городское фэнтези
Грязные тайны и прекрасные дворцы.
Мир, где пыхтят паровозы, летят дирижабли, а города погрузились в смог, ещё не забыл магию. Туманные столичные улицы и сельские ярмарки по-прежнему полны рассказов о ведьмах и некромантах.
Мисс Капсон, младший (но н…
Грязные тайны и прекрасные дворцы.
Мир, где пыхтят паровозы, летят дирижабли, а города погрузились в смог, ещё не забыл магию. Туманные столичные улицы и сельские ярмарки по-прежнему полны рассказов о ведьмах и некромантах.
Мисс Капсон, младший (но н…
Где-то за пределами привычных карт, между мирами, снами и забытыми дорогами, существует бар «Перекрёсток миров». Туда приходят маги, ведьмы, алхимики, волшебники, духи, оборотни, существа из легенд и те, кому не осталось места нигде.
Это нейтральная …
Где-то за пределами привычных карт, между мирами, снами и забытыми дорогами, существует бар «Перекрёсток миров». Туда приходят маги, ведьмы, алхимики, волшебники, духи, оборотни, существа из легенд и те, кому не осталось места нигде.
Это нейтральная …
Пятнадцатилетний Джонатан живет в образцовом американском пригороде, где все кажется идеальным — от подстриженных лужаек до семейного минивэна в гараже. Но за этим безупречным фасадом скрываются пугающие странности. Страницы домашней Библии пахнут га…
Пятнадцатилетний Джонатан живет в образцовом американском пригороде, где все кажется идеальным — от подстриженных лужаек до семейного минивэна в гараже. Но за этим безупречным фасадом скрываются пугающие странности. Страницы домашней Библии пахнут га…
Знаете, что поможет забыть бывшего, который орёт под окнами и убегает от полиции в трусах? Новая работа. Особенно если это «Пегас Маркет».
Теперь я выдаю заказы вроде соли от призраков и мазей для чешуи, общаюсь с директором исключительно по телефону…
Знаете, что поможет забыть бывшего, который орёт под окнами и убегает от полиции в трусах? Новая работа. Особенно если это «Пегас Маркет».
Теперь я выдаю заказы вроде соли от призраков и мазей для чешуи, общаюсь с директором исключительно по телефону…
Где-то за пределами привычных карт, между мирами, снами и забытыми дорогами, существует бар «Перекрёсток миров». Туда приходят маги, ведьмы, алхимики, волшебники, духи, оборотни, существа из легенд и те, кому не осталось места нигде.
Это нейтральная …
Где-то за пределами привычных карт, между мирами, снами и забытыми дорогами, существует бар «Перекрёсток миров». Туда приходят маги, ведьмы, алхимики, волшебники, духи, оборотни, существа из легенд и те, кому не осталось места нигде.
Это нейтральная …
Что общего между идеальным мужем, мудрым наставником, смиренным служителем Учения и человеком, который ненавидит жену за её слабость, презирает просителей за их нужду и тайно завидует каждому встречному?
Всё это — один человек. Его зовут Адриан. И дв…
Что общего между идеальным мужем, мудрым наставником, смиренным служителем Учения и человеком, который ненавидит жену за её слабость, презирает просителей за их нужду и тайно завидует каждому встречному?
Всё это — один человек. Его зовут Адриан. И дв…
«Девочка в красном... не выходи за порог. Дорога помнит шаги»
Кейд живёт в тихом городке, где радио ловит через раз, а по ночам шумят леса. Когда его сестра Лили отправляется на вечеринку в красном платье, он не придаёт значения странному голосу из д…
«Девочка в красном... не выходи за порог. Дорога помнит шаги»
Кейд живёт в тихом городке, где радио ловит через раз, а по ночам шумят леса. Когда его сестра Лили отправляется на вечеринку в красном платье, он не придаёт значения странному голосу из д…
Когда Лангри приезжает на забытый богами маяк, у неё нет ни близких людей, ни уютного дома, ни хотя бы спичек, которые не отсырели бы в первый же дождь. Магия Лангри не работает в этом промозглом мире. Всё, что её держит на плаву, это старые дневники…
Когда Лангри приезжает на забытый богами маяк, у неё нет ни близких людей, ни уютного дома, ни хотя бы спичек, которые не отсырели бы в первый же дождь. Магия Лангри не работает в этом промозглом мире. Всё, что её держит на плаву, это старые дневники…
Убийца жены священника за решеткой по анонимной наводке. Его привозят на суд, но через три минуты находят зарезанном в закрытой камере. Детектив Габриэль и его помощник змей Арчибальд блестяще раскрывают дело.
