русская классика
Тёмные Аллеи Ивана Бунина – знаменитый цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.
Он без сна лежал д…
Тёмные Аллеи Ивана Бунина – знаменитый цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.
Он без сна лежал д…
«В полутораста верстах от ближней железнодорожной станции, в стороне от всяких шоссейных и почтовых дорог, окруженная старинным сосновым Касимовским бором, затерялась деревня Большая Курша. Обитателей ее зовут в окрестностях – Куршей-головастой и Лит…
«В полутораста верстах от ближней железнодорожной станции, в стороне от всяких шоссейных и почтовых дорог, окруженная старинным сосновым Касимовским бором, затерялась деревня Большая Курша. Обитателей ее зовут в окрестностях – Куршей-головастой и Лит…
«Так именно: процесс на шею навязался;
Я от него уйти хоть всячески старался,
Мирился, уступал, но потерял весь труд.
И так уездный уж и верхний земский суд
Прошед, где моему не льстили супостату,
Вступило дело к вам в Гражданскую палату…»
«Так именно: процесс на шею навязался;
Я от него уйти хоть всячески старался,
Мирился, уступал, но потерял весь труд.
И так уездный уж и верхний земский суд
Прошед, где моему не льстили супостату,
Вступило дело к вам в Гражданскую палату…»
"От ржавых потолков до нот Бетховена - роман-поток сознания о том, как наша внутренность становится то тюрьмой, то спасением. Героиня теряет мать, себя, но не память - ту самую, что хранится в старом сундуке между пожелтевшими письмами и таблетками о…
"От ржавых потолков до нот Бетховена - роман-поток сознания о том, как наша внутренность становится то тюрьмой, то спасением. Героиня теряет мать, себя, но не память - ту самую, что хранится в старом сундуке между пожелтевшими письмами и таблетками о…
Знаменитый искрометный роман И. Ильфа и Е. Петрова «Двенадцать стульев» о Великом комбинаторе Остапе Бендере не требует представления. Полюбившийся герой давно превратился для читателя в хорошего знакомого, а его высказывания – в афоризмы, помогающие…
Знаменитый искрометный роман И. Ильфа и Е. Петрова «Двенадцать стульев» о Великом комбинаторе Остапе Бендере не требует представления. Полюбившийся герой давно превратился для читателя в хорошего знакомого, а его высказывания – в афоризмы, помогающие…
Этот сборник стихов популярного автора-исполнителя Оксаны Матиной содержит и тексты песен, звучащих на радио, а также стихотворения, которые уже стали любимыми для многих читателей.
Этот сборник стихов популярного автора-исполнителя Оксаны Матиной содержит и тексты песен, звучащих на радио, а также стихотворения, которые уже стали любимыми для многих читателей.
"От ржавых потолков до нот Бетховена - роман-поток сознания о том, как наша внутренность становится то тюрьмой, то спасением. Героиня теряет мать, себя, но не память - ту самую, что хранится в старом сундуке между пожелтевшими письмами и таблетками о…
"От ржавых потолков до нот Бетховена - роман-поток сознания о том, как наша внутренность становится то тюрьмой, то спасением. Героиня теряет мать, себя, но не память - ту самую, что хранится в старом сундуке между пожелтевшими письмами и таблетками о…
«Легенд, рассказывающих о предсказаниях Николаю Второму и его матери несчастливого царствования, падения дома Романовых и его трагической смерти, довольно много. Исходят эти предсказания от видных духовных лиц, священников, вроде Ивана Кронштадтского…
«Легенд, рассказывающих о предсказаниях Николаю Второму и его матери несчастливого царствования, падения дома Романовых и его трагической смерти, довольно много. Исходят эти предсказания от видных духовных лиц, священников, вроде Ивана Кронштадтского…
«Анна Федоровна Журбовская была отличная хозяйка. Просто она чудеса показывала. Например, она делала один крем полосатый, разноцветный, всем на зависть и удивленье. Как уж ни хотели прочие хозяйки дойти до этого крема, – никто не дошел. Верьте не вер…
«Анна Федоровна Журбовская была отличная хозяйка. Просто она чудеса показывала. Например, она делала один крем полосатый, разноцветный, всем на зависть и удивленье. Как уж ни хотели прочие хозяйки дойти до этого крема, – никто не дошел. Верьте не вер…
«Я недавно приехал в Коринф…
Вот ступени, а вот колоннада!
Я люблю здешних мраморных нимф
И истмийского шум водопада!..»
«Я недавно приехал в Коринф…
Вот ступени, а вот колоннада!
Я люблю здешних мраморных нимф
И истмийского шум водопада!..»
«Молодой парижский служащий просыпается в своей комнате в тот сумрачный час, когда люди готовятся идти на работу.
Первый взгляд его падает на календарь. 13-е число. Плохая примета. Он переводит взгляд. Пятница. Еще хуже.
Хмурый, он подымается с посте…
«Молодой парижский служащий просыпается в своей комнате в тот сумрачный час, когда люди готовятся идти на работу.
Первый взгляд его падает на календарь. 13-е число. Плохая примета. Он переводит взгляд. Пятница. Еще хуже.
Хмурый, он подымается с посте…
«Молодые люди! … Вас с детства учат истории, географии, геометрии и тригонометрии, но скажите по совести: разве все эти науки помогают вам в обычной вашей светской и сердечной жизни? Нужна ли вам тригонометрия, когда вы объясняетесь в любви дорогой в…
«Молодые люди! … Вас с детства учат истории, географии, геометрии и тригонометрии, но скажите по совести: разве все эти науки помогают вам в обычной вашей светской и сердечной жизни? Нужна ли вам тригонометрия, когда вы объясняетесь в любви дорогой в…
В этот сборник вошли произведения, созданные в один из самых сложных периодов японской истории: с 1939 по 1946 год. Страна переживала милитаризацию, поражение, оккупацию, а люди — голод, страх и крушение прежних идеалов. Но Ода Сакуносукэ не писал ни…
В этот сборник вошли произведения, созданные в один из самых сложных периодов японской истории: с 1939 по 1946 год. Страна переживала милитаризацию, поражение, оккупацию, а люди — голод, страх и крушение прежних идеалов. Но Ода Сакуносукэ не писал ни…
«Кузнец Василий Васильевич Меркулов был строгий человек, и когда по праздникам он напивался пьян, то не пел песен, не смеялся и не играл на гармонии, как другие, а сидел в углу трактира и молча грозил черным обожженным пальцем. Грозил он и трактирщик…
«Кузнец Василий Васильевич Меркулов был строгий человек, и когда по праздникам он напивался пьян, то не пел песен, не смеялся и не играл на гармонии, как другие, а сидел в углу трактира и молча грозил черным обожженным пальцем. Грозил он и трактирщик…
«Если человек, даже чрезвычайно талантливый, скажет или напишет какую-нибудь путаницу и потом будет вновь и вновь к ней возвращаться, стараясь свести концы с концами, то достаточный ли это повод, чтобы присутствующие также вновь и вновь к той путаниц…
«Если человек, даже чрезвычайно талантливый, скажет или напишет какую-нибудь путаницу и потом будет вновь и вновь к ней возвращаться, стараясь свести концы с концами, то достаточный ли это повод, чтобы присутствующие также вновь и вновь к той путаниц…