ужасы
Католическая женская церковь Convent of San Zaccaria, которая находится в Италий. Вся история происходит в 1832 году.
Сестра Мария жарким летним днем находит перед дверью церкви маленькую брошенную девочку. Она взяла ее и воспитала Мэделин выросла и …
Католическая женская церковь Convent of San Zaccaria, которая находится в Италий. Вся история происходит в 1832 году.
Сестра Мария жарким летним днем находит перед дверью церкви маленькую брошенную девочку. Она взяла ее и воспитала Мэделин выросла и …
После смерти последней хозяйки рода Вельяминовых-Заболотских в северную усадьбу съезжаются наследники, почти не знающие друг друга. Среди них — московский психиатр Евгения Лихачёва, следователь Платон Воронцов-Кольцов, реставратор Мирослава Оболенска…
После смерти последней хозяйки рода Вельяминовых-Заболотских в северную усадьбу съезжаются наследники, почти не знающие друг друга. Среди них — московский психиатр Евгения Лихачёва, следователь Платон Воронцов-Кольцов, реставратор Мирослава Оболенска…
Обычный мужик тонет в долгах, работает на износ и пытается спасти тяжелобольного сына. Когда вместе с женой он становится вампиром, у них появляется страшный шанс достать деньги: ограбить банк. Но простое ограбление превращается в кровавый хаос, где …
Обычный мужик тонет в долгах, работает на износ и пытается спасти тяжелобольного сына. Когда вместе с женой он становится вампиром, у них появляется страшный шанс достать деньги: ограбить банк. Но простое ограбление превращается в кровавый хаос, где …
В мрачных декорациях XIX века, на заре становления психиатрии, разворачивается история, где научная одержимость сталкивается с первобытным ужасом. Это повествование о зарождении легенды — легенды о клинике Ringing Bell, «Звенящем колокольчике», котор…
В мрачных декорациях XIX века, на заре становления психиатрии, разворачивается история, где научная одержимость сталкивается с первобытным ужасом. Это повествование о зарождении легенды — легенды о клинике Ringing Bell, «Звенящем колокольчике», котор…
В будущем создают предсветовой лайнер, способный догнать «Ковчег» — корабль поколений, ушедший к Проксиме Центавра тысячу лет назад. Спасательная группа высаживается на гигантский звездолёт с миллионами спящих колонистов. Их задача — убедить экипаж п…
В будущем создают предсветовой лайнер, способный догнать «Ковчег» — корабль поколений, ушедший к Проксиме Центавра тысячу лет назад. Спасательная группа высаживается на гигантский звездолёт с миллионами спящих колонистов. Их задача — убедить экипаж п…
Артур — суровый наемник эпохи Крестовых походов, давно потерявший веру. Во время штурма Иерусалима ослепительная вспышка переносит его в далекое будущее — на борт гигантской стерильной станции «Лазарь».
Люди этого века победили болезни и старость, но…
Артур — суровый наемник эпохи Крестовых походов, давно потерявший веру. Во время штурма Иерусалима ослепительная вспышка переносит его в далекое будущее — на борт гигантской стерильной станции «Лазарь».
Люди этого века победили болезни и старость, но…
Младший сержант Денис Ипатов знал, как выживать в системе: как усмирить наглого «деда», как не сломаться под прессом устава и как подшиться с закрытыми глазами. Но служба в дивизионе под Кемерово оказалась не про устав.
Здесь, среди бетонных заборо…
Младший сержант Денис Ипатов знал, как выживать в системе: как усмирить наглого «деда», как не сломаться под прессом устава и как подшиться с закрытыми глазами. Но служба в дивизионе под Кемерово оказалась не про устав.
Здесь, среди бетонных заборо…
Маленький, затерянный в лесах, домик...Группа молодых людей, выбравшихся на природу и случайно разбудивших древнее зло... Конечно вы знаете эту историю...или может это немного другая история..?
Маленький, затерянный в лесах, домик...Группа молодых людей, выбравшихся на природу и случайно разбудивших древнее зло... Конечно вы знаете эту историю...или может это немного другая история..?
Четыре вечера. Четыре человека. Четыре комнаты, из которых нет выхода.
Музыкант, уставший петь чужие песни. Священник, уверенный, что говорит устами Бога. Хирург, переступивший черту собственной совести. Пациент психиатрической клиники, утверждающий,…
Четыре вечера. Четыре человека. Четыре комнаты, из которых нет выхода.
Музыкант, уставший петь чужие песни. Священник, уверенный, что говорит устами Бога. Хирург, переступивший черту собственной совести. Пациент психиатрической клиники, утверждающий,…
Очнувшись в цепях в мрачной темнице, герой не помнит ни своего имени, ни того, как оказался в камере, исписанной древними рунами. Вместо воспоминаний с ним говорит Голос — древняя сущность, утверждающая, что тюрьма предназначена не для человека, а дл…
Очнувшись в цепях в мрачной темнице, герой не помнит ни своего имени, ни того, как оказался в камере, исписанной древними рунами. Вместо воспоминаний с ним говорит Голос — древняя сущность, утверждающая, что тюрьма предназначена не для человека, а дл…
Каждая дверь — это обещание. За одной скрывается уютная спальня, за другой — пыльный чердак. Но есть двери, которые лучше не открывать. Двери, ведущие в подвал, которого не должно быть в вашем доме. В комнату, где живут ваши худшие воспоминания. В ли…
Каждая дверь — это обещание. За одной скрывается уютная спальня, за другой — пыльный чердак. Но есть двери, которые лучше не открывать. Двери, ведущие в подвал, которого не должно быть в вашем доме. В комнату, где живут ваши худшие воспоминания. В ли…
Когда в командировке случаются незапланированные события, то потом, в принципе, произойти может всё, что угодно. Вы в чужом городе, в странной гостинице, да и, к тому же, в полнолуние...
