«Великая вещь дружба. И тем более она драгоценна, что становится в наше время редчайшим явлением.
Ужасна измена друга. Еще страшнее смерть его. Но неизмеримо горше, когда вернейшего и любимейшего друга выкрадут из вашего сердца, как часы из жилетного…
«Мне присланы разными лицами несколько писем, – все они написаны в истерическом, воющем тоне, со страниц их брызжет тёмный, жуткий страх. Ясно чувствуешь – те, кто писал, переживают тяжёлые дни и часы, видишь, что много мучительно острых мыслей режет…
«Мне присланы разными лицами несколько писем, – все они написаны в истерическом, воющем тоне, со страниц их брызжет тёмный, жуткий страх. Ясно чувствуешь – те, кто писал, переживают тяжёлые дни и часы, видишь, что много мучительно острых мыслей режет…
Рассказ о молодом сельском враче, который через год работы оглядывается назад и с удивлением отмечает, как сильно он изменился: теперь он уверен в себе и почти всё умеет. Однако неожиданный случай с младенцем, у которого, по словам матери, «пропал гл…
Рассказ о молодом сельском враче, который через год работы оглядывается назад и с удивлением отмечает, как сильно он изменился: теперь он уверен в себе и почти всё умеет. Однако неожиданный случай с младенцем, у которого, по словам матери, «пропал гл…
Скромный петербургский чиновник Семён Иванович Невзоров, поверив предсказанию цыганки о богатстве и славе, с головой окунается в водоворот революции и Гражданской войны. Меняя имена, национальности и занятия – от афериста до шпиона, – он отчаянно пыт…
Скромный петербургский чиновник Семён Иванович Невзоров, поверив предсказанию цыганки о богатстве и славе, с головой окунается в водоворот революции и Гражданской войны. Меняя имена, национальности и занятия – от афериста до шпиона, – он отчаянно пыт…
Девятнадцатилетний Аркадий Долгорукий, незаконный сын дворянина Версилова, приезжает в Петербург с тайной и дерзкой мечтой – стать Ротшильдом и накопить огромное состояние, чтобы вырваться из-под власти «случайного семейства» и добиться независимости…
Девятнадцатилетний Аркадий Долгорукий, незаконный сын дворянина Версилова, приезжает в Петербург с тайной и дерзкой мечтой – стать Ротшильдом и накопить огромное состояние, чтобы вырваться из-под власти «случайного семейства» и добиться независимости…
Роман Ивана Шмелёва «Пути небесные» – это «опыт православного романа», вдохновлённый реальной историей, которая разворачивается близ Оптиной пустыни. В центре повествования – встреча неверующего инженера-рационалиста Виктора Вейденгаммера и глубоко в…
Роман Ивана Шмелёва «Пути небесные» – это «опыт православного романа», вдохновлённый реальной историей, которая разворачивается близ Оптиной пустыни. В центре повествования – встреча неверующего инженера-рационалиста Виктора Вейденгаммера и глубоко в…
Молодой дворянин Мисаил Полознев отказывается от карьеры, привилегий и привычного уклада, чтобы зарабатывать на жизнь простым физическим трудом – он становится маляром. Этот выбор шокирует его семью и весь провинциальный город, а самого героя сталкив…
Молодой дворянин Мисаил Полознев отказывается от карьеры, привилегий и привычного уклада, чтобы зарабатывать на жизнь простым физическим трудом – он становится маляром. Этот выбор шокирует его семью и весь провинциальный город, а самого героя сталкив…
В центре рассказа – подмосковная княжеская усадьба «Ханская ставка», после революции превращённая в музей. Старый слуга Иона Васильевич, когда-то служивший ещё прежним хозяевам, проводит экскурсию для шумной группы туристов, среди которых выделяются …
В центре рассказа – подмосковная княжеская усадьба «Ханская ставка», после революции превращённая в музей. Старый слуга Иона Васильевич, когда-то служивший ещё прежним хозяевам, проводит экскурсию для шумной группы туристов, среди которых выделяются …
