Александр Эрот
Книги автора: Александр Эрот
В тайных уголках сети, где стираются социальные маски, он искал сладостного рабства. Его профиль кричал о жажде подчинения, но реальность превзошла смелые фантазии. Субботний вечер, безликий номер отеля 412. За дверью его ждали две богини. Лера — ого…
В тайных уголках сети, где стираются социальные маски, он искал сладостного рабства. Его профиль кричал о жажде подчинения, но реальность превзошла смелые фантазии. Субботний вечер, безликий номер отеля 412. За дверью его ждали две богини. Лера — ого…
Девятнадцать лет. Возраст, когда желание опережает опыт, а страх оказаться «недостаточно мужчиной» парализует. Герой приходит в клинику за справкой перед первым сексом, но находит большее. Его врач — Нина, 38-летняя подруга матери, женщина с губами ц…
Девятнадцать лет. Возраст, когда желание опережает опыт, а страх оказаться «недостаточно мужчиной» парализует. Герой приходит в клинику за справкой перед первым сексом, но находит большее. Его врач — Нина, 38-летняя подруга матери, женщина с губами ц…
В тайных уголках сети, где стираются социальные маски, он искал сладостного рабства. Его профиль кричал о жажде подчинения, но реальность превзошла смелые фантазии. Субботний вечер, безликий номер отеля 412. За дверью его ждали две богини. Лера — ого…
В тайных уголках сети, где стираются социальные маски, он искал сладостного рабства. Его профиль кричал о жажде подчинения, но реальность превзошла смелые фантазии. Субботний вечер, безликий номер отеля 412. За дверью его ждали две богини. Лера — ого…
Светлане двадцать пять, и она соткана из неутолимой жажды и абсолютной свободы. Брак со Стасом, юным и богатым наследником, — лишь изящная золотая клетка и ширма для ее истинной жизни. Пока муж боготворит свою «жрицу», превращаясь из неопытного мальч…
Светлане двадцать пять, и она соткана из неутолимой жажды и абсолютной свободы. Брак со Стасом, юным и богатым наследником, — лишь изящная золотая клетка и ширма для ее истинной жизни. Пока муж боготворит свою «жрицу», превращаясь из неопытного мальч…
Светлане двадцать пять, и она соткана из неутолимой жажды и абсолютной свободы. Брак со Стасом, юным и богатым наследником, — лишь изящная золотая клетка и ширма для ее истинной жизни. Пока муж боготворит свою «жрицу», превращаясь из неопытного мальч…
Светлане двадцать пять, и она соткана из неутолимой жажды и абсолютной свободы. Брак со Стасом, юным и богатым наследником, — лишь изящная золотая клетка и ширма для ее истинной жизни. Пока муж боготворит свою «жрицу», превращаясь из неопытного мальч…
Днем они — безупречная аристократическая чета, скользящая по балам и светским раутам. Но с наступлением ночи их брак превращается в алтарь темного, запретного Эроса.
Это манифест мужчины, для которого ревность — болезнь убогих, а высшая форма любви —…
Днем они — безупречная аристократическая чета, скользящая по балам и светским раутам. Но с наступлением ночи их брак превращается в алтарь темного, запретного Эроса.
Это манифест мужчины, для которого ревность — болезнь убогих, а высшая форма любви —…
Днем они — безупречная аристократическая чета, скользящая по балам и светским раутам. Но с наступлением ночи их брак превращается в алтарь темного, запретного Эроса.
Это манифест мужчины, для которого ревность — болезнь убогих, а высшая форма любви —…
Днем они — безупречная аристократическая чета, скользящая по балам и светским раутам. Но с наступлением ночи их брак превращается в алтарь темного, запретного Эроса.
Это манифест мужчины, для которого ревность — болезнь убогих, а высшая форма любви —…
Можно ли любить женщину так, чтобы с изощренным удовольствием отдавать ее другим?
Для героя этой истории ревность — удел слабых, считающих женщину вещью. Его жена Лиза — безупречная бизнес-леди днем и ненасытная богиня похоти в полумраке чужих кабине…
Можно ли любить женщину так, чтобы с изощренным удовольствием отдавать ее другим?
Для героя этой истории ревность — удел слабых, считающих женщину вещью. Его жена Лиза — безупречная бизнес-леди днем и ненасытная богиня похоти в полумраке чужих кабине…
Шесть съёмок. Шесть попыток поймать идеальный кадр. Но Макс искал не просто красоту — он охотился за правдой.
Она пришла в его студию профессиональной моделью: умеет держать позу, контролировать взгляд, прятать эмоции за безупречной маской. Но фотогр…
Шесть съёмок. Шесть попыток поймать идеальный кадр. Но Макс искал не просто красоту — он охотился за правдой.
