литература 20 века
Быть честным человеком хорошо.
Однако честность... иногда, приводит к непредсказуемым событиям.
Гениальный автор и прекрасный артист озвучивания доставят Вам огромное удовольствие.
Быть честным человеком хорошо.
Однако честность... иногда, приводит к непредсказуемым событиям.
Гениальный автор и прекрасный артист озвучивания доставят Вам огромное удовольствие.
Белые слоны красивые. - Они есть?
А есть мужская честность и ответственность?
Классик мировой литературы и прекрасный чтец доставят Вам удовольствие.
Белые слоны красивые. - Они есть?
А есть мужская честность и ответственность?
Классик мировой литературы и прекрасный чтец доставят Вам удовольствие.
Любовь – чувство, которое близко людям всех поколений, которое будоражит кровь и разум, рождает потрясающие по своей силе строки и метафоры. Взаимная или безответная, всепоглощающая, нежная, страстная или безрассудная, возвышающая или доводящая до кр…
Любовь – чувство, которое близко людям всех поколений, которое будоражит кровь и разум, рождает потрясающие по своей силе строки и метафоры. Взаимная или безответная, всепоглощающая, нежная, страстная или безрассудная, возвышающая или доводящая до кр…
Гонсало Торренте Бальестер был признан «национальным достоянием» Испании еще при жизни. Лауреат множества премий, в том числе премии Мигеля де Сервантеса.
«Дон Хуан» – это роман-мистификация. В нем слышны отголоски «Фауста» Гете, «Мастера и Маргариты…
Гонсало Торренте Бальестер был признан «национальным достоянием» Испании еще при жизни. Лауреат множества премий, в том числе премии Мигеля де Сервантеса.
«Дон Хуан» – это роман-мистификация. В нем слышны отголоски «Фауста» Гете, «Мастера и Маргариты…
«Шабаш только что окончился, но в винном погребе Айзика Рубинштейна было уже так тесно, что запоздалые посетители не находили, где присесть, и пили, стоя около чужих столиков. Сквозь туман испарений, выдыхаемых толпою, сквозь синие слоистые облака та…
«Шабаш только что окончился, но в винном погребе Айзика Рубинштейна было уже так тесно, что запоздалые посетители не находили, где присесть, и пили, стоя около чужих столиков. Сквозь туман испарений, выдыхаемых толпою, сквозь синие слоистые облака та…
«Жару летнего дня сменяла прохлада начинавшегося вечера.
За повалившейся далью реки садилось солнце, пронизывая последними лучами и нежный туман, прозрачным туманом уже встававший над рекой, и даль неба, всю в переливах с тревожно вспыхнувшими в ней …
«Жару летнего дня сменяла прохлада начинавшегося вечера.
За повалившейся далью реки садилось солнце, пронизывая последними лучами и нежный туман, прозрачным туманом уже встававший над рекой, и даль неба, всю в переливах с тревожно вспыхнувшими в ней …
«Великосветский прием» – «хроника утраченного времени», которая открывает перед читателем не только панораму человеческих судеб, но и изнанку жизни и чувств.
Действие романа разворачивается в особняке, где упорно, час за часом тянется великосветский …
«Великосветский прием» – «хроника утраченного времени», которая открывает перед читателем не только панораму человеческих судеб, но и изнанку жизни и чувств.
Действие романа разворачивается в особняке, где упорно, час за часом тянется великосветский …
Познакомившись однажды с рассказами О. Генри, невозможно не полюбить их всей душой. Десятилетиями не сходят со страниц книг истории об обычных людях – живущих в другой эпохе, говорящих на другом языке, но таких близких и понятных современному читател…
Познакомившись однажды с рассказами О. Генри, невозможно не полюбить их всей душой. Десятилетиями не сходят со страниц книг истории об обычных людях – живущих в другой эпохе, говорящих на другом языке, но таких близких и понятных современному читател…
Этой во многом автобиографичной книги могло бы не существовать, если бы известный голливудский режиссер Джон Хьюстон в 1953 году не предложил Рэю Брэдбери приехать в Ирландию и написать сценарий к экранизации «„Моби Дика“». С тех пор «„Изумрудный ост…
Этой во многом автобиографичной книги могло бы не существовать, если бы известный голливудский режиссер Джон Хьюстон в 1953 году не предложил Рэю Брэдбери приехать в Ирландию и написать сценарий к экранизации «„Моби Дика“». С тех пор «„Изумрудный ост…
«Мы летели довольно низко над пересеченной местностью, и прекрасный пассажирский аэроплан порядочно покачивало. Мой сосед, журналист из Вены, Эрвин Лик, крепко „пришитый“ к креслу широким ремнем, морщился, разглаживая географическую карту, которая еж…
«Мы летели довольно низко над пересеченной местностью, и прекрасный пассажирский аэроплан порядочно покачивало. Мой сосед, журналист из Вены, Эрвин Лик, крепко „пришитый“ к креслу широким ремнем, морщился, разглаживая географическую карту, которая еж…
