рассказы
Нелегко жить в немецкой деревушки на границе владений двух сеньоров, воюющих между собой. Именно в таком селении в далекие времена средневековья в сердце простой девушки зародилось страстное желания мира – с этого-то все и началось…
Нелегко жить в немецкой деревушки на границе владений двух сеньоров, воюющих между собой. Именно в таком селении в далекие времена средневековья в сердце простой девушки зародилось страстное желания мира – с этого-то все и началось…
«Хэвиланд Таф редко брал что-либо на заметку по слухам, и это, конечно, происходило потому, что лишь редкие слухи достигали его ушей. На этой планете туристов не было ничего такого, что могло бы испугать его. Но даже в тех случаях, когда он смешивалс…
«Хэвиланд Таф редко брал что-либо на заметку по слухам, и это, конечно, происходило потому, что лишь редкие слухи достигали его ушей. На этой планете туристов не было ничего такого, что могло бы испугать его. Но даже в тех случаях, когда он смешивалс…
Если тебе снится страшный сон, нужно просто проснуться. Конечно, проснуться, что может быть проще. Но, что если наяву еще страшнее…
Если тебе снится страшный сон, нужно просто проснуться. Конечно, проснуться, что может быть проще. Но, что если наяву еще страшнее…
В один не слишком прекрасный день пришла беда – мертвые стали подниматься из могил и начали жестокую войну против живых. Мертвецы, получившие название хучей, осаждают замок Генри Ропдайка. Генри приказывает устроить полную проверку солдат и жителей з…
В один не слишком прекрасный день пришла беда – мертвые стали подниматься из могил и начали жестокую войну против живых. Мертвецы, получившие название хучей, осаждают замок Генри Ропдайка. Генри приказывает устроить полную проверку солдат и жителей з…
«Мальчик любил мать. И она любила его страстно. Но ничего толкового из этой любви не получалось.
Впрочем, с матерью вообще было трудно, и мальчик уже притерпелся к выбоинам и ухабам ее характера. Ею правило настроение, поэтому раз пять на день меняла…
«Мальчик любил мать. И она любила его страстно. Но ничего толкового из этой любви не получалось.
Впрочем, с матерью вообще было трудно, и мальчик уже притерпелся к выбоинам и ухабам ее характера. Ею правило настроение, поэтому раз пять на день меняла…
«Он уехал далеко и надолго, почти безвозвратно. Паровоз курьерского поезда, удалившись, запел в открытом пространстве на расставание: провожающие ушли с пассажирской платформы обратно к оседлой жизни, появился носильщик со шваброй и начал убирать пер…
«Он уехал далеко и надолго, почти безвозвратно. Паровоз курьерского поезда, удалившись, запел в открытом пространстве на расставание: провожающие ушли с пассажирской платформы обратно к оседлой жизни, появился носильщик со шваброй и начал убирать пер…
полная версия«Рано утром за сквозной решеткой ограды парка слышен был тихий разговор. Молодой человек, спавший в северной угловой комнате, проснулся в тот момент, когда короткий выразительный крик женщины заглушил чириканье птиц.
Проснувшийся некоторое время лежа…
«Рано утром за сквозной решеткой ограды парка слышен был тихий разговор. Молодой человек, спавший в северной угловой комнате, проснулся в тот момент, когда короткий выразительный крик женщины заглушил чириканье птиц.
Проснувшийся некоторое время лежа…
«Каждое утро без четверти семь на моем столе звонит будильник, напоминая мне о том, что пора вставать и идти на работу. Ни вставать, ни идти на работу я, естественно, не хочу. На дворе еще ночь, и забрызганное дождем окно едва видно на темной стене. …
«Каждое утро без четверти семь на моем столе звонит будильник, напоминая мне о том, что пора вставать и идти на работу. Ни вставать, ни идти на работу я, естественно, не хочу. На дворе еще ночь, и забрызганное дождем окно едва видно на темной стене. …
полная версия«– Нет, трудно в наше время быть «собственным корреспондентом». Я, как говорится, выбит из седла и не знаю, о чем теперь писать. Вы помните мой рождественский фельетон? Я сделал любопытный подсчет, сколько десятков миллионов бутылок вина и шампанског…
«– Нет, трудно в наше время быть «собственным корреспондентом». Я, как говорится, выбит из седла и не знаю, о чем теперь писать. Вы помните мой рождественский фельетон? Я сделал любопытный подсчет, сколько десятков миллионов бутылок вина и шампанског…
*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ВЕЛЛЕРОМ МИХАИЛОМ ИОСИФОВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ВЕЛЛЕРА МИХАИЛА ИОСИФОВИЧА.