Когда в командировке случаются незапланированные события, то потом, в принципе, произойти может всё, что угодно. Вы в чужом городе, в странной гостинице, да и, к тому же, в полнолуние...
Семья Бегловых и не ожидала, что получит в наследство маленький домишко где-то в натуральной дыре, задворки Советского Союза. Да и само название - село "Неясыть", ни о чём не говорит. Глухое место, которого нет ни на одной карте.
Но семья Бегловых не…
Семья Бегловых и не ожидала, что получит в наследство маленький домишко где-то в натуральной дыре, задворки Советского Союза. Да и само название - село "Неясыть", ни о чём не говорит. Глухое место, которого нет ни на одной карте.
Но семья Бегловых не…
После смерти последней хозяйки рода Вельяминовых-Заболотских в северную усадьбу съезжаются наследники, почти не знающие друг друга. Среди них — московский психиатр Евгения Лихачёва, следователь Платон Воронцов-Кольцов, реставратор Мирослава Оболенска…
После смерти последней хозяйки рода Вельяминовых-Заболотских в северную усадьбу съезжаются наследники, почти не знающие друг друга. Среди них — московский психиатр Евгения Лихачёва, следователь Платон Воронцов-Кольцов, реставратор Мирослава Оболенска…
Семья Бегловых и не ожидала, что получит в наследство маленький домишко где-то в натуральной дыре, задворки Советского Союза. Да и само название - село "Неясыть", ни о чём не говорит. Глухое место, которого нет ни на одной карте.
Но семья Бегловых не…
Семья Бегловых и не ожидала, что получит в наследство маленький домишко где-то в натуральной дыре, задворки Советского Союза. Да и само название - село "Неясыть", ни о чём не говорит. Глухое место, которого нет ни на одной карте.
Но семья Бегловых не…
Тени шевелятся, когда вы отворачиваетесь. За дверью слышится шёпот. Зеркало отражает то, чего за вашей спиной быть не должно.
За стенами привычной реальности таятся иные миры — тёмные, зловещие, полные древних тайн. В этом сборнике вас ждут истории, …
Тени шевелятся, когда вы отворачиваетесь. За дверью слышится шёпот. Зеркало отражает то, чего за вашей спиной быть не должно.
За стенами привычной реальности таятся иные миры — тёмные, зловещие, полные древних тайн. В этом сборнике вас ждут истории, …
Группа эко-активистов высаживается в глухой лес, чтобы помешать незаконной вырубке. На вторую ночь они понимают: лес ведет себя как живой организм. Тропы меняются, техника выходит из строя, а птицы начинают повторять голоса умерших. Лес не просто защ…
Группа эко-активистов высаживается в глухой лес, чтобы помешать незаконной вырубке. На вторую ночь они понимают: лес ведет себя как живой организм. Тропы меняются, техника выходит из строя, а птицы начинают повторять голоса умерших. Лес не просто защ…
Есть истории, которые начинаются с поцелуя. А есть те, что начинаются с похорон.
Пятеро старых друзей думали, что худшее, что может случиться в их захолустном городке, — это скука, похмелье и вечные ссоры с девушками. Но когда Отис, местный блогер и …
Есть истории, которые начинаются с поцелуя. А есть те, что начинаются с похорон.
Пятеро старых друзей думали, что худшее, что может случиться в их захолустном городке, — это скука, похмелье и вечные ссоры с девушками. Но когда Отис, местный блогер и …
Петербург – город мистики, и эти 13 историй докажут это наверняка.
Узнайте, почему букинистический магазин на Васильевском лучше обходить за километр и чем опасаться даже случайной обиды для ведьмы.
Самые страшные чтения VIII Самого страшного фести…
Петербург – город мистики, и эти 13 историй докажут это наверняка.
Узнайте, почему букинистический магазин на Васильевском лучше обходить за километр и чем опасаться даже случайной обиды для ведьмы.
Самые страшные чтения VIII Самого страшного фести…
Этот сценарий превращает ваш дом, офис или арендованное помещение в заброшенную секретную лабораторию. Игроки с завязанными глазами становятся подопытными, один из них – «жертва эксперимента» – мутирует и начинает охоту щекоткой. Цепная реакция зараж…
Этот сценарий превращает ваш дом, офис или арендованное помещение в заброшенную секретную лабораторию. Игроки с завязанными глазами становятся подопытными, один из них – «жертва эксперимента» – мутирует и начинает охоту щекоткой. Цепная реакция зараж…





