Сатирическая повесть Ильи Ильфа и Евгения Петрова о делопроизводительнице Шахерезаде Шайтановой, которая, попав под сокращение в конторе «Когтей и Хвостов», пытается отсрочить увольнение, рассказывая своему начальнику увлекательные истории – подобно …
Сатирическая повесть Ильи Ильфа и Евгения Петрова о делопроизводительнице Шахерезаде Шайтановой, которая, попав под сокращение в конторе «Когтей и Хвостов», пытается отсрочить увольнение, рассказывая своему начальнику увлекательные истории – подобно …
В центре повествования – жизнь сапожника Григория Орлова и его жены Матрёны, которые ютятся в грязном и тёмном подвале старого дома. Их существование наполнено беспросветной нуждой, пьянством, ссорами и жестокими драками. Однако всё меняется, когда в…
В центре повествования – жизнь сапожника Григория Орлова и его жены Матрёны, которые ютятся в грязном и тёмном подвале старого дома. Их существование наполнено беспросветной нуждой, пьянством, ссорами и жестокими драками. Однако всё меняется, когда в…
«В моей дорожной шкатулке есть связки пожелтевших заметок из старинных книг и записок. В заметках я желал сохранить для себя те мелочи, то живое дыхание старины, которое исчезает так же быстро, как след дыхания на стекле. И вот эти беспорядочные заме…
«В моей дорожной шкатулке есть связки пожелтевших заметок из старинных книг и записок. В заметках я желал сохранить для себя те мелочи, то живое дыхание старины, которое исчезает так же быстро, как след дыхания на стекле. И вот эти беспорядочные заме…
«Маленького тщедушного Иванова, с приплюснутым носом и большими чёрными глазами, точно гнало по пути всевозможных житейских невзгод: из одной беды он выкарабкивался только для того, чтобы попасть в другую…»
«Маленького тщедушного Иванова, с приплюснутым носом и большими чёрными глазами, точно гнало по пути всевозможных житейских невзгод: из одной беды он выкарабкивался только для того, чтобы попасть в другую…»
Путешественник-натуралист после спектакля «Золотая цепь» приходит за кулисы. Где-то он это видел… Оказывается, однажды актеры сыграли этот спектакль «в африканском лесу… для стаи обезьян». И те до сих пор «обезьянничают» увиденные мизансцены…
Путешественник-натуралист после спектакля «Золотая цепь» приходит за кулисы. Где-то он это видел… Оказывается, однажды актеры сыграли этот спектакль «в африканском лесу… для стаи обезьян». И те до сих пор «обезьянничают» увиденные мизансцены…
«Скучно стало нам – доктору Полканову и мне – шагать второй день по горячему песку берега ленивой Оки, мимо небогатых рязанских полей, под солнцем последних дней мая; слишком усердное в этом году, оно угрожало засухой…»
«Скучно стало нам – доктору Полканову и мне – шагать второй день по горячему песку берега ленивой Оки, мимо небогатых рязанских полей, под солнцем последних дней мая; слишком усердное в этом году, оно угрожало засухой…»
Исповедь мужа, который, оставшись один после трагического события, пытается осмыслить историю своего позднего брака с шестнадцатилетней девушкой. Он, владелец ссудной кассы, когда-то вырвал её из нищеты, но их совместная жизнь быстро превратилась в м…
Исповедь мужа, который, оставшись один после трагического события, пытается осмыслить историю своего позднего брака с шестнадцатилетней девушкой. Он, владелец ссудной кассы, когда-то вырвал её из нищеты, но их совместная жизнь быстро превратилась в м…
«Красный смех» – это лихорадочные, обрывочные записи человека, чей разум застигнут ужасом войны. Действительность рассыпается на фрагменты кошмаров, а из кровавого хаоса возникает жуткий, почти мистический образ – красный смех самой земли. Повесть по…
«Красный смех» – это лихорадочные, обрывочные записи человека, чей разум застигнут ужасом войны. Действительность рассыпается на фрагменты кошмаров, а из кровавого хаоса возникает жуткий, почти мистический образ – красный смех самой земли. Повесть по…