современная русская литература
Семнадцатилетняя московская блогерша Аля, спасаясь от развода родителей, отправляется к бабушке на Селигер. В деревенской глуши её внимание приковывает угрюмый почтальон Игнат Петрович — живой памятник ушедшей эпохе. Он игнорирует её провокации, пока…
Семнадцатилетняя московская блогерша Аля, спасаясь от развода родителей, отправляется к бабушке на Селигер. В деревенской глуши её внимание приковывает угрюмый почтальон Игнат Петрович — живой памятник ушедшей эпохе. Он игнорирует её провокации, пока…
В мире, где сны запрещены, а память о смерти стирается, один человек видит во сне огромную собаку, не существующую в реальности. Она ведёт его через прошлое, любовь и отпускание, становится проводником между мирами и архетипом тех, кого уже нет в наш…
В мире, где сны запрещены, а память о смерти стирается, один человек видит во сне огромную собаку, не существующую в реальности. Она ведёт его через прошлое, любовь и отпускание, становится проводником между мирами и архетипом тех, кого уже нет в наш…
Елена бросила всё, чтобы выйти из тени своего отца — культового режиссера Германа Штейна. Но съемки нового фильма заставляют её вернуться к актерству и поиску себя. История о том, как трудно оборвать нить, связывающую нас с прошлым, и как важно найти…
Елена бросила всё, чтобы выйти из тени своего отца — культового режиссера Германа Штейна. Но съемки нового фильма заставляют её вернуться к актерству и поиску себя. История о том, как трудно оборвать нить, связывающую нас с прошлым, и как важно найти…
История о любви. Принцесса, дракон, и целый мир. Сказка о том, что не нужно бояться жить, любить, терять. Все будет хорошо, если верить в себя.
Книгу писала по событиям своей жизни, частично.
История о любви. Принцесса, дракон, и целый мир. Сказка о том, что не нужно бояться жить, любить, терять. Все будет хорошо, если верить в себя.
Книгу писала по событиям своей жизни, частично.
Дар видеть духов передаётся по женской линии. Вместе с ним – проклятие: знахарка не может быть счастливой. Евдокия узнала это слишком рано. В семь лет её отдали в ученицы старой ведунье, в шестнадцать – едва не убили в лесу. Она похоронила жениха и н…
Дар видеть духов передаётся по женской линии. Вместе с ним – проклятие: знахарка не может быть счастливой. Евдокия узнала это слишком рано. В семь лет её отдали в ученицы старой ведунье, в шестнадцать – едва не убили в лесу. Она похоронила жениха и н…
Он жил обычной жизнью, пока реальность не начала давать сбои. Сначала — едва заметные странности, затем исчезающие люди, чужие воспоминания и тишина, которая стала звучать громче слов. Мир вокруг трескается, но ещё страшнее другое: трещина проходит ч…
Он жил обычной жизнью, пока реальность не начала давать сбои. Сначала — едва заметные странности, затем исчезающие люди, чужие воспоминания и тишина, которая стала звучать громче слов. Мир вокруг трескается, но ещё страшнее другое: трещина проходит ч…
Это история о второй попытке. О том, что даже в чужом мире, в другом времени можно построить свое счастье — если не бояться отказаться от чужой судьбы.
Текст выдержан в манере, близкой к оригиналу Колин Маккалоу — сдержанно, без мелодрамы. Плюс вообр…
Это история о второй попытке. О том, что даже в чужом мире, в другом времени можно построить свое счастье — если не бояться отказаться от чужой судьбы.
Текст выдержан в манере, близкой к оригиналу Колин Маккалоу — сдержанно, без мелодрамы. Плюс вообр…
Сборник состоит всего из восьми рассказов. В них неверующий человек спасает заброшенный храм, а детство другого героя омрачено домашним насилием. А ещё пара зарисовок из жизни о берёзовом соке, заменившем людям питьевую воду, и воспоминания повествов…
Сборник состоит всего из восьми рассказов. В них неверующий человек спасает заброшенный храм, а детство другого героя омрачено домашним насилием. А ещё пара зарисовок из жизни о берёзовом соке, заменившем людям питьевую воду, и воспоминания повествов…
Перед читателем открывает свои страницы особый сборник – дань памяти Александру Васильевичу Суворову и всем, кто продолжил его дело. Мы не просто вспоминаем эпизоды прославленного прошлого, но и видим, как нить доблести тянется от суворовских «чудо-б…
Перед читателем открывает свои страницы особый сборник – дань памяти Александру Васильевичу Суворову и всем, кто продолжил его дело. Мы не просто вспоминаем эпизоды прославленного прошлого, но и видим, как нить доблести тянется от суворовских «чудо-б…
Наш ежегодный литературный проект «Голоса эпохи», поддерживаемый главным редактором «Литературной газеты» Максимом Замшевым, представляет на суд читателя произведения современных русскоязычных авторов, творчество которых отражает дух времени, личный …
Наш ежегодный литературный проект «Голоса эпохи», поддерживаемый главным редактором «Литературной газеты» Максимом Замшевым, представляет на суд читателя произведения современных русскоязычных авторов, творчество которых отражает дух времени, личный …
А если представить зиму не привычной надменной и холодной колдуньей, а весёлой художницей с прыгающими в глазах озорными искорками? Представить, как она раскрашивает мир акрилом инея и тёплой пастелью закатов, как смешивает на палитре заснеженных пол…
А если представить зиму не привычной надменной и холодной колдуньей, а весёлой художницей с прыгающими в глазах озорными искорками? Представить, как она раскрашивает мир акрилом инея и тёплой пастелью закатов, как смешивает на палитре заснеженных пол…
Новый сборник серии «Патриотическая» обращается к самому древнему источнику силы – нашей памяти. Здесь вы найдёте не только монументальные повествования о битвах, но и отголоски фронтовых лет и размышления сегодняшнего дня.
