психотерапия
Почему одни пары растут вместе и богатеют, а другие – ссорятся из-за каждой покупки? Всё потому, что, распоряжаясь деньгами, мы на самом деле часто проявляем не финансовые навыки, а страхи и привычки, унаследованные ещё из детства. Деньги способны сб…
Почему одни пары растут вместе и богатеют, а другие – ссорятся из-за каждой покупки? Всё потому, что, распоряжаясь деньгами, мы на самом деле часто проявляем не финансовые навыки, а страхи и привычки, унаследованные ещё из детства. Деньги способны сб…
Психотерапевтическая притча для женщин, которые рано научились быть сильными, и для специалистов, работающих с женской внутренней историей. Это текст о том, как детская утрата становится частью характера, выбора и способа жить. О женской силе, выросш…
Психотерапевтическая притча для женщин, которые рано научились быть сильными, и для специалистов, работающих с женской внутренней историей. Это текст о том, как детская утрата становится частью характера, выбора и способа жить. О женской силе, выросш…
Эта книга — практическое продолжение «Манифеста этического родительства». Для тех, кто уже узнал себя в портрете взрослого ребенка развода и готов к исцелению. Вы найдете здесь пошаговые протоколы работы с внутренними голосами, самооценкой, встречами…
Эта книга — практическое продолжение «Манифеста этического родительства». Для тех, кто уже узнал себя в портрете взрослого ребенка развода и готов к исцелению. Вы найдете здесь пошаговые протоколы работы с внутренними голосами, самооценкой, встречами…
Когда привычная жизнь рушится, остаётся выбор: пытаться склеить осколки прошлого или решиться на внутреннее обновление.
Героиня этого романа выбирает второе и уезжает в Палермо, надеясь начать с чистого листа. Но среди южного света и сицилийского хао…
Когда привычная жизнь рушится, остаётся выбор: пытаться склеить осколки прошлого или решиться на внутреннее обновление.
Героиня этого романа выбирает второе и уезжает в Палермо, надеясь начать с чистого листа. Но среди южного света и сицилийского хао…
Когда привычная жизнь рушится, остаётся выбор: пытаться склеить осколки прошлого или решиться на внутреннее обновление.
Героиня этого романа выбирает второе и уезжает в Палермо, надеясь начать с чистого листа. Но среди южного света и сицилийского хао…
Когда привычная жизнь рушится, остаётся выбор: пытаться склеить осколки прошлого или решиться на внутреннее обновление.
Героиня этого романа выбирает второе и уезжает в Палермо, надеясь начать с чистого листа. Но среди южного света и сицилийского хао…
Это ироничная и одновременно пронзительная терапевтическая сказка о сильной женщине, которая не знала о своей силе. О том, почему красивые и самостоятельные женщины снова и снова выбирают «маменькиных сынков». О конкуренции, в которой нельзя и не нуж…
Это ироничная и одновременно пронзительная терапевтическая сказка о сильной женщине, которая не знала о своей силе. О том, почему красивые и самостоятельные женщины снова и снова выбирают «маменькиных сынков». О конкуренции, в которой нельзя и не нуж…
Книга о путешествии Души через стадии пробуждения, борьбы с ограничениями тела и поиска внутренней свободы. Глубокое самопознание и принятие как путь к гармонии и целостности.
Книга о путешествии Души через стадии пробуждения, борьбы с ограничениями тела и поиска внутренней свободы. Глубокое самопознание и принятие как путь к гармонии и целостности.
Эта короткая терапевтическая притча - мягкое пространство для паузы. Для выдоха. Для встречи с собой без требований «держаться» и «справляться». Текст звучит бережно и глубоко, помогая соприкоснуться с усталостью, напряжением и скрытой потребностью в…
Эта короткая терапевтическая притча - мягкое пространство для паузы. Для выдоха. Для встречи с собой без требований «держаться» и «справляться». Текст звучит бережно и глубоко, помогая соприкоснуться с усталостью, напряжением и скрытой потребностью в…
Кароллин — белокурая кудрявая малышка шести лет — уверена: чтобы её любили, она должна стать тише. Но в сновидческом мире она встречает символы, которые раскрывают цену этого «тише»: алые розы — как боль самоотрицания, паутина — как страх быть собой,…
Кароллин — белокурая кудрявая малышка шести лет — уверена: чтобы её любили, она должна стать тише. Но в сновидческом мире она встречает символы, которые раскрывают цену этого «тише»: алые розы — как боль самоотрицания, паутина — как страх быть собой,…
Почему человек, искренне решивший остановиться, раз за разом срывается? «Анатомия срыва» предлагает новый взгляд на зависимость — не как на болезнь мозга или слабость воли, а как на внутренний конфликт, где попытка подавить желание сама порождает стр…
Почему человек, искренне решивший остановиться, раз за разом срывается? «Анатомия срыва» предлагает новый взгляд на зависимость — не как на болезнь мозга или слабость воли, а как на внутренний конфликт, где попытка подавить желание сама порождает стр…
Почему человек, искренне решивший остановиться, раз за разом срывается? «Анатомия срыва» предлагает новый взгляд на зависимость — не как на болезнь мозга или слабость воли, а как на внутренний конфликт, где попытка подавить желание сама порождает стр…
Почему человек, искренне решивший остановиться, раз за разом срывается? «Анатомия срыва» предлагает новый взгляд на зависимость — не как на болезнь мозга или слабость воли, а как на внутренний конфликт, где попытка подавить желание сама порождает стр…