Убийца жены священника за решеткой по анонимной наводке. Его привозят на суд, но через три минуты находят зарезанном в закрытой камере. Детектив Габриэль и его помощник змей Арчибальд блестяще раскрывают дело.
Когда Лангри приезжает на забытый богами маяк, у неё нет ни близких людей, ни уютного дома, ни хотя бы спичек, которые не отсырели бы в первый же дождь. Магия Лангри не работает в этом промозглом мире. Всё, что её держит на плаву, это старые дневники…
Когда Лангри приезжает на забытый богами маяк, у неё нет ни близких людей, ни уютного дома, ни хотя бы спичек, которые не отсырели бы в первый же дождь. Магия Лангри не работает в этом промозглом мире. Всё, что её держит на плаву, это старые дневники…
У каждого двора есть место, куда детям запрещают ходить. Для Фрола это пустырь за гаражами, где доживают свой век развалины прошлой эпохи, где вдалеке проносятся серебряные поезда - а теперь там ещё и поселилась ведьма. Никто толком не знает, кто он…
У каждого двора есть место, куда детям запрещают ходить. Для Фрола это пустырь за гаражами, где доживают свой век развалины прошлой эпохи, где вдалеке проносятся серебряные поезда - а теперь там ещё и поселилась ведьма. Никто толком не знает, кто он…
Кот приносил покупателям не те книги. И никогда не ошибался.
Вера приезжает в приморский городок с одной целью — за две недели продать книжную лавку «Штиль», доставшуюся от умершей тёти. Без сантиментов: подписать бумаги и вернуться в нормальную жизн…
Кот приносил покупателям не те книги. И никогда не ошибался.
Вера приезжает в приморский городок с одной целью — за две недели продать книжную лавку «Штиль», доставшуюся от умершей тёти. Без сантиментов: подписать бумаги и вернуться в нормальную жизн…
Современный Санкт-Петербург. Юрий, страдающий от альбинизма, – последний из живущих ныне путешественников по снам. Поддавшись воспоминаниям, юноша желает посетить Мир снов, в котором не появлялся после смерти братьев и сестёр. С этого момента во снах…
Современный Санкт-Петербург. Юрий, страдающий от альбинизма, – последний из живущих ныне путешественников по снам. Поддавшись воспоминаниям, юноша желает посетить Мир снов, в котором не появлялся после смерти братьев и сестёр. С этого момента во снах…
Как увязать магию и экономику, могут ли быть культурные аспекты у парадокса Великого молчания, есть ли прикладная сторона у квантовой запутанности, как на самом деле проявляется вселенское равновесие, и что делать, если у вас аллергия на рыцарство - …
Как увязать магию и экономику, могут ли быть культурные аспекты у парадокса Великого молчания, есть ли прикладная сторона у квантовой запутанности, как на самом деле проявляется вселенское равновесие, и что делать, если у вас аллергия на рыцарство - …
Думаете, жизнь в деревне — это скука и грядки? Как бы не так! Добро пожаловать в «Тихие Омуты», где аномальное становится бытовым, а древнее зло мучается от остеохондроза.
Познакомьтесь с местными: Граф Афанасий Иванович: Вампир-пенсионер в халате цв…
Думаете, жизнь в деревне — это скука и грядки? Как бы не так! Добро пожаловать в «Тихие Омуты», где аномальное становится бытовым, а древнее зло мучается от остеохондроза.
Познакомьтесь с местными: Граф Афанасий Иванович: Вампир-пенсионер в халате цв…
















