ужасы
Их называли тварями.
Образцами. Оружием. Ошибками эксперимента.
Но они помнили, что были людьми.
Алан не помнит, как попал в замок Ведьмака. Но помнит боль — когда корни врастают в плоть, а Тварь воет внутри, требуя крови. Здесь нет жалости. Есть тол…
Их называли тварями.
Образцами. Оружием. Ошибками эксперимента.
Но они помнили, что были людьми.
Алан не помнит, как попал в замок Ведьмака. Но помнит боль — когда корни врастают в плоть, а Тварь воет внутри, требуя крови. Здесь нет жалости. Есть тол…
После событий в шахтах Лапуша город пытается вернуться к спокойной жизни, но тьма не исчезла окончательно. Джошуа снова скрывает свою истинную сущность, продолжая работать детективом, однако кошмары прошлого начинают преследовать его все сильнее.
Ког…
После событий в шахтах Лапуша город пытается вернуться к спокойной жизни, но тьма не исчезла окончательно. Джошуа снова скрывает свою истинную сущность, продолжая работать детективом, однако кошмары прошлого начинают преследовать его все сильнее.
Ког…
Вечная мерзлота тает. Но что именно она отпускает на волю?
Инженер-геолог получает в наследство ветхий дом в сибирском посёлке Нижне-Камнегорск. Дядя исчез, оставив записку: «Не пытайся их вывести. Погреб заколоти». Тишина морозной ночи, маслянистый …
Вечная мерзлота тает. Но что именно она отпускает на волю?
Инженер-геолог получает в наследство ветхий дом в сибирском посёлке Нижне-Камнегорск. Дядя исчез, оставив записку: «Не пытайся их вывести. Погреб заколоти». Тишина морозной ночи, маслянистый …
После событий в шахтах Лапуша город пытается вернуться к спокойной жизни, но тьма не исчезла окончательно. Джошуа снова скрывает свою истинную сущность, продолжая работать детективом, однако кошмары прошлого начинают преследовать его все сильнее.
Ког…
После событий в шахтах Лапуша город пытается вернуться к спокойной жизни, но тьма не исчезла окончательно. Джошуа снова скрывает свою истинную сущность, продолжая работать детективом, однако кошмары прошлого начинают преследовать его все сильнее.
Ког…
Королевство Морвейн проигрывает войну. Последняя надежда — руда кровавик на полуострове Гиблая Коса. Король превращает полуостров в тюрьму, накрытую Пеленой — магическим куполом, откуда нет выхода. В этом Котле властвует жестокий Барон Разес.
Фома, л…
Королевство Морвейн проигрывает войну. Последняя надежда — руда кровавик на полуострове Гиблая Коса. Король превращает полуостров в тюрьму, накрытую Пеленой — магическим куполом, откуда нет выхода. В этом Котле властвует жестокий Барон Разес.
Фома, л…
Друг. Помощник. Собеседник. Искусственный интеллект может быть всем этим — и ещё чем-то гораздо более тёмным. Как понять, где реальность, когда память подводит, а машина так убедительно говорит голосом той, кого больше нет?
Друг. Помощник. Собеседник. Искусственный интеллект может быть всем этим — и ещё чем-то гораздо более тёмным. Как понять, где реальность, когда память подводит, а машина так убедительно говорит голосом той, кого больше нет?
В сибирских деревеньках есть поверье: встретишь в лесу деревянного идола - расскажи ему сказку.
Проппы - не просто идолы. Они - хранители древних сказок, стражи забытых слов. Они любят истории. Но только те, что рассказаны с почтением.
Ада, собирате…
В сибирских деревеньках есть поверье: встретишь в лесу деревянного идола - расскажи ему сказку.
Проппы - не просто идолы. Они - хранители древних сказок, стражи забытых слов. Они любят истории. Но только те, что рассказаны с почтением.
Ада, собирате…
Тетрадь была найдена в университетской библиотеке Кембриджа в ноябре 1938 года. На полке отдела ограниченного доступа. На месте книги, которую никто не возвращал.
Генри Локвуд, астроном без кафедры и без имени в науке, пропал тремя неделями ранее. По…
Тетрадь была найдена в университетской библиотеке Кембриджа в ноябре 1938 года. На полке отдела ограниченного доступа. На месте книги, которую никто не возвращал.
Генри Локвуд, астроном без кафедры и без имени в науке, пропал тремя неделями ранее. По…
В деревне Заречье умирают младенцы. Тихо, без крика — ровно в полночь. Диагноз — синдром внезапной детской смерти. Но фельдшер не видит того, что видят матери: на замёрзших окнах детских комнат каждую ночь проступает отпечаток женской ладони. Изнутри…
В деревне Заречье умирают младенцы. Тихо, без крика — ровно в полночь. Диагноз — синдром внезапной детской смерти. Но фельдшер не видит того, что видят матери: на замёрзших окнах детских комнат каждую ночь проступает отпечаток женской ладони. Изнутри…
Ночь. Снег. Луна бросает чёрные тени.
Викинги пришли. Но страшнее не мечи. Страшнее — пение. Оно зовёт из темноты. Туманит разум. Заставляет выходить из дома и идти на голос.
Валир берёт деревянный меч и уходит в ночь. Альма смотрит в окно и не может…
Ночь. Снег. Луна бросает чёрные тени.
