рассказы
Самый знаменитый детектив в мире: Шерлок Холмс не нуждается в представлении. Рассказ «Пёстрая лента» входит в цикл «Приключения Шерлока Холмса»: двенадцать рассказов, которые были опубликованы в журнале «Стрэнд» в 1891—1892 годах. Сам Конан Дойль счи…
Самый знаменитый детектив в мире: Шерлок Холмс не нуждается в представлении. Рассказ «Пёстрая лента» входит в цикл «Приключения Шерлока Холмса»: двенадцать рассказов, которые были опубликованы в журнале «Стрэнд» в 1891—1892 годах. Сам Конан Дойль счи…
«…Таким манером Сорочиха поминутно, при каждом удобном случае, лезла Михайле в глаза, как осенняя муха. И Михайле стало казаться, что хорошо было бы, если бы он женился на своей соседке…»
«…Таким манером Сорочиха поминутно, при каждом удобном случае, лезла Михайле в глаза, как осенняя муха. И Михайле стало казаться, что хорошо было бы, если бы он женился на своей соседке…»
«На Моховой, бок о бок с Румянцевским музеем – ныне Ленинской библиотекой, – у входа в меблированные комнаты остановился извозчик, из саней вылез мой приятель, художник Н. В. Неврев. Мы, так сказать, столкнулись…»
«На Моховой, бок о бок с Румянцевским музеем – ныне Ленинской библиотекой, – у входа в меблированные комнаты остановился извозчик, из саней вылез мой приятель, художник Н. В. Неврев. Мы, так сказать, столкнулись…»
«Малейшее свободное наше движение, громкий разговор, смех, – всё это раздражало его так, что мы не смели шелохнуться при нём. Время для нас тянулось тогда особенно долго, тоскливо и вместе с ним всё казалось каким-то другим, точно и комнаты, и прислу…
«Малейшее свободное наше движение, громкий разговор, смех, – всё это раздражало его так, что мы не смели шелохнуться при нём. Время для нас тянулось тогда особенно долго, тоскливо и вместе с ним всё казалось каким-то другим, точно и комнаты, и прислу…
«Нас было двадцать шесть человек – двадцать шесть живых машин, запертых в сыром подвале, где мы с утра до вечера месили тесто, делая крендели и сушки. Окна нашего подвала упирались в яму, вырытую пред ними и выложенную кирпичом, зеленым от сырости; р…
«Нас было двадцать шесть человек – двадцать шесть живых машин, запертых в сыром подвале, где мы с утра до вечера месили тесто, делая крендели и сушки. Окна нашего подвала упирались в яму, вырытую пред ними и выложенную кирпичом, зеленым от сырости; р…
«Сезон в Ницце продолжается с половины октября до половины марта. За это время все гостиницы битком набиты и цены за помещение возрастают до безумных размеров. Каждый ваш шаг, каждый глоток, чуть ли не каждый вздох оплачивается неслыханными расходами…
«Сезон в Ницце продолжается с половины октября до половины марта. За это время все гостиницы битком набиты и цены за помещение возрастают до безумных размеров. Каждый ваш шаг, каждый глоток, чуть ли не каждый вздох оплачивается неслыханными расходами…
Занесло как-то бомжа Михалыча к жестоким оркам. Ничем хорошим это не кончилось. Для орков, разумеется…
Занесло как-то бомжа Михалыча к жестоким оркам. Ничем хорошим это не кончилось. Для орков, разумеется…
Мишель и Изабель отправились в путешествие в Альпы. Заблудившись на горной дороге, они находят пристанище в замке таинственного незнакомца. Но действительно ли этот человек не знаком им обоим?
Обложка создана при помощи нейросети Stable Diffusion.
Мишель и Изабель отправились в путешествие в Альпы. Заблудившись на горной дороге, они находят пристанище в замке таинственного незнакомца. Но действительно ли этот человек не знаком им обоим?
Обложка создана при помощи нейросети Stable Diffusion.
