ужасы

Мари Клейн тихая лаборантка, съёмная квартира, родители, о которых она не любит вспоминать. Она давно усвоила: чтобы выжить, нужно быть удобной. Итан Винтер появился как ответ на одиночество. Он помнил, какое мороженое она любит. Говорил «ты никому …

Они уничтожили все копии. Остался только оригинал — тот самый камень в деревне, с которого всё началось. Пятеро друзей возвращаются туда, где когда-то едва не остались навсегда. Теперь они знают, как работает завеса. Знают, что нужно делать. Знают, ч…

Сонный паралич. Немота. Чужие холодные руки на лбу. Инквизитор не может двинуться, пока его жертвы шепчут слова прощения. Но одна тень молчит. Она стоит в темноте, не моргая, не дыша. Это не сон. Это совесть? Или тот, кто не простил. И он всё ещё зде…

Женщина, решившаяся на аборт, просыпается ночью от детского плача. Она идёт по тёмной квартире, чтобы найти источник звука.

Среди заснеженных гор, где скалы будто вырезаны из кошмара, прячется племя, для которого голод — не беда, а оправдание. Каннибалы здесь — не просто чудовища, а жрецы забытого культа, превратившие страх в ритуал. Когда караван беженцев ищет укрытие в …

Когда первые зомби появились в портах, их считали беженцами из проклятых земель. Но вскоре стало ясно: это новая форма жизни, которая не знает смерти и не признаёт границ. От портовых трущоб до дворцов на холмах — эпидемия страха расползается быстрее…

Когда-то монстрологи одним лишь появлением внушали людям глубокое почтение и суеверный страх. Но та эпоха поросла быльём. Чудовища сгинули так давно, что грозное звание «монстролог» сохранилось разве что в детских байках. Иллион - один из последних с…

Шесть дней назад Маша написала мужу: «Кажется, меня укусили. Не приезжай. Не открывай, если я вернусь». Сегодня ночью она вернулась. Три удара в дверь. Знакомый голос. Те же шутки, воспоминания и привычки, которые мог знать только один человек — его …

В глухой долине, куда не долетает даже эхо больших дорог, стоит деревня, которую будто стёрли со всех карт. Сюда приходит мальчик с пустым взглядом и мешочком пепла — и с этого мгновения ночь становится длиннее, а тени начинают шептать имена тех, кто…

После того как Унго забрал Тимоху, Олесю, Роксану и Теодора, выжившие отказываются верить, что потеряли их навсегда. Теперь группам предстоит выживать, искать друг друга и спасать тех, кого ещё можно спасти. Но пока они пытаются найти путь к пленника…

Шесть дней назад Маша написала мужу: «Кажется, меня укусили. Не приезжай. Не открывай, если я вернусь». Сегодня ночью она вернулась. Три удара в дверь. Знакомый голос. Те же шутки, воспоминания и привычки, которые мог знать только один человек — его …

Город на краю болот живёт по странным правилам: здесь не принято смотреть в глаза незнакомцам, а на каждом пороге оставляют щепотку соли. Молодая портниха находит в подвале ателье коробку с пуговицами из кости — и с первой пришитой пуговицы её пальцы…

В тихом азиатском городе, где вечерние сутры монахов смешиваются с запахами реки и жжёного сахара, Ингрид пытается найти покой. Она рисует, глядя на звёзды, и чувствует, как тонкая нить связывает её с чем-то пока ещё недоступным. Муж, опытный гипноло…

Это история о хороших людях. О тех, кто спасает. О тех, кто ждёт. О тех, кто приходит с маленьким чемоданчиком. И о собаке, которая первой поняла то, чего не замечали люди. Иногда ужас начинается не тогда, когда становится страшно. А когда всё слишко…

Под древним лесом, где корни сплетаются в лабиринты, спит нечто старое и голодное. Группа искателей надеется найти легендарный клад, но вместо золота находит каменные колодцы, из которых доносятся шёпоты на забытом языке. Каждый, кто слышит эти голос…

На окраине Бобровки, за мутной речкой Бобровочкой, стоит старый деревянный дом. Когда-то здесь была целая улица, но её жители исчезли почти одновременно, а дома со временем разобрали на дрова и стройматериалы. Остался только один. Местные называют э…

Они не прячутся под кроватью. Они не скрипят половицами. И не гремят цепями. Они — здесь, совсем рядом, в промежутке между ударом сердца и тишиной, которая за ним следует. Просто вы не замечаете. Пока не останетесь одни. Этот сборник не о страхе. Стр…

В глухой ложбине неподалёку от Бобровки стоит старая семейная пасека. Днём здесь слышен только гул пчёл, журчание ледяного родника и шелест травы. Ночью — тишина. Александр Петрович, потомственный пасечник, никогда не верил в деревенские суеверия. П…

Прошло три месяца с тех пор, как Билли Саммерс коснулся корня в подвале сгоревшей школы Касл-Рока. Три месяца с тех пор, как он отдал часть себя тьме — и изменил её. Три месяца с тех пор, как Мэри Карвер исчезла. Но она не умерла. Билли больше не с…

Год после победы над Моросом Жнец живёт как обычный человек: будильник, кружка с котиком, сын Миша, рисующий окна вместо машинок. Трость молчит — но не от покоя, а от ожидания. Пять знаков приходят один за другим: фонари перестают моргать, лампочка …