рассказы
Жители областного посёлка напуганы появившимися в соцсетях новостями о маньяке, ночами разгуливавшем по улицам с ножом. Подозрения падают на молодую семью из-за необычного поведения приехавшего к ним товарища, но полиция бездействует, ссылаясь на отс…
Жители областного посёлка напуганы появившимися в соцсетях новостями о маньяке, ночами разгуливавшем по улицам с ножом. Подозрения падают на молодую семью из-за необычного поведения приехавшего к ним товарища, но полиция бездействует, ссылаясь на отс…
Фрэнсису Скотту Фицджеральду принадлежит, пожалуй, одна из ведущих сольных партий в оркестровой партитуре «века джаза». Писатель, ярче и беспристрастней которого вряд ли кто отразил безумную жизнь Америки 20-х годов, и сам был плотью от плоти той лег…
Фрэнсису Скотту Фицджеральду принадлежит, пожалуй, одна из ведущих сольных партий в оркестровой партитуре «века джаза». Писатель, ярче и беспристрастней которого вряд ли кто отразил безумную жизнь Америки 20-х годов, и сам был плотью от плоти той лег…
- На тебя объявили охоту! - ответил и схватив её за руку, направился к выходу, вот только было уже поздно.
Яркий свет фонарей, осветил нас. Те люди вместе с Михаилом были уже тут. Я встал перед Софией, закрывая своим телом, но раздался громкий звук …
- На тебя объявили охоту! - ответил и схватив её за руку, направился к выходу, вот только было уже поздно.
Яркий свет фонарей, осветил нас. Те люди вместе с Михаилом были уже тут. Я встал перед Софией, закрывая своим телом, но раздался громкий звук …
«По вечерам, возвратясь со службы, Бульбезов любил позаняться.
Занятие у него было особое: он писал обличающие письма либо в редакцию какой-нибудь газеты, либо прямо самому автору не угодившей ему статьи.
Писал грозно…»
«По вечерам, возвратясь со службы, Бульбезов любил позаняться.
Занятие у него было особое: он писал обличающие письма либо в редакцию какой-нибудь газеты, либо прямо самому автору не угодившей ему статьи.
Писал грозно…»
Трогательная история о чуде, которое доступно всякому, пусть даже и не вооруженному крепкой верой. Достаточно только шага, полшажочка в начале пути, и мир преображается внезапно, щедро и заботливо. Лишь бы не ступнуть к темноте, в которой шаг этот мо…
Трогательная история о чуде, которое доступно всякому, пусть даже и не вооруженному крепкой верой. Достаточно только шага, полшажочка в начале пути, и мир преображается внезапно, щедро и заботливо. Лишь бы не ступнуть к темноте, в которой шаг этот мо…
Зависимость ребенка от смартфона ничем не легче алкоголизма, хотя выйти из этой зависимости довольно просто: несколько капель горького опыта, щепотку безрассудства и побольше любви. Принимать ежедневно, пока мир не откроется во всей полноте.
Зависимость ребенка от смартфона ничем не легче алкоголизма, хотя выйти из этой зависимости довольно просто: несколько капель горького опыта, щепотку безрассудства и побольше любви. Принимать ежедневно, пока мир не откроется во всей полноте.
Мила не такая, как другие. Ее мир драматически заужен и отличается от нашего. Она никому не нравится, все от нее отказались, приходится жить с бабушкой, никогда не выходить из дома и вести тайную жизнь внутри себя... Собственно, бабушка, оказывается,…
Мила не такая, как другие. Ее мир драматически заужен и отличается от нашего. Она никому не нравится, все от нее отказались, приходится жить с бабушкой, никогда не выходить из дома и вести тайную жизнь внутри себя... Собственно, бабушка, оказывается,…
«…Неизвестно откуда вытащили дряхлую матушку-гильотину, проеденную червем, отсыревшую и догнивавшую, вероятно, век где-нибудь в темном углу музея.
Теперь, как бы торжествуя, она снова высоко шла над улицей, и срезанный угол ее широкого ножа, нет шире…
«…Неизвестно откуда вытащили дряхлую матушку-гильотину, проеденную червем, отсыревшую и догнивавшую, вероятно, век где-нибудь в темном углу музея.
