литература 19 века
«Кому не известно, что Сибирь – страна совершенно особенная. В ней зауряд, ежедневно и ежечасно совершаются самые удивительные вещи, и так как они совершаются именно ежедневно и ежечасно, то теряют даже свою „удивительность“. Кого может удивлять то, …
«Кому не известно, что Сибирь – страна совершенно особенная. В ней зауряд, ежедневно и ежечасно совершаются самые удивительные вещи, и так как они совершаются именно ежедневно и ежечасно, то теряют даже свою „удивительность“. Кого может удивлять то, …
«Горные вершины
Спят во тьме ночной;
Тихие долины
Полны свежей мглой…»
«Горные вершины
Спят во тьме ночной;
Тихие долины
Полны свежей мглой…»
«Светлое море
С небом слилось,
С тихостью волны
Плещут на брег,
Кроткие зыби
Чуть-чуть дрожат…»
«Светлое море
С небом слилось,
С тихостью волны
Плещут на брег,
Кроткие зыби
Чуть-чуть дрожат…»
«Голодная волчица встала, чтобы идти на охоту. Ее волчата, все трое, крепко спали, сбившись в кучу, и грели друг друга. Она облизала их и пошла.
Был уже весенний месяц март, но по ночам деревья трещали от холода, как в декабре, и едва высунешь язык, …
«Голодная волчица встала, чтобы идти на охоту. Ее волчата, все трое, крепко спали, сбившись в кучу, и грели друг друга. Она облизала их и пошла.
Был уже весенний месяц март, но по ночам деревья трещали от холода, как в декабре, и едва высунешь язык, …
«Убил возлюбленную Он,
И потому казнен.
Но каждый, кто на свете жил,
Любимых убивал…»
«Убил возлюбленную Он,
И потому казнен.
Но каждый, кто на свете жил,
Любимых убивал…»
Испанско-александрийская трагедия с неожиданным началом и концом.
Испанско-александрийская трагедия с неожиданным началом и концом.
«Бросаешь ты приют гнезда родного,
Былые сны свои, мечты былые,
Дар неба – скрасивший в твоих глазах
Далекий этот, столь пустынный берег –
Влечет теперь твоя судьба тебя
В пыл жизни, в шум ее. Так знай же…»
«Бросаешь ты приют гнезда родного,
Былые сны свои, мечты былые,
Дар неба – скрасивший в твоих глазах
Далекий этот, столь пустынный берег –
Влечет теперь твоя судьба тебя
В пыл жизни, в шум ее. Так знай же…»
Книга Кондратия Биркина (П.П.Каратаева), практически забытого русского литератора, открывает перед читателями редкую возможность почувствовать атмосферу дворцовых тайн, интриг и скандалов России, Англии, Италии, Франции и других государств в период X…
Книга Кондратия Биркина (П.П.Каратаева), практически забытого русского литератора, открывает перед читателями редкую возможность почувствовать атмосферу дворцовых тайн, интриг и скандалов России, Англии, Италии, Франции и других государств в период X…
«Армадэль» – мистический роман великого английского писателя и драматурга Уильяма Уилки Коллинза (англ. William Wilkie Collins, 1824 – 1889).***
Это удивительная история о двух дальних родственниках с одинаковыми именами – Аллан Армадэль. Отец одного…
«Армадэль» – мистический роман великого английского писателя и драматурга Уильяма Уилки Коллинза (англ. William Wilkie Collins, 1824 – 1889).***
Это удивительная история о двух дальних родственниках с одинаковыми именами – Аллан Армадэль. Отец одного…
«…В те дни года, когда праздники, установленные календарем, наполняют суетой улицы и квартиры и светятся в детских глазках, мне случается с грустной нежностью и иногда даже с раскаянием вспоминать о тех, для кого никогда уже не бывает праздников. Мож…
«…В те дни года, когда праздники, установленные календарем, наполняют суетой улицы и квартиры и светятся в детских глазках, мне случается с грустной нежностью и иногда даже с раскаянием вспоминать о тех, для кого никогда уже не бывает праздников. Мож…
«Есть в мире предметы благоговения всеобщего, безусловного; есть величие, совершенное в глазах мудреца и дурака; есть сила, своенравно, деспотически располагающая жребием человеческим, – те предметы – рубли, то величие – рубли, та сила – в рублях!
Че…
«Есть в мире предметы благоговения всеобщего, безусловного; есть величие, совершенное в глазах мудреца и дурака; есть сила, своенравно, деспотически располагающая жребием человеческим, – те предметы – рубли, то величие – рубли, та сила – в рублях!
Че…
«Ограниченная поверхность нашей планеты усеяна светлыми точками, к которым стремятся мечты, самолюбие, зависть и все страсти и страстишки человеческие. Те точки суть те места самобытны, не зависимы ни от физических, ни от политических потрясений мир…
«Ограниченная поверхность нашей планеты усеяна светлыми точками, к которым стремятся мечты, самолюбие, зависть и все страсти и страстишки человеческие. Те точки суть те места самобытны, не зависимы ни от физических, ни от политических потрясений мир…





















