эротические романы
– Завтра к нам придет очень уважаемый человек, дочь. Будь умницей, ты должна произвести хорошее впечатление. Демьян Вячеславович хочет взять тебя в жёны и ты не должна меня опозорить.
– Папа, мы не в каменном веке живём. Я не пойду замуж за незнаком…
– Завтра к нам придет очень уважаемый человек, дочь. Будь умницей, ты должна произвести хорошее впечатление. Демьян Вячеславович хочет взять тебя в жёны и ты не должна меня опозорить.
– Папа, мы не в каменном веке живём. Я не пойду замуж за незнаком…
ЛИАМ
Капитан хоккейной команды. Миллионный актив криминальной империи отца. Для всего мира он несокрушим. Но когда его колено разлетелось на льду, его крепость превратилась в камеру больничного подвала. Под жестоким давлением отца его заставляли игра…
ЛИАМ
Капитан хоккейной команды. Миллионный актив криминальной империи отца. Для всего мира он несокрушим. Но когда его колено разлетелось на льду, его крепость превратилась в камеру больничного подвала. Под жестоким давлением отца его заставляли игра…
— Вы самоуверенны, — сказала она.
— А вы слишком легко злитесь.
— Я не злюсь.
— Конечно.
— Лапин.
— Соколова.
Их взгляды встретились на короткое мгновение. Серо-зеленые глаза Андрея были спокойными, но теперь в них появилось что-то новое — внимательн…
— Вы самоуверенны, — сказала она.
— А вы слишком легко злитесь.
— Я не злюсь.
— Конечно.
— Лапин.
— Соколова.
Их взгляды встретились на короткое мгновение. Серо-зеленые глаза Андрея были спокойными, но теперь в них появилось что-то новое — внимательн…
Она — девушка из бедной семьи, привыкшая выживать там, где доброта никогда не была гарантией безопасности.
Он — человек из мира русской мафии, где слабость становится приговором, а чувства — роскошью, которую нельзя себе позволить.
Они кажутся соверш…
Она — девушка из бедной семьи, привыкшая выживать там, где доброта никогда не была гарантией безопасности.
Он — человек из мира русской мафии, где слабость становится приговором, а чувства — роскошью, которую нельзя себе позволить.
Они кажутся соверш…
Девятнадцать лет. Возраст, когда желание опережает опыт, а страх оказаться «недостаточно мужчиной» парализует. Герой приходит в клинику за справкой перед первым сексом, но находит большее. Его врач — Нина, 38-летняя подруга матери, женщина с губами ц…
Девятнадцать лет. Возраст, когда желание опережает опыт, а страх оказаться «недостаточно мужчиной» парализует. Герой приходит в клинику за справкой перед первым сексом, но находит большее. Его врач — Нина, 38-летняя подруга матери, женщина с губами ц…
Леон Исаев больше не верит в любовь. Он верит в контракты и хорошую зарплату. Один год охраны капризной дочери олигарха - и он навсегда забудет о деньгах. Просто работа. Главное - не привязываться.
Мия Гордеева уволила уже шестерых телохранителей. Он…
Леон Исаев больше не верит в любовь. Он верит в контракты и хорошую зарплату. Один год охраны капризной дочери олигарха - и он навсегда забудет о деньгах. Просто работа. Главное - не привязываться.
Мия Гордеева уволила уже шестерых телохранителей. Он…
Днем они — безупречная аристократическая чета, скользящая по балам и светским раутам. Но с наступлением ночи их брак превращается в алтарь темного, запретного Эроса.
Это манифест мужчины, для которого ревность — болезнь убогих, а высшая форма любви —…
Днем они — безупречная аристократическая чета, скользящая по балам и светским раутам. Но с наступлением ночи их брак превращается в алтарь темного, запретного Эроса.
Это манифест мужчины, для которого ревность — болезнь убогих, а высшая форма любви —…
Арина — фельдшер скорой помощи, согласилась подменить штатного врача в тюрьме. Но тюремный госпиталь — это другой мир. Здесь за решёткой томятся те, кого общество предпочитает забыть. И один из них — Тимур, опасный заключённый, который видит в ней не…
Арина — фельдшер скорой помощи, согласилась подменить штатного врача в тюрьме. Но тюремный госпиталь — это другой мир. Здесь за решёткой томятся те, кого общество предпочитает забыть. И один из них — Тимур, опасный заключённый, который видит в ней не…
– Артем, пожалуйста. Я классный руководитель вашего сына. Нам ещё столько времени учиться. Давайте не будем вот это всё.
Мужчина тормозит машину, звук ручника разрезает уличную тишину. Артем выскакивает и горой нависает надо мной. Улыбается как-то ле…
– Артем, пожалуйста. Я классный руководитель вашего сына. Нам ещё столько времени учиться. Давайте не будем вот это всё.
Мужчина тормозит машину, звук ручника разрезает уличную тишину. Артем выскакивает и горой нависает надо мной. Улыбается как-то ле…
Он был её самым сильным страхом. А стал – единственным убежищем.
Злата знала, за ней следят. Красные розы, знакомый запах в толпе, ощущение взгляда в спину. Но когда реальная угроза нависла над ней, именно кошмар пришёл на помощь. Он похитил её, чтоб…
Он был её самым сильным страхом. А стал – единственным убежищем.
