рассказы
«Гарик терпеть не мог «Галуаз». Искренне ненавидел приторно-кислый вкус, от которого за версту несло портовыми борделями, и волочащийся за ним шлейф дешевого кортасаровского эстетства. Да только Юлькины приятели, художники-писатели, других сигарет пр…
«Гарик терпеть не мог «Галуаз». Искренне ненавидел приторно-кислый вкус, от которого за версту несло портовыми борделями, и волочащийся за ним шлейф дешевого кортасаровского эстетства. Да только Юлькины приятели, художники-писатели, других сигарет пр…
«– Девушка, мы закрываемся… Поторопитесь или приходите утром.
– Да, я сейчас, – Даша в который раз скользнула глазами по витрине отдела мужской кожгалантереи, – ещё вон ту сумочку покажите, если не трудно. Во втором ряду, справа…»
«– Девушка, мы закрываемся… Поторопитесь или приходите утром.
– Да, я сейчас, – Даша в который раз скользнула глазами по витрине отдела мужской кожгалантереи, – ещё вон ту сумочку покажите, если не трудно. Во втором ряду, справа…»
«– А ну-ка, гражданочка, потеснимся! Ещё чутка…
– Да вы ж меня расплющите, как селёдку!
– Всем ехать надо…
Ленька плечом подтолкнул полнотелую даму, которой никак не грозило превратиться в селёдку, вскарабкался на ступеньку троллейбуса, выдохнул и вы…
«– А ну-ка, гражданочка, потеснимся! Ещё чутка…
– Да вы ж меня расплющите, как селёдку!
– Всем ехать надо…
Ленька плечом подтолкнул полнотелую даму, которой никак не грозило превратиться в селёдку, вскарабкался на ступеньку троллейбуса, выдохнул и вы…
«Как-то профессор Лев Христофорович Минц спустился на первый этаж к Саше Грубину за солью. Великий ученый, отдыхающий в Гусляре от тревог и стрессов большого города, и талантливый самоучка-изобретатель Грубин были холостяками с несложившейся личной ж…
«Как-то профессор Лев Христофорович Минц спустился на первый этаж к Саше Грубину за солью. Великий ученый, отдыхающий в Гусляре от тревог и стрессов большого города, и талантливый самоучка-изобретатель Грубин были холостяками с несложившейся личной ж…
«Известный ученый и изобретатель профессор Лев Христофорович Минц жил в доме № 16 по Пушкинской улице. Был он человеком отзывчивым и добрым, считал своим долгом помогать человечеству. В первую очередь этой слабостью профессора пользовались его соседи…
«Известный ученый и изобретатель профессор Лев Христофорович Минц жил в доме № 16 по Пушкинской улице. Был он человеком отзывчивым и добрым, считал своим долгом помогать человечеству. В первую очередь этой слабостью профессора пользовались его соседи…
Продолжение историй про фрахтовый корабль «Гермес» и его команду. Теперь неугомонный Перси раздобыл заказ на доставку груза на одну из планет миров Апокалипсиса. И, несмотря на протесты капитана Колоброда, «Гермес» все же отправился в этот рискованны…
Продолжение историй про фрахтовый корабль «Гермес» и его команду. Теперь неугомонный Перси раздобыл заказ на доставку груза на одну из планет миров Апокалипсиса. И, несмотря на протесты капитана Колоброда, «Гермес» все же отправился в этот рискованны…
«– Томас Биннори? – переспросил молодой казначей.
– Совершенно верно!
– Бард-изгнанник?!..»
«– Томас Биннори? – переспросил молодой казначей.
– Совершенно верно!
– Бард-изгнанник?!..»
Заела рутина? Нет времени для себя? Лишний день в неделю – это просто. Надо лишь знать, к кому обратиться. Вот только не покажется ли плата чрезмерной? Рассказ является частью сборника «Вспомни меня».
Заела рутина? Нет времени для себя? Лишний день в неделю – это просто. Надо лишь знать, к кому обратиться. Вот только не покажется ли плата чрезмерной? Рассказ является частью сборника «Вспомни меня».
