историческое фэнтези
К чему приводят кошмары? К жизни, которой не должно было быть; к нити, которой суждено оборваться. Злата умерла при рождении, родители скрыли от неё то, что вернули дочь благодаря соку Древа Жизни. Много лет они хранили тайну, и дальше бы всё шло хор…
К чему приводят кошмары? К жизни, которой не должно было быть; к нити, которой суждено оборваться. Злата умерла при рождении, родители скрыли от неё то, что вернули дочь благодаря соку Древа Жизни. Много лет они хранили тайну, и дальше бы всё шло хор…
Корона Межи подчиняет городские клятвы лишь тому, кто добровольно отдаёт ей самое дорогое воспоминание. После смерти правительницы хранительница памяти Элина Вард должна удостоверить новую жертву — и обнаруживает, что корона наполнена чужими, насильн…
Корона Межи подчиняет городские клятвы лишь тому, кто добровольно отдаёт ей самое дорогое воспоминание. После смерти правительницы хранительница памяти Элина Вард должна удостоверить новую жертву — и обнаруживает, что корона наполнена чужими, насильн…
В Лигране обещания держат мосты, зажигают больничный свет и дают городу право планировать завтрашний день. Лея Арден умеет составлять их без единой двусмысленности — и верит, что точные слова защищают людей.
Независимый расторгатель Кайр Вельт доказы…
В Лигране обещания держат мосты, зажигают больничный свет и дают городу право планировать завтрашний день. Лея Арден умеет составлять их без единой двусмысленности — и верит, что точные слова защищают людей.
Независимый расторгатель Кайр Вельт доказы…
Умерев в своём мире, я попала в тело девушки - воина во времена сарматов.
Ну почему кому-то достается место любимой фаворитки или вообще королевы, а мне меч в руку, конь вместо автомобиля и жрица в качестве наставницы?
Впрочем, некогда рассуждать. От…
Умерев в своём мире, я попала в тело девушки - воина во времена сарматов.
Ну почему кому-то достается место любимой фаворитки или вообще королевы, а мне меч в руку, конь вместо автомобиля и жрица в качестве наставницы?
Впрочем, некогда рассуждать. От…
Тридцать лет Арда и Ливен воюют за границы, которые меняются буквально: признанный договор способен повернуть реку, передвинуть дорогу и стереть с карты землю, не названную стороной соглашения.
Веда Ран — лучший посредник Канцелярии перемирий. Она ум…
Тридцать лет Арда и Ливен воюют за границы, которые меняются буквально: признанный договор способен повернуть реку, передвинуть дорогу и стереть с карты землю, не названную стороной соглашения.
Веда Ран — лучший посредник Канцелярии перемирий. Она ум…
У каждого ребенка наступает момент, когда он полноценно входит в род и обретает права полноправного члена семьи. С получением имени от великих Предков, он также обретает ответственность, силу, право влиять на семейные вопросы и решения. Имя – это не …
У каждого ребенка наступает момент, когда он полноценно входит в род и обретает права полноправного члена семьи. С получением имени от великих Предков, он также обретает ответственность, силу, право влиять на семейные вопросы и решения. Имя – это не …
Когда туман Парижа приоткрывает свою завесу, вы можете наблюдать за ними...теми, кто тянет свои руки вверх, пытаясь выбраться из тьмы , что отчаянно не желает их выпускать. Она вцепилась и в меня своими цепкими ручищами , но я борюсь. Ведь верю в т…
Когда туман Парижа приоткрывает свою завесу, вы можете наблюдать за ними...теми, кто тянет свои руки вверх, пытаясь выбраться из тьмы , что отчаянно не желает их выпускать. Она вцепилась и в меня своими цепкими ручищами , но я борюсь. Ведь верю в т…
Корона Межи подчиняет городские клятвы лишь тому, кто добровольно отдаёт ей самое дорогое воспоминание. После смерти правительницы хранительница памяти Элина Вард должна удостоверить новую жертву — и обнаруживает, что корона наполнена чужими, насильн…
Корона Межи подчиняет городские клятвы лишь тому, кто добровольно отдаёт ей самое дорогое воспоминание. После смерти правительницы хранительница памяти Элина Вард должна удостоверить новую жертву — и обнаруживает, что корона наполнена чужими, насильн…
В Лигране обещания держат мосты, зажигают больничный свет и дают городу право планировать завтрашний день. Лея Арден умеет составлять их без единой двусмысленности — и верит, что точные слова защищают людей.
Независимый расторгатель Кайр Вельт доказы…
В Лигране обещания держат мосты, зажигают больничный свет и дают городу право планировать завтрашний день. Лея Арден умеет составлять их без единой двусмысленности — и верит, что точные слова защищают людей.
Независимый расторгатель Кайр Вельт доказы…
Дорогой читатель!
С трепетом и волнением приглашаю тебя в Олдониум – мир, рожденный моей фантазией, где реальность переплетается с магией, а судьбы героев сплетаются в единое полотно. Здесь, среди древних культов и могущественных коллегий, обитают не…
Дорогой читатель!
