современная русская литература
В одну тихую ночь к детям Марфе и Артёму явились неожиданные и невероятные гости, после появления которых у ребят начинается захватывающее приключение в удивительном мире под названием Джаду. Детям придётся спасать и самих себя, и новый для них мир, …
В одну тихую ночь к детям Марфе и Артёму явились неожиданные и невероятные гости, после появления которых у ребят начинается захватывающее приключение в удивительном мире под названием Джаду. Детям придётся спасать и самих себя, и новый для них мир, …
Вчера мне было сорок три. Сегодня — восемнадцать. На календаре — март 2001-го. А мама, которую я похоронил двенадцать лет назад, зовёт завтракать.
В первой жизни я успел открыть дело, влезть в долги и потерять мать. Слишком многое откладывал на потом…
Вчера мне было сорок три. Сегодня — восемнадцать. На календаре — март 2001-го. А мама, которую я похоронил двенадцать лет назад, зовёт завтракать.
В первой жизни я успел открыть дело, влезть в долги и потерять мать. Слишком многое откладывал на потом…
Смертельная болезнь, вызываемая мутировавшим видом борщевика, привела к вымиранию человечества и переселению уцелевших в безопасные поселения. Государства пали, а люди вынуждены жить в изоляции.
Аня, молодая девушка, пережившая страшную трагедию, вол…
Смертельная болезнь, вызываемая мутировавшим видом борщевика, привела к вымиранию человечества и переселению уцелевших в безопасные поселения. Государства пали, а люди вынуждены жить в изоляции.
Аня, молодая девушка, пережившая страшную трагедию, вол…
В Мегаполисе, где Инквизиция подменила Бога алгоритмами, а магия считается системной ошибкой, живет Геката — Анафема. Ведьма без лицензии, хакерша, чьи черные вены пульсируют первобытным хаосом. Она — вирус в идеальной операционной системе Порядка, и…
В Мегаполисе, где Инквизиция подменила Бога алгоритмами, а магия считается системной ошибкой, живет Геката — Анафема. Ведьма без лицензии, хакерша, чьи черные вены пульсируют первобытным хаосом. Она — вирус в идеальной операционной системе Порядка, и…
Материалы к книге Чёрный Конь! Тут представлены материалы к книге Чёрный Конь для конкурса!
Материалы к книге Чёрный Конь! Тут представлены материалы к книге Чёрный Конь для конкурса!
Две сестры. Одна видит прошлое, вторая слышит чужие мысли как радио. Отец, который знает правду и молчит, и мать, которая держит семью силой любви.
Москва начала 2000–х, страна, в которой экстрасенсы продают чудеса и выступают по телевидению. Первая …
Две сестры. Одна видит прошлое, вторая слышит чужие мысли как радио. Отец, который знает правду и молчит, и мать, которая держит семью силой любви.
Москва начала 2000–х, страна, в которой экстрасенсы продают чудеса и выступают по телевидению. Первая …
Это история о том, как два лётчика, выполняя секретное задание над Крымом, проходят путь от утреннего соловья до знойного Сиваша. От Ласточкиного гнезда до горящего угольного склада. От красоты, которая захватывает дух, до абсурда, который заставляет…
Это история о том, как два лётчика, выполняя секретное задание над Крымом, проходят путь от утреннего соловья до знойного Сиваша. От Ласточкиного гнезда до горящего угольного склада. От красоты, которая захватывает дух, до абсурда, который заставляет…
АНЯ ЖДАНОВА
Просто не чувствуй. Это я пообещала себе, когда узнала, что близкая подруга из летнего лагеря погибла.
Один телефонный звонок возвратил меня в прошлое — к последней смене, разрушенной дружбе «Бабсовета» и нахальному кудрявому парню в очк…
АНЯ ЖДАНОВА
Просто не чувствуй. Это я пообещала себе, когда узнала, что близкая подруга из летнего лагеря погибла.
Один телефонный звонок возвратил меня в прошлое — к последней смене, разрушенной дружбе «Бабсовета» и нахальному кудрявому парню в очк…
Гарик ЗеБра не «родился с серебряной ложкой во рту», однако
считает себя везунчиком и счастливчиком. Он молод, горяч,
привлекателен и спортивен. Принимал в Москве Жан Клода Ван
Дамма, встречался с Берни Эклстоуном, владельцем Фомулы-1.
Взламывал сейф…
Гарик ЗеБра не «родился с серебряной ложкой во рту», однако
считает себя везунчиком и счастливчиком. Он молод, горяч,
привлекателен и спортивен. Принимал в Москве Жан Клода Ван
Дамма, встречался с Берни Эклстоуном, владельцем Фомулы-1.