«Когда Леве Минцу было шестнадцать, он был худ, лохмат и восторжен. Аллочка Брусилович гуляла его по набережной Москвы-реки. Они шли вечером мимо Кремля, взявшись за руки. По реке плыли редкие льдины. На одной сидела несчастная кошка, и огни с набере…
«Когда Леве Минцу было шестнадцать, он был худ, лохмат и восторжен. Аллочка Брусилович гуляла его по набережной Москвы-реки. Они шли вечером мимо Кремля, взявшись за руки. По реке плыли редкие льдины. На одной сидела несчастная кошка, и огни с набере…
«Луч маяка скользнул по палубе, как прожектор по тюремному двору, осветив нечесаную бороду, резкое обветренное лицо, серебряного осьминога на кокарде. Дрогнул боливийский флаг, выхваченный светом. Громко щелкнул тумблер. Помехи ударили шершавой волно…
«Луч маяка скользнул по палубе, как прожектор по тюремному двору, осветив нечесаную бороду, резкое обветренное лицо, серебряного осьминога на кокарде. Дрогнул боливийский флаг, выхваченный светом. Громко щелкнул тумблер. Помехи ударили шершавой волно…
«Профессор Минц ждал водопроводчика Кешу, который шел к нему уже вторую неделю. За это время Кешу видели в ресторане «Гусь», где он обмывал новый мерседес бывшего Коляна, а нынче президента фонда «Чистые руки» Николая Тиграновича, встречали Кешу на д…
«Профессор Минц ждал водопроводчика Кешу, который шел к нему уже вторую неделю. За это время Кешу видели в ресторане «Гусь», где он обмывал новый мерседес бывшего Коляна, а нынче президента фонда «Чистые руки» Николая Тиграновича, встречали Кешу на д…
«Космический гость жил некоторое время в крайнем доме, у Свириных. Был он покалечен, сильно страдал, но с врачами или учеными встречаться отказывался, уверял, что пользы это не принесет. Кроме того, подчиняясь своим правилам, полагал, что время для к…
«Космический гость жил некоторое время в крайнем доме, у Свириных. Был он покалечен, сильно страдал, но с врачами или учеными встречаться отказывался, уверял, что пользы это не принесет. Кроме того, подчиняясь своим правилам, полагал, что время для к…
«В городе Великий Гусляр не было цирка, поэтому приехавшая труппа разбила брезентовый шатер-шапито на центральной площади рядом с памятником землепроходцам. По городу были расклеены афиши с изображением львов и канатоходцев. Представления начинались …
«В городе Великий Гусляр не было цирка, поэтому приехавшая труппа разбила брезентовый шатер-шапито на центральной площади рядом с памятником землепроходцам. По городу были расклеены афиши с изображением львов и канатоходцев. Представления начинались …
«– Потише, больно!.. Я ж не статуя.
– Тогда башней не крути, как танк, сиди смирно… Все, перекисью промыл, вроде чисто. Сейчас наложим гипс. В смысле, пластырь. Вот так…
Вадик отрезал кусочек бинта, свернул его, наложил на ссадину и осторожно приклеи…
«– Потише, больно!.. Я ж не статуя.
– Тогда башней не крути, как танк, сиди смирно… Все, перекисью промыл, вроде чисто. Сейчас наложим гипс. В смысле, пластырь. Вот так…
Вадик отрезал кусочек бинта, свернул его, наложил на ссадину и осторожно приклеи…
«„Вот гад!!!“
Эдик в бессильной злобе проводил взглядом серебристый джип, скрывшийся за углом, затем опустил глаза на свою новую финскую куртку. Огромные мутные пятна мгновенно расползлись по светлой ткани, словно кляксы по тетрадке нерадивого школьн…
«„Вот гад!!!“
Эдик в бессильной злобе проводил взглядом серебристый джип, скрывшийся за углом, затем опустил глаза на свою новую финскую куртку. Огромные мутные пятна мгновенно расползлись по светлой ткани, словно кляксы по тетрадке нерадивого школьн…
«В каком-то научном журнале о жизни фауны я вычитал, что с точки зрения кошаков Господь создал людей с одной целью – кормить этих самых кошаков. Вероятно, с точки зрения моего собрата по ремеслу Жоры, я существую на белом свете исключительно, чтоб до…
«В каком-то научном журнале о жизни фауны я вычитал, что с точки зрения кошаков Господь создал людей с одной целью – кормить этих самых кошаков. Вероятно, с точки зрения моего собрата по ремеслу Жоры, я существую на белом свете исключительно, чтоб до…
«Гончая рвалась с цепи, хрипела, душила себя. От старания у нее вываливался язык. На губах закипала пена ярости.
– Уймись!
Сапог пнул псину в брюхо, заставив завизжать, закрутиться на месте. Собака начала кусать взорвавшийся болью бок, отчего еще яро…
«Гончая рвалась с цепи, хрипела, душила себя. От старания у нее вываливался язык. На губах закипала пена ярости.
– Уймись!
Сапог пнул псину в брюхо, заставив завизжать, закрутиться на месте. Собака начала кусать взорвавшийся болью бок, отчего еще яро…
«Мы делаем вид, что не верим в нечистую силу. Правда, некоторые теперь перестали стесняться и пытаются построить свою жизнь соответственно астрологическому прогнозу, придуманному на кухне гражданином Сидорчуком с помощью ножниц и клея. Даже ни единог…
«Мы делаем вид, что не верим в нечистую силу. Правда, некоторые теперь перестали стесняться и пытаются построить свою жизнь соответственно астрологическому прогнозу, придуманному на кухне гражданином Сидорчуком с помощью ножниц и клея. Даже ни единог…
«Поезд тронулся.
Господи, это ведь сплошная банальность – отправление поезда! Перрон плывет за окном. Провожающие машут руками. Толстая мамаша бежит рядом с вагоном, давая дочке, уезжающей в Москву, финальные напутствия. Дочка, та еще фифа, трещит по…
«Поезд тронулся.
Господи, это ведь сплошная банальность – отправление поезда! Перрон плывет за окном. Провожающие машут руками. Толстая мамаша бежит рядом с вагоном, давая дочке, уезжающей в Москву, финальные напутствия. Дочка, та еще фифа, трещит по…
«Он брел по аллее парка.
Угасающий день бросал на человека косые взгляды. Дню оставалось недолго, а человеку – еще жить и жить. День завидовал. Солнце, багровое как бархат театрального занавеса, слепило глаза закатными высверками. Человек в ответ щур…
«Он брел по аллее парка.
Угасающий день бросал на человека косые взгляды. Дню оставалось недолго, а человеку – еще жить и жить. День завидовал. Солнце, багровое как бархат театрального занавеса, слепило глаза закатными высверками. Человек в ответ щур…