Злата знала, за ней следят. Красные розы, знакомый запах в толпе, ощущение взгляда в спину. Но когда реальная угроза нависла над ней, именно кошмар пришёл на помощь. Он похитил её, чтоб…
Это продолжение нашумевшего эротического триллера, который держал в напряжении до последней страницы.
Мия просыпается среди ночи: влажные бёдра, сбитое дыхание, на языке всё ещё вкус соли. Ей снова приснилась та кабинка в закрытом клубе «Изнанка»: т…
Это продолжение нашумевшего эротического триллера, который держал в напряжении до последней страницы.
Мия просыпается среди ночи: влажные бёдра, сбитое дыхание, на языке всё ещё вкус соли. Ей снова приснилась та кабинка в закрытом клубе «Изнанка»: т…
Продолжение
В тяжёлые времена девушка Хейли лишь хотела помочь родителям прокормить семью, а вместо этого один наверное шаг — и она оказалась в руках жестокого и безжалостного рыцаря, не знающего, что такое пощада.
Продолжение
В тяжёлые времена девушка Хейли лишь хотела помочь родителям прокормить семью, а вместо этого один наверное шаг — и она оказалась в руках жестокого и безжалостного рыцаря, не знающего, что такое пощада.
Светлане двадцать пять, и она соткана из неутолимой жажды и абсолютной свободы. Брак со Стасом, юным и богатым наследником, — лишь изящная золотая клетка и ширма для ее истинной жизни. Пока муж боготворит свою «жрицу», превращаясь из неопытного мальч…
Светлане двадцать пять, и она соткана из неутолимой жажды и абсолютной свободы. Брак со Стасом, юным и богатым наследником, — лишь изящная золотая клетка и ширма для ее истинной жизни. Пока муж боготворит свою «жрицу», превращаясь из неопытного мальч…
Она — успешная двадцатипятилетняя акула бизнеса. Они — два рабочих: зрелый, пахнущий табаком и властью Саша, и дерзкий, пышущий первобытным огнем юнец Дима. Июльский зной, голый бетон недостроенной квартиры и таинственно исчезнувшее кружевное белье с…
Она — успешная двадцатипятилетняя акула бизнеса. Они — два рабочих: зрелый, пахнущий табаком и властью Саша, и дерзкий, пышущий первобытным огнем юнец Дима. Июльский зной, голый бетон недостроенной квартиры и таинственно исчезнувшее кружевное белье с…
Она — невеста его брата. Он — изгой, которого все забыли.
Одна ночь. Полная темнота. Никаких обещаний.
Но когда она просыпается утром и видит его лицо при свете — она понимает, что это не была случайность. Это была судьба. Которая разрушит всё, что о…
Она — невеста его брата. Он — изгой, которого все забыли.
Одна ночь. Полная темнота. Никаких обещаний.
Но когда она просыпается утром и видит его лицо при свете — она понимает, что это не была случайность. Это была судьба. Которая разрушит всё, что о…
В свой сорок пятый день рождения я узнала, что муж уходит к молодой. Не просто к молодой — к беременной дочери моей лучшей подруги. На ней были серьги моей покойной матери, а для меня Коля уже снял квартиру, словно заранее решил, где закончится моя п…
В свой сорок пятый день рождения я узнала, что муж уходит к молодой. Не просто к молодой — к беременной дочери моей лучшей подруги. На ней были серьги моей покойной матери, а для меня Коля уже снял квартиру, словно заранее решил, где закончится моя п…
Возвращаюсь в дом, девчонка сидит на диване, голова опущена. Так странно она выглядит здесь. В моей берлоге, в которую я никого не пускаю. И ей здесь не место, как и в моей жизни. Я мог воспользоваться ею один раз, а, может, больше. Утолить голод, то…
Возвращаюсь в дом, девчонка сидит на диване, голова опущена. Так странно она выглядит здесь. В моей берлоге, в которую я никого не пускаю. И ей здесь не место, как и в моей жизни. Я мог воспользоваться ею один раз, а, может, больше. Утолить голод, то…
Я оказалась в замке злобного мага. Замок закрыт защитным куполом и отгорожен от всего мира. А еще я стала невидимой. Расстроилась? Испугалась? Конечно! Но унывать я не собираюсь. Самый удачный момент, чтобы отомстить герцогу, который решил пренебречь…
Я оказалась в замке злобного мага. Замок закрыт защитным куполом и отгорожен от всего мира. А еще я стала невидимой. Расстроилась? Испугалась? Конечно! Но унывать я не собираюсь. Самый удачный момент, чтобы отомстить герцогу, который решил пренебречь…
Лера ненавидит своё тело, свою работу и бывшего мужа, который до сих пор звонит ей по ночам. Её жизнь — серая, как московский смог. А потом её похищают.
Похититель — красивый, опасный кавказец с руками скульптора и взглядом коллекционера. Он не требу…
Лера ненавидит своё тело, свою работу и бывшего мужа, который до сих пор звонит ей по ночам. Её жизнь — серая, как московский смог. А потом её похищают.
Похититель — красивый, опасный кавказец с руками скульптора и взглядом коллекционера. Он не требу…
Это мечты о мужчине, на которого я сейчас работаю, о мыслях о нем, о сексе с ним, о том, что могло бы быть, или не быть...
Это мечты о мужчине, на которого я сейчас работаю, о мыслях о нем, о сексе с ним, о том, что могло бы быть, или не быть...





















