зарубежная классика
"A Child's Garden of Verses is a collection of poetry for children by the Scottish author Robert Louis Stevenson, a collection that concerns childhood, illness, play, and solitude. The collection first appeared in 1885 under the title Penny Whistles,…
"A Child's Garden of Verses is a collection of poetry for children by the Scottish author Robert Louis Stevenson, a collection that concerns childhood, illness, play, and solitude. The collection first appeared in 1885 under the title Penny Whistles,…
"The Judge's House" is a classic ghost story by the Irish author Bram Stoker. The story was first published in the December 5, 1891, special Christmas issue of the Illustrated Sporting and Dramatic News weekly magazine. It was later republished in Dr…
"The Judge's House" is a classic ghost story by the Irish author Bram Stoker. The story was first published in the December 5, 1891, special Christmas issue of the Illustrated Sporting and Dramatic News weekly magazine. It was later republished in Dr…
"The Jungle Book (1894) is a collection of stories by the English author Rudyard Kipling. Most of the characters are animals such as Shere Khan the tiger and Baloo the bear, though a principal character is the boy or «„man-cub“» Mowgli, who is raised…
"The Jungle Book (1894) is a collection of stories by the English author Rudyard Kipling. Most of the characters are animals such as Shere Khan the tiger and Baloo the bear, though a principal character is the boy or «„man-cub“» Mowgli, who is raised…
«В сумерки, когда на лестнице, снизу доверху всех четырех этажей, сгустилась мутная мгла и окна на площадках расплылись тусклыми пятнами, у квартиры позвонил какой-то человек.
За липкой дверью, обитой клочьями клеенки, сердито заплакал старый звонок …
«В сумерки, когда на лестнице, снизу доверху всех четырех этажей, сгустилась мутная мгла и окна на площадках расплылись тусклыми пятнами, у квартиры позвонил какой-то человек.
За липкой дверью, обитой клочьями клеенки, сердито заплакал старый звонок …
«За окном расстилались поля. Рыжие, зеленые и черные полосы тянулись одна рядом с другой, уходили вдаль и сливались там в тонкое кружевное марево. Было так много света, воздуха и безбрежной пустоты, что становилось тесно в своем собственном узком, ма…
«За окном расстилались поля. Рыжие, зеленые и черные полосы тянулись одна рядом с другой, уходили вдаль и сливались там в тонкое кружевное марево. Было так много света, воздуха и безбрежной пустоты, что становилось тесно в своем собственном узком, ма…
«Рано-рано утром, еще до рассвета, в квартире все поднялись и зажгли огни. За окнами еще стояла синяя ночная мгла, но она уже была тронута сероватым оттенком приближающегося утра. Было холодно, все тело пробирало мелкой дрожью, глаза резало, и было ч…
«Рано-рано утром, еще до рассвета, в квартире все поднялись и зажгли огни. За окнами еще стояла синяя ночная мгла, но она уже была тронута сероватым оттенком приближающегося утра. Было холодно, все тело пробирало мелкой дрожью, глаза резало, и было ч…
«Старый Сан-Франциско – или, иными словами, Сан-Франциско до землетрясения – был разделен пополам чертой. Этою чертою была железная перекладина, шедшая посредине Базарной улицы. К этой перекладине был прикреплен бесконечный канат, к которому можно бы…
«Старый Сан-Франциско – или, иными словами, Сан-Франциско до землетрясения – был разделен пополам чертой. Этою чертою была железная перекладина, шедшая посредине Базарной улицы. К этой перекладине был прикреплен бесконечный канат, к которому можно бы…
«– Кажется, карантинный катер, – сказал капитан Мак-Эльрат.
Лоцман бормотал что-то, пока шкипер переводил подзорную трубу с лодки на берег, затем на видневшийся Кингстон, а оттуда на север, ко входу в Хоус-Хэд.
– Ну, что же, прилив хороший, через два…
«– Кажется, карантинный катер, – сказал капитан Мак-Эльрат.
Лоцман бормотал что-то, пока шкипер переводил подзорную трубу с лодки на берег, затем на видневшийся Кингстон, а оттуда на север, ко входу в Хоус-Хэд.
– Ну, что же, прилив хороший, через два…
Эпическая поэма величайшего грузинского поэта Шота Руставели написана о бессмертной любви настоящей дружбе. По праву произведение относится к лучшим образцам мировой средневековой литературы.
Эпическая поэма величайшего грузинского поэта Шота Руставели написана о бессмертной любви настоящей дружбе. По праву произведение относится к лучшим образцам мировой средневековой литературы.