Как вера и любовь к Родине…
Новый сборник серии «Патриотическая» обращается к самому древнему источнику силы – нашей памяти. Здесь вы найдёте не только монументальные повествования о битвах, но и отголоски фронтовых лет и размышления сегодняшнего дня.
Как вера и любовь к Родине…
Рыжая такса Лиза живет в обычной городской квартире, а ее хозяева обыкновенные люди. Но так считают только они сами, а для таксы квартира – это уютная нора их лучшей в мире Стаи. Вокруг не город, а опасный лес, не улицы, а заповедные тропы, не кошки …
Рыжая такса Лиза живет в обычной городской квартире, а ее хозяева обыкновенные люди. Но так считают только они сами, а для таксы квартира – это уютная нора их лучшей в мире Стаи. Вокруг не город, а опасный лес, не улицы, а заповедные тропы, не кошки …
Между миром живых и миром мертвых в Дублине стоит стена — стена паба у кладбища Глэсневин. Здесь двое братьев, выросших в детдоме, нашли свое место среди крестов и тумана. Они знают все о том, как разлагаются тела, и почти ничего — о том, зачем люди …
Между миром живых и миром мертвых в Дублине стоит стена — стена паба у кладбища Глэсневин. Здесь двое братьев, выросших в детдоме, нашли свое место среди крестов и тумана. Они знают все о том, как разлагаются тела, и почти ничего — о том, зачем люди …
Старуха с маленькой девочкой сидели на скамейке возле нашего дома в ту ночь, когда мы с мужем вернулись с дачи после празднования 7-летия нашей дочери.
— Здравствуй, Виктор. Помнишь меня? Я — мать Лидии. Она умерла месяц назад, онкология. Я тебе дочь…
Старуха с маленькой девочкой сидели на скамейке возле нашего дома в ту ночь, когда мы с мужем вернулись с дачи после празднования 7-летия нашей дочери.
— Здравствуй, Виктор. Помнишь меня? Я — мать Лидии. Она умерла месяц назад, онкология. Я тебе дочь…
Этот роман я бы отнес к легкой научной фантастике, с элементами других жанров, как минимум второй линией идет любовная история, которая на момент написания аннотации неизвестно чем закончится — это должно ещё родиться. Первая часть дает хороший разго…
Этот роман я бы отнес к легкой научной фантастике, с элементами других жанров, как минимум второй линией идет любовная история, которая на момент написания аннотации неизвестно чем закончится — это должно ещё родиться. Первая часть дает хороший разго…
Земля предков оскудела, дикий зверь исчез, оставив племя Ульфа на грани выживания. Молодой охотник последовал бы за своими людьми, но его связала судьба с Ингрид — девушкой, чью жизнь перечеркнул погасший ночью огонь, ставший символом слабости и отка…
Земля предков оскудела, дикий зверь исчез, оставив племя Ульфа на грани выживания. Молодой охотник последовал бы за своими людьми, но его связала судьба с Ингрид — девушкой, чью жизнь перечеркнул погасший ночью огонь, ставший символом слабости и отка…
Эта книга — твоё разрешение. Разрешение быть собой: неудобной, разной, текучей. Здесь собраны цитаты о силе, которая не ломает, а течёт; о теле, которое помнит всё; о тишине, в которой мы наконец слышим себя. Без наставлений, без «надо». Просто о гла…
Эта книга — твоё разрешение. Разрешение быть собой: неудобной, разной, текучей. Здесь собраны цитаты о силе, которая не ломает, а течёт; о теле, которое помнит всё; о тишине, в которой мы наконец слышим себя. Без наставлений, без «надо». Просто о гла…
Продолжение эпического фэнтези-приключения! Во втором томе в центре событий — захватывающая гонка на ящерах через суровые земли: пустыни, горы и оазисы. Отряд проходит череду опасных испытаний, сражается с агентами Тёмного Легиона и добывает древний …
Продолжение эпического фэнтези-приключения! Во втором томе в центре событий — захватывающая гонка на ящерах через суровые земли: пустыни, горы и оазисы. Отряд проходит череду опасных испытаний, сражается с агентами Тёмного Легиона и добывает древний …
Высказывание обо всех тонких темах, которые когда-либо затрагивались в мировой культуре, в особенности вопрос бытия и смысла жизни.
Высказывание обо всех тонких темах, которые когда-либо затрагивались в мировой культуре, в особенности вопрос бытия и смысла жизни.





