Она пришла в его студию профессиональной моделью: умеет держать позу, контролировать взгляд, прятать эмоции за безупречной маской. Но фотогр…
Зной плавил воздух, когда он шагнул в дикую реку, спасаясь от изнуряющей духоты мегаполиса. Но вместо прохлады он обрел первобытную свободу. Она — Марго, нимфа с изумрудными рунами на коже, познавшая тайны мироздания через религию абсолютной наготы. …
Зной плавил воздух, когда он шагнул в дикую реку, спасаясь от изнуряющей духоты мегаполиса. Но вместо прохлады он обрел первобытную свободу. Она — Марго, нимфа с изумрудными рунами на коже, познавшая тайны мироздания через религию абсолютной наготы. …
Их жизни — безупречный фасад из дорогих костюмов, бесконечных совещаний и выверенных улыбок. Но когда город погружается в серый смог, а стрелки часов замирают в глубокой полночи, они сбрасывают маски.
Между ними — не просто страсть. Это опасная завис…
Их жизни — безупречный фасад из дорогих костюмов, бесконечных совещаний и выверенных улыбок. Но когда город погружается в серый смог, а стрелки часов замирают в глубокой полночи, они сбрасывают маски.
Между ними — не просто страсть. Это опасная завис…
Можно ли любить женщину так, чтобы с изощренным удовольствием отдавать ее другим?
Для героя этой истории ревность — удел слабых, считающих женщину вещью. Его жена Лиза — безупречная бизнес-леди днем и ненасытная богиня похоти в полумраке чужих кабине…
Можно ли любить женщину так, чтобы с изощренным удовольствием отдавать ее другим?
Для героя этой истории ревность — удел слабых, считающих женщину вещью. Его жена Лиза — безупречная бизнес-леди днем и ненасытная богиня похоти в полумраке чужих кабине…
Шесть съёмок. Шесть попыток поймать идеальный кадр. Но Макс искал не просто красоту — он охотился за правдой.
Она пришла в его студию профессиональной моделью: умеет держать позу, контролировать взгляд, прятать эмоции за безупречной маской. Но фотогр…
Шесть съёмок. Шесть попыток поймать идеальный кадр. Но Макс искал не просто красоту — он охотился за правдой.
Она пришла в его студию профессиональной моделью: умеет держать позу, контролировать взгляд, прятать эмоции за безупречной маской. Но фотогр…
Зной плавил воздух, когда он шагнул в дикую реку, спасаясь от изнуряющей духоты мегаполиса. Но вместо прохлады он обрел первобытную свободу. Она — Марго, нимфа с изумрудными рунами на коже, познавшая тайны мироздания через религию абсолютной наготы. …
Зной плавил воздух, когда он шагнул в дикую реку, спасаясь от изнуряющей духоты мегаполиса. Но вместо прохлады он обрел первобытную свободу. Она — Марго, нимфа с изумрудными рунами на коже, познавшая тайны мироздания через религию абсолютной наготы. …
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
В мире, где мужская плоть стала валютой, а мужчины — безвольным скотом в стерильных клетках, у Кристиана есть оружие, способное разрушить целую империю. Он умеет читать.
В его рюкзаке спят запретные боги: де Сад, Бодлер, Данте. Для диких охотниц из п…
В мире, где мужская плоть стала валютой, а мужчины — безвольным скотом в стерильных клетках, у Кристиана есть оружие, способное разрушить целую империю. Он умеет читать.
В его рюкзаке спят запретные боги: де Сад, Бодлер, Данте. Для диких охотниц из п…
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
Она — успешная двадцатипятилетняя акула бизнеса. Они — два рабочих: зрелый, пахнущий табаком и властью Саша, и дерзкий, пышущий первобытным огнем юнец Дима. Июльский зной, голый бетон недостроенной квартиры и таинственно исчезнувшее кружевное белье с…
Она — успешная двадцатипятилетняя акула бизнеса. Они — два рабочих: зрелый, пахнущий табаком и властью Саша, и дерзкий, пышущий первобытным огнем юнец Дима. Июльский зной, голый бетон недостроенной квартиры и таинственно исчезнувшее кружевное белье с…
Очнувшись голой в лесу, я ничего не помнила. За мной гнались неизвестные
Лес не убил меня. Он подарил мне Кайра.
Бронзовокожий дикарь с глазами хищника, стал моим спасением. Он научил меня выживать, но главное — он научил меня чувствовать. В его гру…
Очнувшись голой в лесу, я ничего не помнила. За мной гнались неизвестные
Лес не убил меня. Он подарил мне Кайра.
Бронзовокожий дикарь с глазами хищника, стал моим спасением. Он научил меня выживать, но главное — он научил меня чувствовать. В его гру…
Девятнадцать лет. Возраст, когда желание опережает опыт, а страх оказаться «недостаточно мужчиной» парализует. Герой приходит в клинику за справкой перед первым сексом, но находит большее. Его врач — Нина, 38-летняя подруга матери, женщина с губами ц…
Девятнадцать лет. Возраст, когда желание опережает опыт, а страх оказаться «недостаточно мужчиной» парализует. Герой приходит в клинику за справкой перед первым сексом, но находит большее. Его врач — Нина, 38-летняя подруга матери, женщина с губами ц…