рассказы
Тем летом я собирался ехать в нашу столицу, поработать до осени. Я жил в небольшом городке нашей большой республики, где по сути делать было нечего...
Тем летом я собирался ехать в нашу столицу, поработать до осени. Я жил в небольшом городке нашей большой республики, где по сути делать было нечего...
Книга состоит из нескольких рассказов, посвященных любви и разочарованиям, которые она приносит. Также и жертва всяческих истязаний в прошлом и самопожертвование ради блага.
Это мои первые рассказы, в которые вложил свою душу. И ты, дорогой мой читат…
Книга состоит из нескольких рассказов, посвященных любви и разочарованиям, которые она приносит. Также и жертва всяческих истязаний в прошлом и самопожертвование ради блага.
Это мои первые рассказы, в которые вложил свою душу. И ты, дорогой мой читат…
Рассказ о человеке совершившим преступление во имя чести и вынужденном покинуть родной город, но вскоре выясняется, что он не в силах жить на чужбине вдали от родного города, и герой возвращается, зная, что его ждет арест и долгое тюремное заключение…
Рассказ о человеке совершившим преступление во имя чести и вынужденном покинуть родной город, но вскоре выясняется, что он не в силах жить на чужбине вдали от родного города, и герой возвращается, зная, что его ждет арест и долгое тюремное заключение…
«Я таки та женщина, которая любит много говорить! Как раз на такую напали. Посмотрите-ка на меня. Доставьте себе это маленькое удовольствие. Что, – красивая картина? Кто же здесь может говорить, и что здесь может говорить? Больная, больная и больная!…
«Я таки та женщина, которая любит много говорить! Как раз на такую напали. Посмотрите-ка на меня. Доставьте себе это маленькое удовольствие. Что, – красивая картина? Кто же здесь может говорить, и что здесь может говорить? Больная, больная и больная!…
Часто одиннадцатилетний Волька, гоняя поутру барских гусей к пруду, останавливался в уровень с окошком барышниной комнаты, поднимался на цыпочки, стараясь заглянуть вовнутрь этого нарядного голубого гнездышка, где жила безвыходно маленькая, двенадцат…
Часто одиннадцатилетний Волька, гоняя поутру барских гусей к пруду, останавливался в уровень с окошком барышниной комнаты, поднимался на цыпочки, стараясь заглянуть вовнутрь этого нарядного голубого гнездышка, где жила безвыходно маленькая, двенадцат…
полная версияРассказ о заядлом рыбаке, который вышел в море в последний раз и переосмыслил всю свою жизнь.
Рассказ о заядлом рыбаке, который вышел в море в последний раз и переосмыслил всю свою жизнь.
«Днем шел дождь. В саду сыро.
Сидим на террасе, смотрим, как переливаются далеко на горизонте огоньки Сен-Жермена и Вирофле. Эта даль отсюда, с нашей высокой лесной горы, кажется океаном, и мы различаем фонарики мола, вспышки маяка, сигнальные светы …
«Днем шел дождь. В саду сыро.
Сидим на террасе, смотрим, как переливаются далеко на горизонте огоньки Сен-Жермена и Вирофле. Эта даль отсюда, с нашей высокой лесной горы, кажется океаном, и мы различаем фонарики мола, вспышки маяка, сигнальные светы …
«… Этого Кирпичева я уже не видел… не помню сколько.
Петербург странный город: кажется, будто позавчера только встречался на Невском со знакомым человеком. А он за это время или уже Европу успел объехать и жениться на вдове из Иркутска, или полгода к…
«… Этого Кирпичева я уже не видел… не помню сколько.
Петербург странный город: кажется, будто позавчера только встречался на Невском со знакомым человеком. А он за это время или уже Европу успел объехать и жениться на вдове из Иркутска, или полгода к…
«… – А-а… Как же! Как же!! Ну, как поживает старина Дирк? Попрыгивает?
– О, его уже нет и на свете. Двадцать лет тому назад умер.
– Ну, что вы! Воображаю, как круто приходится теперь несчастному Голлинсу… Наверное, от былой жизнерадостности не остало…
«… – А-а… Как же! Как же!! Ну, как поживает старина Дирк? Попрыгивает?
– О, его уже нет и на свете. Двадцать лет тому назад умер.