Люди склонны от бессилия, имея разные пороки, предаваться пьянству или праздному веселью в моменты отчаяния. Они думают, что жизнь к ним несправедлива и они стали жертвами чьей-то воли. И это все никак не изменить. В их собственных силах только повин…
Люди склонны от бессилия, имея разные пороки, предаваться пьянству или праздному веселью в моменты отчаяния. Они думают, что жизнь к ним несправедлива и они стали жертвами чьей-то воли. И это все никак не изменить. В их собственных силах только повин…
Существует поверье, что ходит душа неприкаянная после смерти, не понимая, где она, что с ней, и только если не попадает в тот мир через сорок дней, остается на земле скитаться, да виновников мучить.
Но правда ли это или всего лишь суеверие, невозможн…
Существует поверье, что ходит душа неприкаянная после смерти, не понимая, где она, что с ней, и только если не попадает в тот мир через сорок дней, остается на земле скитаться, да виновников мучить.
Но правда ли это или всего лишь суеверие, невозможн…
Жених после свадьбы выходит «на 10 минут» и… исчезает.
© FantLab.ru
Жених после свадьбы выходит «на 10 минут» и… исчезает.
© FantLab.ru
Вету можно назвать вполне счастливой - она живет одна, дружит с соседкой и ее детьми, у нее есть рыбки в аквариуме, целый комод пряжи, доставшейся от бабушки, любимая работа, огромный плед, который она вяжет, и много свободного времени.
А еще ей с…
Вету можно назвать вполне счастливой - она живет одна, дружит с соседкой и ее детьми, у нее есть рыбки в аквариуме, целый комод пряжи, доставшейся от бабушки, любимая работа, огромный плед, который она вяжет, и много свободного времени.
А еще ей с…
«Протас Жолтиков человек был сердитый. Его понурое лицо с ввалившимися щеками и глазами, сердито и настойчиво устремленными на вас, носило на себе вечные следы желчного раздражения. Говорил он самые любезные вещи с видом крайнего недовольства и, объя…
«Протас Жолтиков человек был сердитый. Его понурое лицо с ввалившимися щеками и глазами, сердито и настойчиво устремленными на вас, носило на себе вечные следы желчного раздражения. Говорил он самые любезные вещи с видом крайнего недовольства и, объя…
Столкнувшись с проблемами, герой повествования пытается забыться в алкогольном дурмане, вследствие чего оказывается там, откуда выбраться совсем непросто.
Столкнувшись с проблемами, герой повествования пытается забыться в алкогольном дурмане, вследствие чего оказывается там, откуда выбраться совсем непросто.
«Не случалось ли вам гулять по кладбищам?
Есть своя, очень своеобразная и жуткая поэзия в этих огороженных, тихих и заросших сочной зеленью уголках, таких маленьких и таких жадных…»
«Не случалось ли вам гулять по кладбищам?
Есть своя, очень своеобразная и жуткая поэзия в этих огороженных, тихих и заросших сочной зеленью уголках, таких маленьких и таких жадных…»
«– Братцы, вот я! – весело крикнул Репей, выглядывая из земли зеленой почкой. – Ух, как долго я спал!.. Здравствуйте, братцы!
Когда он посмотрел кругом, то понял, почему никто не откликнулся: он выглянул из земли почти первый. Только кое-где еще начи…
«– Братцы, вот я! – весело крикнул Репей, выглядывая из земли зеленой почкой. – Ух, как долго я спал!.. Здравствуйте, братцы!
Когда он посмотрел кругом, то понял, почему никто не откликнулся: он выглянул из земли почти первый. Только кое-где еще начи…
«Родион вот уже несколько дней на заимке. Изба слажена на славу. Как художник, любовно выполнивший задуманную работу, не нарадуется он на создание рук своих: позванивает топориком, пробует, крепко ли в пазах, ковыряет ногтем конопатку, сухой олений м…
«Родион вот уже несколько дней на заимке. Изба слажена на славу. Как художник, любовно выполнивший задуманную работу, не нарадуется он на создание рук своих: позванивает топориком, пробует, крепко ли в пазах, ковыряет ногтем конопатку, сухой олений м…





