Взламывал сейф…
Когда ваш ребёнок знает, о чем думает другой человек, или рассказывает о прошлом по вещи - это пугает. Можно назвать это совпадением, интуицией, шестым чувством или чудом. Некоторые называют это жизнью, потому что для них это не исключение из правил,…
Когда ваш ребёнок знает, о чем думает другой человек, или рассказывает о прошлом по вещи - это пугает. Можно назвать это совпадением, интуицией, шестым чувством или чудом. Некоторые называют это жизнью, потому что для них это не исключение из правил,…
Каждый свидетель знает лишь часть правды. Сестра видит страх Лины после побега, соседка подтверждает, что дети не оставались одни, воспитательница — что Юля окружена заботой, Павел рассказывает о жизни под камерами, а специалист обнаруживает следы уд…
Каждый свидетель знает лишь часть правды. Сестра видит страх Лины после побега, соседка подтверждает, что дети не оставались одни, воспитательница — что Юля окружена заботой, Павел рассказывает о жизни под камерами, а специалист обнаруживает следы уд…
Пять лет жизни Софи напоминали замкнутый круг: привычная работа, устоявшийся быт и одинокие выходные. Никаких планов, никаких рисков — лишь серое течение будней. Всё меняется в один миг, когда начальница ставит её перед фактом: ближайший год они с Со…
Пять лет жизни Софи напоминали замкнутый круг: привычная работа, устоявшийся быт и одинокие выходные. Никаких планов, никаких рисков — лишь серое течение будней. Всё меняется в один миг, когда начальница ставит её перед фактом: ближайший год они с Со…
— Расслабься! — рявкает мой муж на свою пассию, забыв про всякую романтику. — Ты меня зажала своей...
— Я не могу! — взвизгивает она, не давая ему договорить. — У меня спазм!
— Тогда сделай что-нибудь! — муж поворачивается ко мне. — Ника, помоги! Ты …
— Расслабься! — рявкает мой муж на свою пассию, забыв про всякую романтику. — Ты меня зажала своей...
— Я не могу! — взвизгивает она, не давая ему договорить. — У меня спазм!
— Тогда сделай что-нибудь! — муж поворачивается ко мне. — Ника, помоги! Ты …
— Попалась?
— Господи, как вы меня напугали! — прижала обе руки к груди, всеми силами изображая сердечный приступ.
Необычайно выразительные серые глаза Марата опасно сузились до хищных щелок и зависли как раз на уровне моего несчастного, страдающего …
— Попалась?
— Господи, как вы меня напугали! — прижала обе руки к груди, всеми силами изображая сердечный приступ.
Необычайно выразительные серые глаза Марата опасно сузились до хищных щелок и зависли как раз на уровне моего несчастного, страдающего …
Роман устроил себе жизнь без лишних хлопот: готовая еда, автоматические платежи, развлечения по рекомендации. Свободного времени становится больше, а вспомнить собственные желания всё труднее. Сломанный отцовский стул и просьба дочери запускают перем…
Роман устроил себе жизнь без лишних хлопот: готовая еда, автоматические платежи, развлечения по рекомендации. Свободного времени становится больше, а вспомнить собственные желания всё труднее. Сломанный отцовский стул и просьба дочери запускают перем…
— Расслабься! — рявкает мой муж на свою пассию, забыв про всякую романтику. — Ты меня зажала своей...
— Я не могу! — взвизгивает она, не давая ему договорить. — У меня спазм!
— Тогда сделай что-нибудь! — муж поворачивается ко мне. — Ника, помоги! Ты …
— Расслабься! — рявкает мой муж на свою пассию, забыв про всякую романтику. — Ты меня зажала своей...
— Я не могу! — взвизгивает она, не давая ему договорить. — У меня спазм!
— Тогда сделай что-нибудь! — муж поворачивается ко мне. — Ника, помоги! Ты …
Я думал, что возвращаюсь в деревню своего детства.
Остановился у старого дуба, где встретил человека с блокнотом. Он показал мне, как росло это дерево, страница за страницей, а потом рассказал три сказки.
Странно только одно: почему после них мне ста…
Я думал, что возвращаюсь в деревню своего детства.
Остановился у старого дуба, где встретил человека с блокнотом. Он показал мне, как росло это дерево, страница за страницей, а потом рассказал три сказки.
Странно только одно: почему после них мне ста…
Четырнадцатилетняя Ксюша мечтает о первой работе, чтобы наконец покупать милые сердцу безделушки без одобрения родителей. Однажды, спасаясь от школьного задиры, Ксюша случайно натыкается на загадочную антикварную лавку с объявлением: «Требуется помощ…
Четырнадцатилетняя Ксюша мечтает о первой работе, чтобы наконец покупать милые сердцу безделушки без одобрения родителей. Однажды, спасаясь от школьного задиры, Ксюша случайно натыкается на загадочную антикварную лавку с объявлением: «Требуется помощ…
Есть посёлки, где после девяти вечера нельзя шуметь. Здесь это не правило соседей и не закон — это способ выжить.
Артём приехал сюда как обычный командировочный и остался человек без прошлого: тишина в Глухоборье умеет забирать память, голос и желани…
Есть посёлки, где после девяти вечера нельзя шуметь. Здесь это не правило соседей и не закон — это способ выжить.
Артём приехал сюда как обычный командировочный и остался человек без прошлого: тишина в Глухоборье умеет забирать память, голос и желани…
За полем, за лугом, за речкой стоит хутор «Тёплый двор». Пахнет травой, молоком и малиновой карамелью.
Здесь живут жёлтый Гусёнок, который не умеет ждать, и розовый Поросёнок, который боится тишины и копит монетки. Один тратит всё сразу. Другой пряче…
За полем, за лугом, за речкой стоит хутор «Тёплый двор». Пахнет травой, молоком и малиновой карамелью.
Здесь живут жёлтый Гусёнок, который не умеет ждать, и розовый Поросёнок, который боится тишины и копит монетки. Один тратит всё сразу. Другой пряче…





















