рассказы
«Как глубоко я завидую людям, которые имеют право, с светлою радостью на измятых жизнью лицах, говорить про свое детство как про время золотое, незабвенное. Сурово понуривши буйную голову, я исподлобья смотрю на этих людей и с злостью, рвущей сердце …
«Как глубоко я завидую людям, которые имеют право, с светлою радостью на измятых жизнью лицах, говорить про свое детство как про время золотое, незабвенное. Сурово понуривши буйную голову, я исподлобья смотрю на этих людей и с злостью, рвущей сердце …
Добрый рассказ о добром старике и его "обратном одиночестве", которое не требует ничего для себя, а мучает невозможностью отдавать, любить и жертвовать собой.И о том, как легко он справился с этой бедой.
Добрый рассказ о добром старике и его "обратном одиночестве", которое не требует ничего для себя, а мучает невозможностью отдавать, любить и жертвовать собой.И о том, как легко он справился с этой бедой.
«… В часы усталости духа, – когда память оживляет тени прошлого и от них на сердце веет холодом, когда мысль, как бесстрастное солнце осени, освещает грозный хаос настоящего и зловеще кружится над хаосом дня, бессильная подняться выше, лететь вперед,…
«… В часы усталости духа, – когда память оживляет тени прошлого и от них на сердце веет холодом, когда мысль, как бесстрастное солнце осени, освещает грозный хаос настоящего и зловеще кружится над хаосом дня, бессильная подняться выше, лететь вперед,…
Короткий добрый рассказ о том, что происходит в сердце черствого, битого жизнью человека, который ко всему приобрел твердость, но потерял чувствительность.
Короткий добрый рассказ о том, что происходит в сердце черствого, битого жизнью человека, который ко всему приобрел твердость, но потерял чувствительность.
Книга «На пути в никуда» написана, в главной ее части, на борту судна, в промежутках между вахтами. Автор – Анатолий Мерзлов, в прошлом моряк дальнего плавания, инженер-механик. Необыкновенно достоверные ощущения гарантированы слушателю. В полной кра…
Книга «На пути в никуда» написана, в главной ее части, на борту судна, в промежутках между вахтами. Автор – Анатолий Мерзлов, в прошлом моряк дальнего плавания, инженер-механик. Необыкновенно достоверные ощущения гарантированы слушателю. В полной кра…
«Купе первого класса.
На диване, обитом малиновым бархатом, полулежит хорошенькая дамочка. Дорогой бахромчатый веер трещит в ее судорожно сжатой руке, pince-nez то и дело спадает с ее хорошенького носика, брошка на груди то поднимается, то опускается…
«Купе первого класса.
На диване, обитом малиновым бархатом, полулежит хорошенькая дамочка. Дорогой бахромчатый веер трещит в ее судорожно сжатой руке, pince-nez то и дело спадает с ее хорошенького носика, брошка на груди то поднимается, то опускается…
«Мой собеседник – офицер, он участвовал в последней кампании, дважды ранен – в шею, навылет, и в ногу. Широкое, курносое лицо, светлая борода и ощипанные усы; он не привык к штатскому платью – постоянно оглядывает его, кривя губы, и трогает дрожащими…
«Мой собеседник – офицер, он участвовал в последней кампании, дважды ранен – в шею, навылет, и в ногу. Широкое, курносое лицо, светлая борода и ощипанные усы; он не привык к штатскому платью – постоянно оглядывает его, кривя губы, и трогает дрожащими…
"Short story “The Blue Cross” is Chesterton's first Father Brown mystery.
It introduces the characters Flambeau and Valentin. It is unique among the Father Brown mysteries in that it does not follow the actions of the Father himself, but rather those…
"Short story “The Blue Cross” is Chesterton's first Father Brown mystery.
It introduces the characters Flambeau and Valentin. It is unique among the Father Brown mysteries in that it does not follow the actions of the Father himself, but rather those…
Мир, созданный Андреем Платоновым, это мир гениальных, самоотверженных и влюбленных в жизнь людей. Для них не существует препятствий на пути переустройства и всей вселенной. Подвиг для этих людей – скорее обыденность, чем вынужденная мера. Их сердца …
Мир, созданный Андреем Платоновым, это мир гениальных, самоотверженных и влюбленных в жизнь людей. Для них не существует препятствий на пути переустройства и всей вселенной. Подвиг для этих людей – скорее обыденность, чем вынужденная мера. Их сердца …
Cвой знаменитый рассказ «Старуха Изергиль» Максим Горький написал в 1894 году. В него вошли две замечательные легенды: легенда о Ларре и легенда о Данко.
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 80, 16 апреля; номер 86, 23 апреля; номер 8…
Cвой знаменитый рассказ «Старуха Изергиль» Максим Горький написал в 1894 году. В него вошли две замечательные легенды: легенда о Ларре и легенда о Данко.
