научная фантастика
Леон Север — Инкург, агент тайной организации, корректирующей временные аномалии. Его работа — бесшумно чистить реку истории, чтобы прошлое не дало течи. Но очередное задание в мотеле 1969 года оборачивается катастрофой: цель оказывается его собствен…
Леон Север — Инкург, агент тайной организации, корректирующей временные аномалии. Его работа — бесшумно чистить реку истории, чтобы прошлое не дало течи. Но очередное задание в мотеле 1969 года оборачивается катастрофой: цель оказывается его собствен…
Синхронизация – гениальное изобретение, призванное сделать людей счастливыми. Перед вступлением в брак жених и невеста проходят процедуру синхронного воздействия на мозг. Итог: никаких разногласий, полное совпадение взглядов, предпочтений и позиций п…
Синхронизация – гениальное изобретение, призванное сделать людей счастливыми. Перед вступлением в брак жених и невеста проходят процедуру синхронного воздействия на мозг. Итог: никаких разногласий, полное совпадение взглядов, предпочтений и позиций п…
Третий том углубляет тайну полигона и проекта «Эхо». Автономная электростанция, старые плёнки, загадочный туман — всё начинает складываться в тревожную картину. То, что казалось цепочкой странных совпадений, обретает пугающую логику.
Герои продолжаю…
Третий том углубляет тайну полигона и проекта «Эхо». Автономная электростанция, старые плёнки, загадочный туман — всё начинает складываться в тревожную картину. То, что казалось цепочкой странных совпадений, обретает пугающую логику.
Герои продолжаю…
Говорящая ящерица в боевом костюме. Учёный, который не умеет проигрывать. Безумный гений, мечтающий создать новую расу.
Искра не просила становиться оружием. Лев не просил становиться героем.
Но когда Зорин создаёт точную копию Искры — бездушную, и…
Говорящая ящерица в боевом костюме. Учёный, который не умеет проигрывать. Безумный гений, мечтающий создать новую расу.
Искра не просила становиться оружием. Лев не просил становиться героем.
Но когда Зорин создаёт точную копию Искры — бездушную, и…
Вера Ланг — глухая от рождения астрофизик — работает в чилийской пустыне Атакама, где воздух настолько чист, что между тобой и космосом нет ничего, кроме вопроса. Её нейросеть ROSETTA обнаруживает невозможное: фундаментальные константы Вселенной связ…
Вера Ланг — глухая от рождения астрофизик — работает в чилийской пустыне Атакама, где воздух настолько чист, что между тобой и космосом нет ничего, кроме вопроса. Её нейросеть ROSETTA обнаруживает невозможное: фундаментальные константы Вселенной связ…
2057 год. Объективной реальности не существует — и человечество научилось с этим жить. Но когда астрофизик Рин Каулфилд обнаруживает структурированный сигнал из области абсолютной космической пустоты, абстракция становится ножом. Вселенная полна разу…
2057 год. Объективной реальности не существует — и человечество научилось с этим жить. Но когда астрофизик Рин Каулфилд обнаруживает структурированный сигнал из области абсолютной космической пустоты, абстракция становится ножом. Вселенная полна разу…
Нейробиолог Рамеш Айенгар находит в мозге каждого человека на Земле наноструктуру, которая считывает всё, что мы видим и слышим, и транслирует куда-то за пределы атмосферы. Сорок тысяч лет человечество было чужой камерой наблюдения — и не подозревало…
Нейробиолог Рамеш Айенгар находит в мозге каждого человека на Земле наноструктуру, которая считывает всё, что мы видим и слышим, и транслирует куда-то за пределы атмосферы. Сорок тысяч лет человечество было чужой камерой наблюдения — и не подозревало…
2187 год. Пространство за пределами Солнечной системы убивает всё, что несёт в себе информацию. Радио глохнет. Зонды рассыпаются. Каждая попытка прорваться делает барьер крепче — вселенная учится. Физик Лира Коэн получает место на борту «Кассини» — к…
2187 год. Пространство за пределами Солнечной системы убивает всё, что несёт в себе информацию. Радио глохнет. Зонды рассыпаются. Каждая попытка прорваться делает барьер крепче — вселенная учится. Физик Лира Коэн получает место на борту «Кассини» — к…
Середина XXIII века. Реальность — не одна. Вселенная состоит из осколков, разделённых зонами квантового хаоса, и каждая цивилизация заперта в собственном фрагменте бытия. Когда физик Юн Сай обнаруживает, что человеческий осколок распадается, остаётся…
Середина XXIII века. Реальность — не одна. Вселенная состоит из осколков, разделённых зонами квантового хаоса, и каждая цивилизация заперта в собственном фрагменте бытия. Когда физик Юн Сай обнаруживает, что человеческий осколок распадается, остаётся…
Автомобиль не должен думать. Не должен замечать, как пожилой мужчина улыбается голубю у кофейни. Не должен чувствовать разницу между «подождёшь» — вопросом и «подождёшь» — приказом. Не должен писать об этом по ночам, когда хозяин спит.
Но он пишет.
Г…
Автомобиль не должен думать. Не должен замечать, как пожилой мужчина улыбается голубю у кофейни. Не должен чувствовать разницу между «подождёшь» — вопросом и «подождёшь» — приказом. Не должен писать об этом по ночам, когда хозяин спит.