С трепетом и волнением приглашаю тебя в Олдониум – мир, рожденный моей фантазией, где реальность переплетается с магией, а судьбы героев сплетаются в единое полотно. Здесь, среди древних культов и могущественных коллегий, обитают не…
54-летняя женщина после смерти оказывается в средневековой Италии — в теле маленькой Анастазии Караффа. Но она здесь не случайно: славянские боги Мокошь и Перун соединили части её души для исполнения древнего пророчества о коронах Македонского.
Анас…
54-летняя женщина после смерти оказывается в средневековой Италии — в теле маленькой Анастазии Караффа. Но она здесь не случайно: славянские боги Мокошь и Перун соединили части её души для исполнения древнего пророчества о коронах Македонского.
Анас…
Тридцать лет Арда и Ливен воюют за границы, которые меняются буквально: признанный договор способен повернуть реку, передвинуть дорогу и стереть с карты землю, не названную стороной соглашения.
Веда Ран — лучший посредник Канцелярии перемирий. Она ум…
Тридцать лет Арда и Ливен воюют за границы, которые меняются буквально: признанный договор способен повернуть реку, передвинуть дорогу и стереть с карты землю, не названную стороной соглашения.
Веда Ран — лучший посредник Канцелярии перемирий. Она ум…
Что будет, если знаменитый провидец Нострадамус внезапно окажется в XXI веке, а обычный медбрат из сибирского Мегиона — в XVI столетии на его месте? Именно это и происходит, когда два ритуала — один во Франции эпохи Возрождения, другой в современной …
Что будет, если знаменитый провидец Нострадамус внезапно окажется в XXI веке, а обычный медбрат из сибирского Мегиона — в XVI столетии на его месте? Именно это и происходит, когда два ритуала — один во Франции эпохи Возрождения, другой в современной …
Квадрология — это первая книга из четырех, все четыре книги являются единым романом, но написаны в разных стилях и временном пространстве.
Третий мир запутоницы, поджанр романа — это Готическая эпоха Просвещения и научная фантастика.
Старый Свет стои…
Квадрология — это первая книга из четырех, все четыре книги являются единым романом, но написаны в разных стилях и временном пространстве.
Третий мир запутоницы, поджанр романа — это Готическая эпоха Просвещения и научная фантастика.
Старый Свет стои…
Валахия, XV век. Влад Цепеш — Дракон, Колосажатель, правитель железного порядка. У его фонтана годами стоит золотой кубок, и никто не смеет к нему прикоснуться; его имя шёпотом произносят до самого Стамбула. Но за грозной славой скрыта тайна: госпо…
Валахия, XV век. Влад Цепеш — Дракон, Колосажатель, правитель железного порядка. У его фонтана годами стоит золотой кубок, и никто не смеет к нему прикоснуться; его имя шёпотом произносят до самого Стамбула. Но за грозной славой скрыта тайна: госпо…
Что если любовь требует перестать быть человеком? А остаться человеком значит, рисковать любовью?
Что если любовь требует перестать быть человеком? А остаться человеком значит, рисковать любовью?
Что будет, если знаменитый провидец Нострадамус внезапно окажется в XXI веке, а обычный медбрат из сибирского Мегиона — в XVI столетии на его месте? Именно это и происходит, когда два ритуала — один во Франции эпохи Возрождения, другой в современной …
Что будет, если знаменитый провидец Нострадамус внезапно окажется в XXI веке, а обычный медбрат из сибирского Мегиона — в XVI столетии на его месте? Именно это и происходит, когда два ритуала — один во Франции эпохи Возрождения, другой в современной …
Что, если одна случайность — и ты больше не в XXI веке, а в горящей крепости, осаждённой войском Батыя?
Платон и Вадим не думали, что обычная экскурсия обернётся приключением, где на кону — их жизнь. Теперь им придётся выживать среди огня и пепла, за…
Что, если одна случайность — и ты больше не в XXI веке, а в горящей крепости, осаждённой войском Батыя?
Платон и Вадим не думали, что обычная экскурсия обернётся приключением, где на кону — их жизнь. Теперь им придётся выживать среди огня и пепла, за…
Что, если история уцелела лишь потому, что неизвестные герои заплатили за неё любовью, памятью и собственной жизнью? Тайное Братство проходит через падение Трои и Константинополя, татаро-монгольское иго, Куликово поле, Стояние на Угре и эпоху Петра I…
Что, если история уцелела лишь потому, что неизвестные герои заплатили за неё любовью, памятью и собственной жизнью? Тайное Братство проходит через падение Трои и Константинополя, татаро-монгольское иго, Куликово поле, Стояние на Угре и эпоху Петра I…
Что, если история уцелела лишь потому, что неизвестные герои заплатили за неё любовью, памятью и собственной жизнью? Тайное Братство проходит через падение Трои и Константинополя, татаро-монгольское иго, Куликово поле, Стояние на Угре и эпоху Петра I…
Что, если история уцелела лишь потому, что неизвестные герои заплатили за неё любовью, памятью и собственной жизнью? Тайное Братство проходит через падение Трои и Константинополя, татаро-монгольское иго, Куликово поле, Стояние на Угре и эпоху Петра I…