Викинги пришли. Но страшнее не мечи. Страшнее — пение. Оно зовёт из темноты. Туманит разум. Заставляет выходить из дома и идти на голос.
Валир берёт деревянный меч и уходит в ночь. Альма смотрит в окно и не может…
Каждую ночь Ева оказывается возле своего мёртвого тела, а каждый день для неё — это игра, на выживание. Девушка не может понять что с ней происходит, пока на её пути не встречается ОН, с его появлением она понимает свое истинное предназначение.
Каждую ночь Ева оказывается возле своего мёртвого тела, а каждый день для неё — это игра, на выживание. Девушка не может понять что с ней происходит, пока на её пути не встречается ОН, с его появлением она понимает свое истинное предназначение.
Незнакомая комната, странный костюм, ключ-карта вместо обычного ключа Выйдя на улицу, герой понимает: что-то пошло не так. Знакомые очертания панельного дома соседствуют с пугающими деталями, а встреча с другими обитателями этого места заставляет зад…
Незнакомая комната, странный костюм, ключ-карта вместо обычного ключа Выйдя на улицу, герой понимает: что-то пошло не так. Знакомые очертания панельного дома соседствуют с пугающими деталями, а встреча с другими обитателями этого места заставляет зад…
Он — священник, который слышит Бога. Двенадцать лет назад Господь якобы открыл ему истину: одни люди — «демоны в рубашках», другие — «ангелы в трупах». И только Николай вправе решать, кому жить, а кому мучиться. С тех пор за ширмой исповедальни он да…
Он — священник, который слышит Бога. Двенадцать лет назад Господь якобы открыл ему истину: одни люди — «демоны в рубашках», другие — «ангелы в трупах». И только Николай вправе решать, кому жить, а кому мучиться. С тех пор за ширмой исповедальни он да…
Холодное море забирает жизни, но иногда оно возвращает их – в ином, страшном обличии.
Василиса, старшая дочь в бедной рыбацкой семье, привыкла нести на себе все тяготы сурового быта. Но её привычный мир обрывается в один миг: нелепая случайность, суе…
Холодное море забирает жизни, но иногда оно возвращает их – в ином, страшном обличии.
Василиса, старшая дочь в бедной рыбацкой семье, привыкла нести на себе все тяготы сурового быта. Но её привычный мир обрывается в один миг: нелепая случайность, суе…
Добро пожаловать обратно в мой уютный морг — единственное место, где аппетит у гостей обычно пропадает... навсегда.
Сегодняшняя история о голоде. Но не о том скучном урчании в животе, которое заставляет вас ночью красться к холодильнику в трусах и с …
Добро пожаловать обратно в мой уютный морг — единственное место, где аппетит у гостей обычно пропадает... навсегда.
Сегодняшняя история о голоде. Но не о том скучном урчании в животе, которое заставляет вас ночью красться к холодильнику в трусах и с …
В поле не оглядывайся. В бане не засиживайся. Дома — не отвечай на голос из пустой комнаты.
Мы привыкли считать их сказками для детей, но у старых преданий острые зубы и долгая память. Это не добрые мультики про домовых, это изнанка нашего мира, где …
В поле не оглядывайся. В бане не засиживайся. Дома — не отвечай на голос из пустой комнаты.
Мы привыкли считать их сказками для детей, но у старых преданий острые зубы и долгая память. Это не добрые мультики про домовых, это изнанка нашего мира, где …
Выпускник Алексей возвращается в родную деревню, где его ждут лишь горе и безумие. После смерти деда родители уезжают на похороны, оставляя его с младшим братом Андреем. В попытке отвлечься от утраты, Алексей решает повторить жуткий ритуал их погибше…
Выпускник Алексей возвращается в родную деревню, где его ждут лишь горе и безумие. После смерти деда родители уезжают на похороны, оставляя его с младшим братом Андреем. В попытке отвлечься от утраты, Алексей решает повторить жуткий ритуал их погибше…
Тайна, которая может убить или спасти!
Погрузитесь в захватывающую историю о двух сиротах, потерявших всё — мать и будущее. Их судьба изменилась навсегда, когда их удочерил богатый антиквар, скрывающий свои тайны. Годы шли, мечты росли, но внутри каж…
Тайна, которая может убить или спасти!
Погрузитесь в захватывающую историю о двух сиротах, потерявших всё — мать и будущее. Их судьба изменилась навсегда, когда их удочерил богатый антиквар, скрывающий свои тайны. Годы шли, мечты росли, но внутри каж…
Мир рухнул не с грохотом — он развалился на части под тяжестью собственной гнили.
Бык — начальник отдела по борьбе с организованной преступностью. Его тело вырезано из бетона и ненависти, а голос принадлежит человеку, который перестал извиняться за с…
Мир рухнул не с грохотом — он развалился на части под тяжестью собственной гнили.
Бык — начальник отдела по борьбе с организованной преступностью. Его тело вырезано из бетона и ненависти, а голос принадлежит человеку, который перестал извиняться за с…
Максим, знакомится с новым управдомом, женщиной по имени, Римма Львовна, но он, даже не представляет, к чему приведёт это вынужденное знакомство...
Максим, знакомится с новым управдомом, женщиной по имени, Римма Львовна, но он, даже не представляет, к чему приведёт это вынужденное знакомство...





