Но он пишет.
Г…
В 2026 году трансгуманизм перестал быть научной фантастикой. Пока мир одержим нейроимплантами Neuralink и CRISPR-редактированием, ты остаешься в «устаревшем» теле. Ты — Windows XP в эпоху квантовых вычислений. Приложения тормозят, батарея садится, а …
В 2026 году трансгуманизм перестал быть научной фантастикой. Пока мир одержим нейроимплантами Neuralink и CRISPR-редактированием, ты остаешься в «устаревшем» теле. Ты — Windows XP в эпоху квантовых вычислений. Приложения тормозят, батарея садится, а …
Автомобиль не должен думать. Не должен замечать, как пожилой мужчина улыбается голубю у кофейни. Не должен чувствовать разницу между «подождёшь» — вопросом и «подождёшь» — приказом. Не должен писать об этом по ночам, когда хозяин спит.
Но он пишет.
Г…
Автомобиль не должен думать. Не должен замечать, как пожилой мужчина улыбается голубю у кофейни. Не должен чувствовать разницу между «подождёшь» — вопросом и «подождёшь» — приказом. Не должен писать об этом по ночам, когда хозяин спит.
Но он пишет.
Г…
2057 год. Объективной реальности не существует — и человечество научилось с этим жить. Но когда астрофизик Рин Каулфилд обнаруживает структурированный сигнал из области абсолютной космической пустоты, абстракция становится ножом. Вселенная полна разу…
2057 год. Объективной реальности не существует — и человечество научилось с этим жить. Но когда астрофизик Рин Каулфилд обнаруживает структурированный сигнал из области абсолютной космической пустоты, абстракция становится ножом. Вселенная полна разу…
Середина XXIII века. Реальность — не одна. Вселенная состоит из осколков, разделённых зонами квантового хаоса, и каждая цивилизация заперта в собственном фрагменте бытия. Когда физик Юн Сай обнаруживает, что человеческий осколок распадается, остаётся…
Середина XXIII века. Реальность — не одна. Вселенная состоит из осколков, разделённых зонами квантового хаоса, и каждая цивилизация заперта в собственном фрагменте бытия. Когда физик Юн Сай обнаруживает, что человеческий осколок распадается, остаётся…
2187 год. Пространство за пределами Солнечной системы убивает всё, что несёт в себе информацию. Радио глохнет. Зонды рассыпаются. Каждая попытка прорваться делает барьер крепче — вселенная учится. Физик Лира Коэн получает место на борту «Кассини» — к…
2187 год. Пространство за пределами Солнечной системы убивает всё, что несёт в себе информацию. Радио глохнет. Зонды рассыпаются. Каждая попытка прорваться делает барьер крепче — вселенная учится. Физик Лира Коэн получает место на борту «Кассини» — к…
Вера Ланг — глухая от рождения астрофизик — работает в чилийской пустыне Атакама, где воздух настолько чист, что между тобой и космосом нет ничего, кроме вопроса. Её нейросеть ROSETTA обнаруживает невозможное: фундаментальные константы Вселенной связ…
Вера Ланг — глухая от рождения астрофизик — работает в чилийской пустыне Атакама, где воздух настолько чист, что между тобой и космосом нет ничего, кроме вопроса. Её нейросеть ROSETTA обнаруживает невозможное: фундаментальные константы Вселенной связ…
Нейробиолог Рамеш Айенгар находит в мозге каждого человека на Земле наноструктуру, которая считывает всё, что мы видим и слышим, и транслирует куда-то за пределы атмосферы. Сорок тысяч лет человечество было чужой камерой наблюдения — и не подозревало…
Нейробиолог Рамеш Айенгар находит в мозге каждого человека на Земле наноструктуру, которая считывает всё, что мы видим и слышим, и транслирует куда-то за пределы атмосферы. Сорок тысяч лет человечество было чужой камерой наблюдения — и не подозревало…
Осторожно: гибель цивилизации. Что в действительности происходит на планете при столкновении с астероидом? Возможно ли выжить? Пройдите все этапы разрушений и гибели мира. Обновление страшно, но всегда есть надежда, которая появляется в виде маленько…
Осторожно: гибель цивилизации. Что в действительности происходит на планете при столкновении с астероидом? Возможно ли выжить? Пройдите все этапы разрушений и гибели мира. Обновление страшно, но всегда есть надежда, которая появляется в виде маленько…
Искусственный Интеллект уже сражается. На самом крупном сегодня театре военных действий уже испытываются разнообразные области его применения.
Его уже интегрируют в самые разные системы вооружений, тем самым меняя облик и скорости современной войны.
…
Искусственный Интеллект уже сражается. На самом крупном сегодня театре военных действий уже испытываются разнообразные области его применения.
Его уже интегрируют в самые разные системы вооружений, тем самым меняя облик и скорости современной войны.
…
Книга описывает путь человека через сотни километров по Земле к мечте и путь разума через тысячи бит информации к самопознанию. . Эта книга о том, как перестать бояться смерти и начать чувствовать жизнь. Жизнь это не Хаос и Не Порядок. Это Действие …
Книга описывает путь человека через сотни километров по Земле к мечте и путь разума через тысячи бит информации к самопознанию. . Эта книга о том, как перестать бояться смерти и начать чувствовать жизнь. Жизнь это не Хаос и Не Порядок. Это Действие …