русская драматургия
Когда каждый стих - повод для сотен теорий, а каждый поэт - предмет культа. Герой этого рассказа живет в мире глубоких смыслов, пытаясь разгадать код творчества любимого автора.
Этот рассказ - взгляд на одержимость интерпретацией, когда герой готов …
Когда каждый стих - повод для сотен теорий, а каждый поэт - предмет культа. Герой этого рассказа живет в мире глубоких смыслов, пытаясь разгадать код творчества любимого автора.
Этот рассказ - взгляд на одержимость интерпретацией, когда герой готов …
Дэвид Коул ведёт терапию сорок лет. Кофе всегда остывает. Он всегда в левом кресле. Правое — для них.
Входит мужчина — огромный, в тёмном свитере, с мотоциклетным шлемом — и представляет случай: клиент, пятьдесят один, четвёртый брак, на грани развод…
Дэвид Коул ведёт терапию сорок лет. Кофе всегда остывает. Он всегда в левом кресле. Правое — для них.
Входит мужчина — огромный, в тёмном свитере, с мотоциклетным шлемом — и представляет случай: клиент, пятьдесят один, четвёртый брак, на грани развод…
Непростая история о взрослении, поисках себя и становлении как личности в сложное время, полное опасностей и соблазнов. Главный герой мечется между дружбой и семьей, любовью и ненавистью и, все анализируя, спустя годы пытается найти себе место в жизн…
Непростая история о взрослении, поисках себя и становлении как личности в сложное время, полное опасностей и соблазнов. Главный герой мечется между дружбой и семьей, любовью и ненавистью и, все анализируя, спустя годы пытается найти себе место в жизн…
Николай Васильевич Гоголь (1809–1852) родился в селе Великие Сорочинцы Миргородского уезда Полтавской губернии, в семье помещика. Кроме него в семье было ещё шестеро детей. Отец Гоголя, Василий Афанасьевич, имел некоторый литературный дар – он написа…
Николай Васильевич Гоголь (1809–1852) родился в селе Великие Сорочинцы Миргородского уезда Полтавской губернии, в семье помещика. Кроме него в семье было ещё шестеро детей. Отец Гоголя, Василий Афанасьевич, имел некоторый литературный дар – он написа…
Петербург, 1903 год. Княжна Вера Оболенская — идеальная невеста из высшего света, чья помолвка с блестящим гвардейским офицером князем Шереметевым подобна тщательно продуманной дипломатической сделке. Её жизнь расписана по нотам, а будущее предопреде…
Петербург, 1903 год. Княжна Вера Оболенская — идеальная невеста из высшего света, чья помолвка с блестящим гвардейским офицером князем Шереметевым подобна тщательно продуманной дипломатической сделке. Её жизнь расписана по нотам, а будущее предопреде…
В мире, наполненном тенью и забвением, вера становится единственным светом в ночи. Вера — молодая женщина, чей будущий брак превращается в ужасную драму, оказавшись в вихре жестоких сцен, предательства и внутренней борьбы. Глубоко под слоем грязи и и…
В мире, наполненном тенью и забвением, вера становится единственным светом в ночи. Вера — молодая женщина, чей будущий брак превращается в ужасную драму, оказавшись в вихре жестоких сцен, предательства и внутренней борьбы. Глубоко под слоем грязи и и…
Привет, читатель.
Это моя первая пьеса. В тексте могут встречаться неточности и шероховатости — особенно в диалогах и переходах к действию.
Молодой человек отправляется в отпуск, но по воле случая попадает на отдалённый остров и остаётся там один. О…
Привет, читатель.
Это моя первая пьеса. В тексте могут встречаться неточности и шероховатости — особенно в диалогах и переходах к действию.
Молодой человек отправляется в отпуск, но по воле случая попадает на отдалённый остров и остаётся там один. О…
Аксинья ждет возвращения мужа с заработков. Время течёт и течёт, а его всё нет и нет…
Женщина в отчаянии, она перебирает всевозможные причины, но ответа не находит. Однажды в ее селе появляется пришлый, и Аксинью захлестывают «срамные» мысли. Она гон…
Аксинья ждет возвращения мужа с заработков. Время течёт и течёт, а его всё нет и нет…
Женщина в отчаянии, она перебирает всевозможные причины, но ответа не находит. Однажды в ее селе появляется пришлый, и Аксинью захлестывают «срамные» мысли. Она гон…
Книга о потере, с которой невозможно смириться, но с которой приходится жить. Отец, потерявший своего маленького сына, возвращается к воспоминаниям, боли и любви, чтобы найти смысл в том, что кажется бессмысленным.
«Где ты спишь теперь?» — не только…
Книга о потере, с которой невозможно смириться, но с которой приходится жить. Отец, потерявший своего маленького сына, возвращается к воспоминаниям, боли и любви, чтобы найти смысл в том, что кажется бессмысленным.
«Где ты спишь теперь?» — не только…
«Знаю тебя» — так приветствуют друг друга те, кто ещё способен чувствовать в мире, где мысли стали валютой.
Заверган — интроспектор. Он умеет думать, а значит — обречён. Скрываясь среди бездушных граждан, он встречает ЕЁ. Единственную, чей взгляд не…
«Знаю тебя» — так приветствуют друг друга те, кто ещё способен чувствовать в мире, где мысли стали валютой.