Теперь, как бы торжествуя, она снова высоко шла над улицей, и срезанный угол ее широкого ножа, нет шире…
«Июль, последовавший за моей свадьбой, стал достопамятным из-за трех интересных дел, благодаря которым мне выпала привилегия пребывать в обществе Шерлока Холмса и изучать его методы. В моих записях они помечены как «Приключение со вторым пятном», «Пр…
«Июль, последовавший за моей свадьбой, стал достопамятным из-за трех интересных дел, благодаря которым мне выпала привилегия пребывать в обществе Шерлока Холмса и изучать его методы. В моих записях они помечены как «Приключение со вторым пятном», «Пр…
Несчастья и черные полосы невезения - большей частью наши иллюзии, обман личной интерпретации. Главный герой в рассказе пытается найти причину невезения и с помощью опытного друга понимает, что плохое в жизни не так-то и просто найти. Методика предел…
Несчастья и черные полосы невезения - большей частью наши иллюзии, обман личной интерпретации. Главный герой в рассказе пытается найти причину невезения и с помощью опытного друга понимает, что плохое в жизни не так-то и просто найти. Методика предел…
«Старуха приехала в Москву издалека. Свой северный край называет Русью. Большая, бокастая, ходит в валенках, в тёплой стёганой безрукавке. Лицо крупное, желтоглазое, в космах толстых седых волос, – лицо восемнадцатого века…»
«Старуха приехала в Москву издалека. Свой северный край называет Русью. Большая, бокастая, ходит в валенках, в тёплой стёганой безрукавке. Лицо крупное, желтоглазое, в космах толстых седых волос, – лицо восемнадцатого века…»
В этом сборнике собраны рассказы о жизни, любви, человеческих отношениях, радости, горе и обо всем, что связывает человеческие чувства.
В этом сборнике собраны рассказы о жизни, любви, человеческих отношениях, радости, горе и обо всем, что связывает человеческие чувства.
«У почтовой конторы в городе Черная Грязь стояла мужицкая телега, около которой суетились сам хозяин телеги (обтерханный такой мужичонка с рыженькой клочковатою бородой и с каким-то необыкновенно испуганным лицом) и почтамтский сторож, отставной унте…
«У почтовой конторы в городе Черная Грязь стояла мужицкая телега, около которой суетились сам хозяин телеги (обтерханный такой мужичонка с рыженькой клочковатою бородой и с каким-то необыкновенно испуганным лицом) и почтамтский сторож, отставной унте…
«Когда Елеазар вышел из могилы, где три дня и три ночи находился он под загадочною властию смерти, и живым возвратился в свое жилище, в нем долго не замечали тех зловещих странностей, которые со временем сделали страшным самое имя его. Радуясь светло…
«Когда Елеазар вышел из могилы, где три дня и три ночи находился он под загадочною властию смерти, и живым возвратился в свое жилище, в нем долго не замечали тех зловещих странностей, которые со временем сделали страшным самое имя его. Радуясь светло…
«На главной улице провинциального города Зарайска стоял красивый деревянный дом, окрашенный в серо-голубоватую краску, с резными белыми карнизами и с узорчатыми окнами. Дом был двухэтажный, с мезонином, на каменном фундаменте. Кругом, за высоким забо…
«На главной улице провинциального города Зарайска стоял красивый деревянный дом, окрашенный в серо-голубоватую краску, с резными белыми карнизами и с узорчатыми окнами. Дом был двухэтажный, с мезонином, на каменном фундаменте. Кругом, за высоким забо…
Темная, теплая и сырая декабрьская ночь… Месяц то скрывается за тучами, то выплывает снова, светя неверным, причудливым светом сквозь непрерывную мелкую сеть дождя. Отряд ротмистра Левадова разделился. Часть его ушла за ближние холмы, часть залегла в…
Темная, теплая и сырая декабрьская ночь… Месяц то скрывается за тучами, то выплывает снова, светя неверным, причудливым светом сквозь непрерывную мелкую сеть дождя. Отряд ротмистра Левадова разделился. Часть его ушла за ближние холмы, часть залегла в…
В 1880-х – самом начале 1890-х гг. Лесков работал над циклом легенд о ранних христианах Египта и Ближнего Востока. По сути, труд его явился художественным переложением пролога – сборника житий святых, составленного в Византии в X–XI вв. Эти легенды и…
В 1880-х – самом начале 1890-х гг. Лесков работал над циклом легенд о ранних христианах Египта и Ближнего Востока. По сути, труд его явился художественным переложением пролога – сборника житий святых, составленного в Византии в X–XI вв. Эти легенды и…
«Двести лет тому назад, в некий зимний день, святитель, имевший пребывание в некоем древнем монастыре, чувствовал себя особенно слабым и умиленным.
Вечером в его покое, перед многочисленными и прекрасными образами, горели лампады, а тепло изразцовой …
«Двести лет тому назад, в некий зимний день, святитель, имевший пребывание в некоем древнем монастыре, чувствовал себя особенно слабым и умиленным.
Вечером в его покое, перед многочисленными и прекрасными образами, горели лампады, а тепло изразцовой …