русская драматургия

Он ушёл на войну добровольцем. Вернулся без ног — и с правдой, которую страна не хотела слышать. Роман-исповедь ветерана Афганистана. История о том, как проигранная война становится личной битвой длиною в жизнь. И о том, что даже сломанный позвоночн…

Ухта — это не просто точка на карте Коми, это живая стальная клетка. Здесь 16 сентября не наступит никогда. Город зациклился в пульсирующем «вчера», где время пахнет мазутом, а по венам жителей вместо крови течет жидкая медь. Артем — рядовой клерк, с…

Две судьбы. Два города. Один роковой излом времени.Декабрь 1999 года. В ледяной тьме Владивостока Оля Кравцова выжигает себя в бассейне ради секунд, способных спасти жизнь её отца. В заснеженной Москве её ровесница Лёля Вакулеева купается в родительс…

По ту сторону рифмы: поэзия и драма, как акт критического мышления. Этот сборник ломает стереотип о том, что лирика существует отдельно от интеллектуального анализа. На его страницах современная русская поэзия встречается с острой драматургией, а фил…

Книга о людях, России, тоске и метафизике повседневности. О тех, кто пытается жить и ищет смысл. О разговорах на кухнях и ночных улицах, о работе, любви, одиночестве и надежде, что всё обязательно будет хорошо.

Глубокая, эмоционально сильная и социально значимая драма о столкновении человека с жестокостью и полным равнодушием систем. Повесть представляет собой художественно-публицистическое повествование о случае школьной жестокости. В центре сюжета — двена…

Быть красивой — не подарок. Это вина, которую невозможно искупить. Всю жизнь Агафья слышала это молчанием матери, шёпотом одноклассниц, чужими прикосновениями. И однажды она перестала чувствовать. Теперь внутри неё живёт та, кто помогает вырезать бол…

Роман о тоске, которая не знает расстояний. Между уральским посёлком Пышма и островом Сахалин — пять тысяч километров, но одна пустота на двоих. Он и она не знают друг друга, но каждую ночь просыпаются от того, что их ладони пусты. Магический реализм…

Мир из вещей, а не слов - корочка хлеба, спичечные коробки, оранжевый свет печки, запах полыни, дым над кучами палой листвы. Тихо, без объяснений.

В отеле «Фемаль» рушатся привычные опоры. Рита, обманутая исчезнувшим управляющим Ильёй, пытается удержать на плаву и отель, и себя — и соглашается на предложение Генриха, не зная, станет ли это спасением или новой ловушкой. Рома, застав чужую свадьб…

Из серии рассказов Наташи Петербуржской. Произведения охватывают весь спектр человеческих чувств, кризисов и душевных переживаний. Это изысканный, проникновенный слог («кружевная проза»), где во главе угла стоят застенчивость чувств, важность внутрен…

Он дарит забвение. Она пришла за памятью. Фотограф из старой мастерской на тихой улице не делает снимки на память. Он стирает их. Один щелчок затвора — и от мучительных воспоминаний не остается и следа. Его дар — проклятие для одних и спасение для др…

Десять лет назад Василиса исчезла по дороге домой. Для всех она давно стала частью старой трагедии, одной из тех историй, которые со временем превращаются в болезненное воспоминание. Но однажды в тёмном лесу её находит Андрей — замкнутый мужчина, при…

Однажды девушка, встречая свою маму на вокзале, совершает «смертельную» ошибку — её холодность забирает жизнь ребёнка, и это заставляет ангелов-хранителей преподнести «грешнице» ужасный урок. Они забирают Алёну в мир мёртвых и связывают душу девушки …

Однажды девушка, встречая свою маму на вокзале, совершает «смертельную» ошибку — её холодность забирает жизнь ребёнка, и это заставляет ангелов-хранителей преподнести «грешнице» ужасный урок. Они забирают Алёну в мир мёртвых и связывают душу девушки …

Ольга была его первой любовью. Токсичной, страстной, разрушительной. Они любили и ненавидели друг друга с одинаковой силой. Расставались и мирились, пока не расстались навсегда. Пятнадцать лет Максим жил без неё. Женился, завёл детей, забыл. Но прошл…

Он дарит забвение. Она пришла за памятью. Фотограф из старой мастерской на тихой улице не делает снимки на память. Он стирает их. Один щелчок затвора — и от мучительных воспоминаний не остается и следа. Его дар — проклятие для одних и спасение для др…

Это первый рассказ из возможной серии, о моем детстве в Пензе. Рассказ мрачный, но правдивый. Фактически здесь рассказа два, но связаны они одной историей. Если истории из моего детства вызовут интерес, я продолжу, если нет, то нет. В принципе, перио…

Ты — то, что ты отдаёшь. Или то, что получаешь взамен? В маленьком магазине работают два кассира. Один — лампа. Другой — зеркало. Однажды зеркало заговорило, и его услышали все.

Глеб — вымирающий вид. Один из последних людей, кто пытается писать книги сам. Он имеет право сказать нейросети «нет». Но этой ночью произошло нечто ужасное.