Заверган — интроспектор. Он умеет думать, а значит — обречён. Скрываясь среди бездушных граждан, он встречает ЕЁ. Единственную, чей взгляд не…
Книга о потере, с которой невозможно смириться, но с которой приходится жить. Отец, потерявший своего маленького сына, возвращается к воспоминаниям, боли и любви, чтобы найти смысл в том, что кажется бессмысленным.
«Где ты спишь теперь?» — не только…
Книга о потере, с которой невозможно смириться, но с которой приходится жить. Отец, потерявший своего маленького сына, возвращается к воспоминаниям, боли и любви, чтобы найти смысл в том, что кажется бессмысленным.
«Где ты спишь теперь?» — не только…
Один день разрушил жизнь Александра: предательство друга, уход любимой и развод родителей толкнули его на край двенадцатого этажа. Но в шаге от земли время замирает. Таинственный Ангел предлагает сделку: 90 дней «идеальной жизни», где все мечты сбыли…
Один день разрушил жизнь Александра: предательство друга, уход любимой и развод родителей толкнули его на край двенадцатого этажа. Но в шаге от земли время замирает. Таинственный Ангел предлагает сделку: 90 дней «идеальной жизни», где все мечты сбыли…
Бывают встречи, которые нам приятны и волнительны. Мы вспоминаем о них потом всю жизнь с теплом и трепетом, храним их в самых потаённых уголках своей Души. Бывают встречи, которых лучше бы и вовсе не было, о которых хочется забыть, но не всегда это у…
Бывают встречи, которые нам приятны и волнительны. Мы вспоминаем о них потом всю жизнь с теплом и трепетом, храним их в самых потаённых уголках своей Души. Бывают встречи, которых лучше бы и вовсе не было, о которых хочется забыть, но не всегда это у…
Он отсидел пять лет за убийство, которого не совершал.
Выйдя на свободу, сломленный моряк находит приют в уединенной гостинице у моря. Здесь царит покой, здесь ему готовы помочь. Но цена этого убежища — смерть. Гостиница оказывается последней остано…
Он отсидел пять лет за убийство, которого не совершал.
Выйдя на свободу, сломленный моряк находит приют в уединенной гостинице у моря. Здесь царит покой, здесь ему готовы помочь. Но цена этого убежища — смерть. Гостиница оказывается последней остано…
Вытирая кровь со своей щеки, испытываю облегчение. В руках у меня окровавленный кухонный нож. Под ногами лежит тело, ещё теплое, глаза открытые, наполненные болью и страхом… Я сажусь на стул и жду, когда за мной приедут. Жду, слушая размеренное «тик-…
Вытирая кровь со своей щеки, испытываю облегчение. В руках у меня окровавленный кухонный нож. Под ногами лежит тело, ещё теплое, глаза открытые, наполненные болью и страхом… Я сажусь на стул и жду, когда за мной приедут. Жду, слушая размеренное «тик-…
Когда болит душа, то мы все живем в каком-то своем мистическом, неизведанном душевном лабиринте. Главное в этом лабиринте - выжить. А еще лучше - найти того, кто сможет тебя оттуда вывести
Когда болит душа, то мы все живем в каком-то своем мистическом, неизведанном душевном лабиринте. Главное в этом лабиринте - выжить. А еще лучше - найти того, кто сможет тебя оттуда вывести
Шпионский триллер, написанный в смешении стилей: от классической русской психологической прозы до интеллектуальной европейской литературы в духе Умберто Эко и Германа Гессе.
Автор создает многослойное повествование, психологически насыщая прозу, и и…
Шпионский триллер, написанный в смешении стилей: от классической русской психологической прозы до интеллектуальной европейской литературы в духе Умберто Эко и Германа Гессе.
Автор создает многослойное повествование, психологически насыщая прозу, и и…
Это художественная история о мусульманине нашего времени о его страхах, давлении среды, ошибках, внутренней борьбе и выборе. О том, что многие переживают молча.
О боли, через которую рождается сила. Книга почти биографическая.
Местами жёсткая.
Честна…
Это художественная история о мусульманине нашего времени о его страхах, давлении среды, ошибках, внутренней борьбе и выборе. О том, что многие переживают молча.
О боли, через которую рождается сила. Книга почти биографическая.
Местами жёсткая.
Честна…
Что будет, если два важных генерала, которые ничего не умеют делать сами, вдруг окажутся на пустынном острове? Они даже яблоко с дерева сорвать не смогли и чуть не съели друг друга от голода! Но вот им повезло: они встретили простого мужика-трудягу. …
Что будет, если два важных генерала, которые ничего не умеют делать сами, вдруг окажутся на пустынном острове? Они даже яблоко с дерева сорвать не смогли и чуть не съели друг друга от голода! Но вот им повезло: они встретили простого мужика-трудягу. …
Что будет, если вдруг во всём мире пропадёт Совесть – тот самый внутренний голос, который подсказывает, что хорошо, а что плохо? В этой сказке Совесть – не просто слово, а живое существо, похожее на старичка-забияку. Её выбросили за ненадобностью, и …
Что будет, если вдруг во всём мире пропадёт Совесть – тот самый внутренний голос, который подсказывает, что хорошо, а что плохо? В этой сказке Совесть – не просто слово, а живое существо, похожее на старичка-забияку. Её выбросили за ненадобностью, и …





