Томас Пинчон – наряду с Сэлинджером, «великий американский затворник», один из крупнейших писателей мировой литературы XX, а теперь и XXI века, после первых же публикаций единодушно признанный классиком уровня Набокова, Джойса и Борхеса. Герои Пинчон…
Томас Пинчон – наряду с Сэлинджером, «великий американский затворник», один из крупнейших писателей мировой литературы XX, а теперь и XXI века, после первых же публикаций единодушно признанный классиком уровня Набокова, Джойса и Борхеса. Герои Пинчон…
Лаймен Фрэнк Баум (1856–1919) – американский писатель, классик детской литературы и создатель волшебной страны Оз, приключения в которой начинаются в книге «Удивительный волшебник из страны Оз». В России широко известен пересказ Александра Волкова, «…
Лаймен Фрэнк Баум (1856–1919) – американский писатель, классик детской литературы и создатель волшебной страны Оз, приключения в которой начинаются в книге «Удивительный волшебник из страны Оз». В России широко известен пересказ Александра Волкова, «…
«Корнею Васильеву было пятьдесят четыре года, когда он в последний раз приезжал в деревню. В густых курчавых волосах у него не было еще ни одного седого волоса, и только в черной бороде у скул пробивалась седина. Лицо у него было гладкое, румяное, за…
«Корнею Васильеву было пятьдесят четыре года, когда он в последний раз приезжал в деревню. В густых курчавых волосах у него не было еще ни одного седого волоса, и только в черной бороде у скул пробивалась седина. Лицо у него было гладкое, румяное, за…
«Доктор Вера» – повесть о молодом хирурге Вере Трешниковой, решившей остаться вместе со своими пациентами в оккупированном Верхневолжске. Город находится под обстрелами, и раненых в палатах прибавляется, а медикаментов и еды становится все меньше. К …
«Доктор Вера» – повесть о молодом хирурге Вере Трешниковой, решившей остаться вместе со своими пациентами в оккупированном Верхневолжске. Город находится под обстрелами, и раненых в палатах прибавляется, а медикаментов и еды становится все меньше. К …
В этот сборник вошли произведения Этель Лилиан Войнич, не менее захватывающие, чем ее знаменитый «Овод».
«Оливия Лэтам» – сильный и драматичный роман о личной трагедии, одиночестве и силе духа, основанный на впечатлениях писательницы от пребывания в …
В этот сборник вошли произведения Этель Лилиан Войнич, не менее захватывающие, чем ее знаменитый «Овод».
«Оливия Лэтам» – сильный и драматичный роман о личной трагедии, одиночестве и силе духа, основанный на впечатлениях писательницы от пребывания в …
«За окном моего чердака в нежных красках утренней зари прощально сверкает зеленоватая Венера.
Тихо. Старый, тесно набитый жильцами дом огородника Хлебникова мертво спит; это жалкий дом – серая развалина в два этажа, со множеством пристроек. Деловитый…
«За окном моего чердака в нежных красках утренней зари прощально сверкает зеленоватая Венера.
Тихо. Старый, тесно набитый жильцами дом огородника Хлебникова мертво спит; это жалкий дом – серая развалина в два этажа, со множеством пристроек. Деловитый…
Впервые переиздаются ранние произведения незаслуженно забытого писателя Андрея Митрофановича Ренникова (Кутаиси, 1882 – Ницца, 1957). Завоевавший признательность русской публики еще до революции, в первую очередь, как блестящий сатирик-фельетонист, о…
Впервые переиздаются ранние произведения незаслуженно забытого писателя Андрея Митрофановича Ренникова (Кутаиси, 1882 – Ницца, 1957). Завоевавший признательность русской публики еще до революции, в первую очередь, как блестящий сатирик-фельетонист, о…
«У воробьев совсем так же, как у людей: взрослые воробьи и воробьихи – пичужки скучные и обо всем говорят, как в книжках написано, а молодежь – живет своим умом.
Жил-был желторотый воробей, звали его Пудик, а жил он над окошком бани, за верхним налич…
«У воробьев совсем так же, как у людей: взрослые воробьи и воробьихи – пичужки скучные и обо всем говорят, как в книжках написано, а молодежь – живет своим умом.
Жил-был желторотый воробей, звали его Пудик, а жил он над окошком бани, за верхним налич…
«Странный Мальчик медленно повернул голову, будто она была теперь так тяжела, что не поддавалась его усилиям. Глаза были полузакрыты. Что-то блаженное неземное лежало в его улыбке…»
«Странный Мальчик медленно повернул голову, будто она была теперь так тяжела, что не поддавалась его усилиям. Глаза были полузакрыты. Что-то блаженное неземное лежало в его улыбке…»
«10 сентября 1856 года губернатором в Нижний Новгород был назначен генерал-майор Александр Николаевич Муравьев.
Послужной список нового губернатора был не совсем обыкновенный. Родился он в 1792 году, девятнадцати лет участвовал в Отечественной войне,…
«10 сентября 1856 года губернатором в Нижний Новгород был назначен генерал-майор Александр Николаевич Муравьев.
Послужной список нового губернатора был не совсем обыкновенный. Родился он в 1792 году, девятнадцати лет участвовал в Отечественной войне,…