рассказы
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Бескорыстные дары во имя любви!
Герои рассказов О. Генри …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Бескорыстные дары во имя любви!
Герои рассказов О. Генри …
«Москва. Сочельник. Двенадцать градусов мороза. Ночь. Весь густо-синий небосклон усыпан яркими, шевелящимися, дрожащими огромными звёздами. В старинной церкви у Спаса на Бору идёт предрождественское Всенощное бдение. Церковь эта, расположенная рядом …
«Москва. Сочельник. Двенадцать градусов мороза. Ночь. Весь густо-синий небосклон усыпан яркими, шевелящимися, дрожащими огромными звёздами. В старинной церкви у Спаса на Бору идёт предрождественское Всенощное бдение. Церковь эта, расположенная рядом …
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
«Вначале разговор носил общий характер, а затем перешел на личность одного из присутствующих. Это был человек небольшого роста, крепкий и жилистый, с круглым бритым лицом и тонким голосом. Он сидел у стола в кресле. Красный абажур лампы бросал свет н…
«Вначале разговор носил общий характер, а затем перешел на личность одного из присутствующих. Это был человек небольшого роста, крепкий и жилистый, с круглым бритым лицом и тонким голосом. Он сидел у стола в кресле. Красный абажур лампы бросал свет н…
«Худенький мальчик тонким пронзительным голосом распевал эту морскую песню, которую во всех частях света горланят матросы, выбирая якорь, чтобы двинуться в порт Фриско. Это был обыкновенный мальчуган, он никогда и моря-то в глаза не видел, но всего в…
«Худенький мальчик тонким пронзительным голосом распевал эту морскую песню, которую во всех частях света горланят матросы, выбирая якорь, чтобы двинуться в порт Фриско. Это был обыкновенный мальчуган, он никогда и моря-то в глаза не видел, но всего в…
Два бродяги в лохмотьях уверяют друг друга, что они – просто ограбленные богачи… И врёт из них лишь один – будущий знаменитый актёр.
© FantLab.ru
Два бродяги в лохмотьях уверяют друг друга, что они – просто ограбленные богачи… И врёт из них лишь один – будущий знаменитый актёр.
© FantLab.ru
Впервые напечатано в газете «Волжский вестник», 1894, номер 163, 29 июня.
В собрания сочинений рассказ не включался. Печатается по тексту «Волжского вестника».
Впервые напечатано в газете «Волжский вестник», 1894, номер 163, 29 июня.
В собрания сочинений рассказ не включался. Печатается по тексту «Волжского вестника».
«На клиросе стоит дьячок Отлукавин и держит между вытянутыми жирными пальцами огрызенное гусиное перо. Маленький лоб его собрался в морщины, на носу играют пятна всех цветов, начиная от розового и кончая темно-синим. Перед ним на рыжем переплете Цвет…
«На клиросе стоит дьячок Отлукавин и держит между вытянутыми жирными пальцами огрызенное гусиное перо. Маленький лоб его собрался в морщины, на носу играют пятна всех цветов, начиная от розового и кончая темно-синим. Перед ним на рыжем переплете Цвет…
«…Среди массы бумаг, книг, прошлогодних газет, ветхих стульев, сапог, халатов, кинжалов и колпаков, на маленькой, обитой сизым коленкором кушетке спала его хорошенькая жена, Амаранта. Умиленный Зинзага подошел к ней и, после некоторого размышления, д…
«…Среди массы бумаг, книг, прошлогодних газет, ветхих стульев, сапог, халатов, кинжалов и колпаков, на маленькой, обитой сизым коленкором кушетке спала его хорошенькая жена, Амаранта. Умиленный Зинзага подошел к ней и, после некоторого размышления, д…
Сейчас много говорится о насилии в школах, когда ученики зачастую «травят» своих сверстников. Не устрашают некоторых ни строгие учителя, ни полиция. Автор этого рассказа решил побороться с этим позорным явлением с помощью «СЛОВА», которое может «дост…
Сейчас много говорится о насилии в школах, когда ученики зачастую «травят» своих сверстников. Не устрашают некоторых ни строгие учителя, ни полиция. Автор этого рассказа решил побороться с этим позорным явлением с помощью «СЛОВА», которое может «дост…
Завораживающая аудиокнига из серии двуязычных книг «Английский в удовольствие» издательства «Станица-Киев» – сказка «Звёздный мальчик» Оскара Уайльда, поучительная история о красоте формы и уродливости содержания, силках желаний и привлекательности д…
Завораживающая аудиокнига из серии двуязычных книг «Английский в удовольствие» издательства «Станица-Киев» – сказка «Звёздный мальчик» Оскара Уайльда, поучительная история о красоте формы и уродливости содержания, силках желаний и привлекательности д…
Рассказ выдающегося канадского писателя-фантаста Альфреда Элтона ван Вогта (1912–2000) необычайно легко и непритязательно повествует о забавных проблемах, которые вполне могли бы возникнуть, если бы загадочные старинные часы вдруг возвратили вас, ― м…
Рассказ выдающегося канадского писателя-фантаста Альфреда Элтона ван Вогта (1912–2000) необычайно легко и непритязательно повествует о забавных проблемах, которые вполне могли бы возникнуть, если бы загадочные старинные часы вдруг возвратили вас, ― м…
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуго…
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуго…
«…С чемоданом в руке Майя заглянула в соседнюю комнату. Гуннар развалился в кресле и, как обычно, читал латышскую газету, которую получал по подписке. Мужа Майя вывезла из Латвии.
– Я ухожу! – сказала Майя.
– Куда? – спросил Гуннар. – Ты помнишь Мати…
«…С чемоданом в руке Майя заглянула в соседнюю комнату. Гуннар развалился в кресле и, как обычно, читал латышскую газету, которую получал по подписке. Мужа Майя вывезла из Латвии.
– Я ухожу! – сказала Майя.
– Куда? – спросил Гуннар. – Ты помнишь Мати…
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
«Я теперь не сумею даже припомнить, какое дело или какой каприз судьбы забросили меня на целую зиму в этот маленький северный русский городишко, о котором учебники географии говорят кратко: „уездный город такой-то“, не приводя о нем никаких дальнейши…
«Я теперь не сумею даже припомнить, какое дело или какой каприз судьбы забросили меня на целую зиму в этот маленький северный русский городишко, о котором учебники географии говорят кратко: „уездный город такой-то“, не приводя о нем никаких дальнейши…
«В ночь на 2 июня в одесском порту на пароходе „Трансбалт“ произошел пожар.
В трюмах огромного парохода горел привезенный из-за границы джут.
Команда парохода самоотверженно боролась с огнем, и в этой борьбе один из команды – комсорг Петр Рыкин – пог…
«В ночь на 2 июня в одесском порту на пароходе „Трансбалт“ произошел пожар.
В трюмах огромного парохода горел привезенный из-за границы джут.
Команда парохода самоотверженно боролась с огнем, и в этой борьбе один из команды – комсорг Петр Рыкин – пог…
«Мы расположились на привал в оазисе. Спутники спали. Один араб, высокий и белый, прошел мимо меня; он задал корм верблюдам и пошел спать…»
«Мы расположились на привал в оазисе. Спутники спали. Один араб, высокий и белый, прошел мимо меня; он задал корм верблюдам и пошел спать…»