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 80, 16 апреля; номер 86, 23 апреля; номер 8…
Мир, созданный Андреем Платоновым, это мир гениальных, самоотверженных и влюбленных в жизнь людей. Для них не существует препятствий на пути переустройства и всей вселенной. Подвиг для этих людей – скорее обыденность, чем вынужденная мера. Их сердца …
Мир, созданный Андреем Платоновым, это мир гениальных, самоотверженных и влюбленных в жизнь людей. Для них не существует препятствий на пути переустройства и всей вселенной. Подвиг для этих людей – скорее обыденность, чем вынужденная мера. Их сердца …
«…Он был в полном смысле слова – мужчина. Его рыжая грива была густа, как июльская рожь, а широкое, красное от ветра лицо походило на доску, на которой повар крошит мясо…»
Он рвётся показать спящим обывателям города «все гавани в мире», но «во всей т…
«…Он был в полном смысле слова – мужчина. Его рыжая грива была густа, как июльская рожь, а широкое, красное от ветра лицо походило на доску, на которой повар крошит мясо…»
Он рвётся показать спящим обывателям города «все гавани в мире», но «во всей т…
«… – А ревнивые супруги! – подхватил я. – Помнишь их, Андерс? Когда она застала мужа с горничной – что было? Где крики? Где ссора и скандал? Ни звука! Просто взяла она горничную и с мягкой улыбкой выбросила в открытое окно. Правда, та сломала себе но…
«… – А ревнивые супруги! – подхватил я. – Помнишь их, Андерс? Когда она застала мужа с горничной – что было? Где крики? Где ссора и скандал? Ни звука! Просто взяла она горничную и с мягкой улыбкой выбросила в открытое окно. Правда, та сломала себе но…
«… В комнату вошел один из рецензентов.
Он опрокинул попавшееся на его пути кресло, вежливо поклонился портрету Толстого и, обратившись к печкe, спросил ее:
– Вы, кажется, заведуете теперь театром? Куда я сегодня должен пойти? …»
«… В комнату вошел один из рецензентов.
Он опрокинул попавшееся на его пути кресло, вежливо поклонился портрету Толстого и, обратившись к печкe, спросил ее:
– Вы, кажется, заведуете теперь театром? Куда я сегодня должен пойти? …»
«… – Ну ладно! Печатайте сто, только так: пятьдесят штук одного сорта и пятьдесят штук – другого.
– На разной бумаге?
– Нет – я говорю, разного сорта. На одних напечатайте так: «Светлейший князь Иван Иванович Голенищев-Кутузов», а на других просто: «…
«… – Ну ладно! Печатайте сто, только так: пятьдесят штук одного сорта и пятьдесят штук – другого.
– На разной бумаге?
– Нет – я говорю, разного сорта. На одних напечатайте так: «Светлейший князь Иван Иванович Голенищев-Кутузов», а на других просто: «…
«… Раздавая роли, режиссер прежде всего протянул толстую, увесистую тетрадь премьерше Любарской.
– Ого! – сказала премьерша.
Потом режиссер дал другую такую же тетрадь любовнику Закатову.
– Боже! – с ужасом в глазах вздохнул любовник. – Здесь фунта д…
«… Раздавая роли, режиссер прежде всего протянул толстую, увесистую тетрадь премьерше Любарской.
– Ого! – сказала премьерша.
Потом режиссер дал другую такую же тетрадь любовнику Закатову.
– Боже! – с ужасом в глазах вздохнул любовник. – Здесь фунта д…
«…По совести сказать, всё наше семейство до водки очень охотники. Я грамотный, в городе в табачном магазине служил шесть лет и могу поговорить со всяким образованным господином, и разные хорошие слова могу говорить, но как я читал в одной книжке, что…
«…По совести сказать, всё наше семейство до водки очень охотники. Я грамотный, в городе в табачном магазине служил шесть лет и могу поговорить со всяким образованным господином, и разные хорошие слова могу говорить, но как я читал в одной книжке, что…
«Нам не спалось. Мы вошли в вагон с желанием отдохнуть в его призрачных потемках под говор колес, под ритмическое колыхание мягких диванов, когда дремотная мысль точно плывет по волнистому безбрежью, – а случилось так, что мы о чем-то заговорили, о к…
«Нам не спалось. Мы вошли в вагон с желанием отдохнуть в его призрачных потемках под говор колес, под ритмическое колыхание мягких диванов, когда дремотная мысль точно плывет по волнистому безбрежью, – а случилось так, что мы о чем-то заговорили, о к…
«…Одна девочка ушла из дома в лес. В лесу она заблудилась и стала искать дорогу домой, да не нашла, а пришла в лесу к домику.
Дверь была отворена; она посмотрела в дверь, видит: в домике никого нет, и вошла. В домике этом жили три медведя. Один медве…
«…Одна девочка ушла из дома в лес. В лесу она заблудилась и стала искать дорогу домой, да не нашла, а пришла в лесу к домику.
Дверь была отворена; она посмотрела в дверь, видит: в домике никого нет, и вошла. В домике этом жили три медведя. Один медве…