«Его должны были расстрелять на рассвете.
На ра…
*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ВЕЛЛЕРОМ МИХАИЛОМ ИОСИФОВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ВЕЛЛЕРА МИХАИЛА ИОСИФОВИЧА.
«Его должны были расстрелять на рассвете.
На ра…
«„Юнкерсы“ налетели внезапно.
Их тонкохвостые стремительные тени вынырнули из-за островерхих, разбитых минами крыш и обрушили на город неистовый громовой рев. Оглушенный им, автоматчик Волока замедлил бег, присев, втянул голову в плечи и на несколько…
«„Юнкерсы“ налетели внезапно.
Их тонкохвостые стремительные тени вынырнули из-за островерхих, разбитых минами крыш и обрушили на город неистовый громовой рев. Оглушенный им, автоматчик Волока замедлил бег, присев, втянул голову в плечи и на несколько…
Читателям – от комиссара Фухе:
Вольному – воля, а тому, кто попал ко мне в руки, – если не рай, то уж ад точно обеспечен! Надеюсь, читатель, нервы у тебя покрепче, чем черепа у моих подследственных. Впрочем, и это не спасает.
А пока – читайте, завиду…
Читателям – от комиссара Фухе:
Вольному – воля, а тому, кто попал ко мне в руки, – если не рай, то уж ад точно обеспечен! Надеюсь, читатель, нервы у тебя покрепче, чем черепа у моих подследственных. Впрочем, и это не спасает.
А пока – читайте, завиду…
«… Морской инженер Семен Васильевич Саввин лишь изредка выпивал, но постоянно пить вино не любил. Он не любил и моря: „В море грустно, там тоска, – говорил он, – море само по себе не красивое, оно простое и серьезное: это водоем, где водится рыба для…
«… Морской инженер Семен Васильевич Саввин лишь изредка выпивал, но постоянно пить вино не любил. Он не любил и моря: „В море грустно, там тоска, – говорил он, – море само по себе не красивое, оно простое и серьезное: это водоем, где водится рыба для…
Как известно, красота – это страшная сила. Настолько страшная, что если ее приправить твердостью духа и мощью интеллекта прекраснейшей из английских девушек, то у пришельцев не останется ни единого шанса...
Как известно, красота – это страшная сила. Настолько страшная, что если ее приправить твердостью духа и мощью интеллекта прекраснейшей из английских девушек, то у пришельцев не останется ни единого шанса...
Только полковник собрался обрисовать летчикам план операции, как откуда-то сверху раздался голос: «Ты что делаешь, сволочь?» Причём, это слышал не один полковник, но и все остальные (включая полкового священника). Именно поэтому (и не только), операц…
Только полковник собрался обрисовать летчикам план операции, как откуда-то сверху раздался голос: «Ты что делаешь, сволочь?» Причём, это слышал не один полковник, но и все остальные (включая полкового священника). Именно поэтому (и не только), операц…
полная версия«Я проснулся по крайней мере на час раньше обыкновенного. Это само по себе было уже очень странно, и, размышляя об этом, я пролежал в постели около часа. Я не знал, в чем дело, но чувствовал, что не все обстоит благополучно. Меня томило предчувствие …
«Я проснулся по крайней мере на час раньше обыкновенного. Это само по себе было уже очень странно, и, размышляя об этом, я пролежал в постели около часа. Я не знал, в чем дело, но чувствовал, что не все обстоит благополучно. Меня томило предчувствие …
«Голос робота-информатора:
– Лифт-экспресс на систему Пратта отбывает с главной платформы.
И – старт. Тяжелые створки люков отделили пассажирский салон от людных лунных перронов. Пассажиры занимались своими делами. Все стояли, сидячие места отсутство…
«Голос робота-информатора:
– Лифт-экспресс на систему Пратта отбывает с главной платформы.
И – старт. Тяжелые створки люков отделили пассажирский салон от людных лунных перронов. Пассажиры занимались своими делами. Все стояли, сидячие места отсутство…
Это первая книга из цикла, рассказывающего о жизни Безлюдных пространств. Впрочем, пространства эти вовсе не безлюдны. Но они пускают к себе только тех, кто не хочет людям зла… Здесь немало тайн и очень подходящие места для приключений. Но приключени…
Это первая книга из цикла, рассказывающего о жизни Безлюдных пространств. Впрочем, пространства эти вовсе не безлюдны. Но они пускают к себе только тех, кто не хочет людям зла… Здесь немало тайн и очень подходящие места для приключений. Но приключени…