– Ну, что вы! Воображаю, как круто приходится теперь несчастному Голлинсу… Наверное, от былой жизнерадостности не остало…
Несчастья и черные полосы невезения - большей частью наши иллюзии, обман личной интерпретации. Главный герой в рассказе пытается найти причину невезения и с помощью опытного друга понимает, что плохое в жизни не так-то и просто найти. Методика предел…
Несчастья и черные полосы невезения - большей частью наши иллюзии, обман личной интерпретации. Главный герой в рассказе пытается найти причину невезения и с помощью опытного друга понимает, что плохое в жизни не так-то и просто найти. Методика предел…
Цикл лёгких детективных рассказов, главные герои которого - частные сыщики Никита Чернов и Матвей Лебедев. Они как Глеб Жеглов и Володя Шарапов. Ну, почти. Хотя, нет... Эти ребята совсем другие. Детективное агентство «Черный лебедь» к вашим услугам.
Цикл лёгких детективных рассказов, главные герои которого - частные сыщики Никита Чернов и Матвей Лебедев. Они как Глеб Жеглов и Володя Шарапов. Ну, почти. Хотя, нет... Эти ребята совсем другие. Детективное агентство «Черный лебедь» к вашим услугам.
Расстроенная женщина с неустроенной личной жизнь пошла в аптеку, а там в очереди... монахиня.
Расстроенная женщина с неустроенной личной жизнь пошла в аптеку, а там в очереди... монахиня.
Сборник рассказов, умещающийся в кармане и создающий там свой собственный мир.
Сборник рассказов, умещающийся в кармане и создающий там свой собственный мир.
«Мир вашей мечты» – игра, в которую сбегают подростки от своих проблем. Она поглощает их в свой новый мир без забот. Стелла Морц, однажды не найдя своих братьев, отправляется на их поиски. Но сможет ли она спасти их, и захотят ли они быть спасенными?…
«Мир вашей мечты» – игра, в которую сбегают подростки от своих проблем. Она поглощает их в свой новый мир без забот. Стелла Морц, однажды не найдя своих братьев, отправляется на их поиски. Но сможет ли она спасти их, и захотят ли они быть спасенными?…
Это пять дней моего детства. Одни из самых чудесных, летящих и солнечных дней лета, наполненных ветрами, тайнами и живыми сказками, верными друзьями, настоящими приключениями. Они навсегда со мной, прячутся на обратной стороне зрачков. Стоит только з…
Это пять дней моего детства. Одни из самых чудесных, летящих и солнечных дней лета, наполненных ветрами, тайнами и живыми сказками, верными друзьями, настоящими приключениями. Они навсегда со мной, прячутся на обратной стороне зрачков. Стоит только з…
Двое детей. Брат и сестра, живущие на территории закрытой воинской части. Солнечный рассказ-воспоминание об одном августовском дне…
Двое детей. Брат и сестра, живущие на территории закрытой воинской части. Солнечный рассказ-воспоминание об одном августовском дне…
«Марьей Ивановной называлась обезьяна, самка, из породы павианов. Вероятно, это разновидность породы, потому что она мала ростом, но красный с синим зад, сложение тела и немного лающий голос убеждают меня в моем мнении. Подарили мне ее мои друзья, зн…
«Марьей Ивановной называлась обезьяна, самка, из породы павианов. Вероятно, это разновидность породы, потому что она мала ростом, но красный с синим зад, сложение тела и немного лающий голос убеждают меня в моем мнении. Подарили мне ее мои друзья, зн…
«Маленький Прошка всегда спал как убитый, и утром сестра Федорка долго тащила его с полатей за ногу или за руку, прежде чем Прошка открывал глаза.
– Вставай, отчаянный!.. – ругалась Федорка, стаскивая с полатей разное лохмотье, которым закрывался Про…
«Маленький Прошка всегда спал как убитый, и утром сестра Федорка долго тащила его с полатей за ногу или за руку, прежде чем Прошка открывал глаза.
– Вставай, отчаянный!.. – ругалась Федорка, стаскивая с полатей разное лохмотье, которым закрывался Про…
«… Действительно, палкой он постучал так громко и заложил ногу за ногу так решительно – будто бы хотел потребовать все самое лучшее, что есть в погребе, в кухне и на сцене.
– Что позволите? – замотал невидимым хвостом метрдотель.
Костя поднял на него…
«… Действительно, палкой он постучал так громко и заложил ногу за ногу так решительно – будто бы хотел потребовать все самое лучшее, что есть в погребе, в кухне и на сцене.
– Что позволите? – замотал невидимым хвостом метрдотель.
Костя поднял на него…
«В Москве, между Солянкой и Яузским бульваром, находился до революции широко известный Хитров рынок. Днем там толокся народ, продавал и покупал всякое барахло, в толпе мелькали босяки с жуликоватыми глазами. Вечером тускло светились окна ночлежных до…
«В Москве, между Солянкой и Яузским бульваром, находился до революции широко известный Хитров рынок. Днем там толокся народ, продавал и покупал всякое барахло, в толпе мелькали босяки с жуликоватыми глазами. Вечером тускло светились окна ночлежных до…