«…Театр находился на лугу, называвшемся Длинной Лощиной. Небольшая речка, которая, пробежав еще через два-три луга, вертела колеса мельницы, делала на Длинной Лощине крутой поворот, и в самой середине образованного ею мыса было странное волшебное кол…
«…Театр находился на лугу, называвшемся Длинной Лощиной. Небольшая речка, которая, пробежав еще через два-три луга, вертела колеса мельницы, делала на Длинной Лощине крутой поворот, и в самой середине образованного ею мыса было странное волшебное кол…
«Конечно, сочинение такого рода, как это, требует со стороны редактора обращения к любезности многочисленных специалистов. И плохо отплатил бы он за доброе к себе отношение, если бы не признал себя в долгу перед многими лицами.
Прежде всего, он долже…
«Конечно, сочинение такого рода, как это, требует со стороны редактора обращения к любезности многочисленных специалистов. И плохо отплатил бы он за доброе к себе отношение, если бы не признал себя в долгу перед многими лицами.
Прежде всего, он долже…
История жизни Белого Клыка, полусобаки-полуволка из далекой северной глуши, который покинул родной канадский север и отправился познавать «цивилизацию».
Повесть рассказывает о дружбе человека и собаки.
История жизни Белого Клыка, полусобаки-полуволка из далекой северной глуши, который покинул родной канадский север и отправился познавать «цивилизацию».
Повесть рассказывает о дружбе человека и собаки.
«Куприян устал и обмок.
Ноги его бессильно расползались по скользким мокрым кочкам; сапоги намокли, облипли грязью с сухими листьями и стали пудовыми. Куприян с трудом вытаскивал их из липкой, жирной грязи.
Куприян был голоден и не спал прошлую ночь;…
«Куприян устал и обмок.
Ноги его бессильно расползались по скользким мокрым кочкам; сапоги намокли, облипли грязью с сухими листьями и стали пудовыми. Куприян с трудом вытаскивал их из липкой, жирной грязи.
Куприян был голоден и не спал прошлую ночь;…
«… – Вот что, – говорю, – милый мальчик: если ты сию минуту не уйдешь, я тебя в окошко выкину.
Поглядел мне в глаза мальчик, увидал – правда, выкину. …»
«… – Вот что, – говорю, – милый мальчик: если ты сию минуту не уйдешь, я тебя в окошко выкину.
Поглядел мне в глаза мальчик, увидал – правда, выкину. …»
«Был у меня один приятель, человек души уязвленной и ума исступленного.
Был он весьма талантлив и не так еще давно написал книгу, вызвавшую большой и даже необыкновенный шум. Многие узрели в нем пророка, многие безнравственного мерзавца и только неко…
«Был у меня один приятель, человек души уязвленной и ума исступленного.
Был он весьма талантлив и не так еще давно написал книгу, вызвавшую большой и даже необыкновенный шум. Многие узрели в нем пророка, многие безнравственного мерзавца и только неко…
«Учитель Людвиг Андерсен вышел на школьный огород и решил пройти погулять к дальней роще, которая, как легкое синеватое кружево, отчетливо синела на белом снегу в поле, версты за две от деревни.
День был белый, светлый. От чистого белого снега и мокр…
«Учитель Людвиг Андерсен вышел на школьный огород и решил пройти погулять к дальней роще, которая, как легкое синеватое кружево, отчетливо синела на белом снегу в поле, версты за две от деревни.
День был белый, светлый. От чистого белого снега и мокр…
«Вечер был холодный, уже совсем осенний. Над поредевшими деревьями сада и черными крышами сараев остро блестел тоненький синий месяц, и в холодном небе блеск его был тревожен и загадочен. Молча смотрел он на черную неподвижную землю, в которой не чуд…
«Вечер был холодный, уже совсем осенний. Над поредевшими деревьями сада и черными крышами сараев остро блестел тоненький синий месяц, и в холодном небе блеск его был тревожен и загадочен. Молча смотрел он на черную неподвижную землю, в которой не чуд…
Герой спасает любимую женщину…
Герой спасает любимую женщину…
Телохранитель герцога Поммерси, Ганс Пихгольц, ценой собственной жизни спасает фамильные драгоценности своего господина…
© FantLab.ru
Телохранитель герцога Поммерси, Ганс Пихгольц, ценой собственной жизни спасает фамильные драгоценности своего господина…
© FantLab.ru
«Моя жена была высокая, красивая и стройная женщина. До свадьбы она постоянно ходила в малороссийском костюме, жила на даче в старом деревянном доме, окруженном густым вишневым садом, пела хохлацкие красивые и грустные песни и любила путать в черные …
«Моя жена была высокая, красивая и стройная женщина. До свадьбы она постоянно ходила в малороссийском костюме, жила на даче в старом деревянном доме, окруженном густым вишневым садом, пела хохлацкие красивые и грустные песни и любила путать в черные …





















