мистика
В мире, где долг рода важнее человеческой жизни, никто не спорит с древними законами.
Когда Яромиру объявляют Откупной, ее судьба считается решенной. Она должна принять то, что было предначертано задолго до ее рождения, и заплатить за чужие поступки.…
В мире, где долг рода важнее человеческой жизни, никто не спорит с древними законами.
Когда Яромиру объявляют Откупной, ее судьба считается решенной. Она должна принять то, что было предначертано задолго до ее рождения, и заплатить за чужие поступки.…
Город, где страх — топливо.
Место, где прошлое идёт впереди, а будущее давно осталось позади.
Формула любви всё ещё не разгадана — но новые следы уже зовут тех, кто рискнёт шагнуть дальше.
Во второй части появляется новый герой — Скиф.
Он ищет точку …
Город, где страх — топливо.
Место, где прошлое идёт впереди, а будущее давно осталось позади.
Формула любви всё ещё не разгадана — но новые следы уже зовут тех, кто рискнёт шагнуть дальше.
Во второй части появляется новый герой — Скиф.
Он ищет точку …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В романе Михаила Попова «Месть ниоткуда» действие разворач…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В романе Михаила Попова «Месть ниоткуда» действие разворач…
В тихом провинциальном городке происходит необъяснимое: люди начинают умирать от старости в расцвете лет. Майор милиции Денис Морозов сталкивается с загадкой, которая бросает вызов всему, что он знал о реальности.
В тихом провинциальном городке происходит необъяснимое: люди начинают умирать от старости в расцвете лет. Майор милиции Денис Морозов сталкивается с загадкой, которая бросает вызов всему, что он знал о реальности.
Она была воздухом для одного, землёй для другого, эфиром для третьего — и тенью для художника, который хотел владеть её светом. Но всё, что она принимала за любовь, оказалось ступенями. Ступенями к тому, что выше.
В этой книге нет глав. Есть поток: в…
Она была воздухом для одного, землёй для другого, эфиром для третьего — и тенью для художника, который хотел владеть её светом. Но всё, что она принимала за любовь, оказалось ступенями. Ступенями к тому, что выше.
В этой книге нет глав. Есть поток: в…
Работа, работа... Не успела я выйти из отпуска, так мне подсовывают нового стажера. Да еще такого странного, что мне приходится делать все, чтобы найти за что его уволить, лишь бы он перестал меня так пугать! А когда этот стажер занимает мое место, и…
Работа, работа... Не успела я выйти из отпуска, так мне подсовывают нового стажера. Да еще такого странного, что мне приходится делать все, чтобы найти за что его уволить, лишь бы он перестал меня так пугать! А когда этот стажер занимает мое место, и…
СРЕДНЕВЕКОВЬЕ ЕЩЕ НИКОГДА НЕ БЫЛО ТАКИМ ЖАРКИМ.
Тихий уют испанского городка Сугарра исчез в одно мгновение, когда небо озарило адское зарево. Макс Огрей представляет свою самую масштабную работу — мистический триллер, где вера сталкивается с истинны…
СРЕДНЕВЕКОВЬЕ ЕЩЕ НИКОГДА НЕ БЫЛО ТАКИМ ЖАРКИМ.
Тихий уют испанского городка Сугарра исчез в одно мгновение, когда небо озарило адское зарево. Макс Огрей представляет свою самую масштабную работу — мистический триллер, где вера сталкивается с истинны…
Городские часы бьют полночь, когда из багрового тумана беззвучно вырастает зловещий «Цирк проданных душ». Под его чёрно-бордовым куполом нет случайных артистов — здесь выступают лишь те, кто добровольно отдал Создателю самое дорогое ради вечной славы…
Городские часы бьют полночь, когда из багрового тумана беззвучно вырастает зловещий «Цирк проданных душ». Под его чёрно-бордовым куполом нет случайных артистов — здесь выступают лишь те, кто добровольно отдал Создателю самое дорогое ради вечной славы…
Игорь Семёнович Краев одиннадцать лет живёт по графику до минуты. Подъём в 6:47, кофе в 6:53, дверь квартиры — ровно в 7:10. Между этими двумя цифрами — семнадцать минут абсолютной тишины, единственное, что по-настоящему принадлежит ему в этой жизни.…
Игорь Семёнович Краев одиннадцать лет живёт по графику до минуты. Подъём в 6:47, кофе в 6:53, дверь квартиры — ровно в 7:10. Между этими двумя цифрами — семнадцать минут абсолютной тишины, единственное, что по-настоящему принадлежит ему в этой жизни.…
Что, если величайшая история человечества была спланирована от начала до конца? 30 год н. э. Прокуратор Понтий Пилат запускает секретную операцию: создать Бога. Того, кто скажет «кесарю — кесарево» и воскреснет по расписанию. Чудеса — инженерия, апос…
Что, если величайшая история человечества была спланирована от начала до конца? 30 год н. э. Прокуратор Понтий Пилат запускает секретную операцию: создать Бога. Того, кто скажет «кесарю — кесарево» и воскреснет по расписанию. Чудеса — инженерия, апос…
Шкатулка, исполняющая желания — мечта любого ребёнка. Для Майка она стала испытанием: за каждое чудо приходится платить. И чем сильнее хочется всё исправить, тем страшнее становится цена.
Шкатулка, исполняющая желания — мечта любого ребёнка. Для Майка она стала испытанием: за каждое чудо приходится платить. И чем сильнее хочется всё исправить, тем страшнее становится цена.
1957 год. Одержимый учёный Альберт Константинович искусственно создаёт человекоподобное существо с крыльями, без глаз, серой кожей — Вовочку. Тот сжигает лабораторию, спасается и находит приют у одинокой старушки Нины Яковлевой, которая видит в нём а…
1957 год. Одержимый учёный Альберт Константинович искусственно создаёт человекоподобное существо с крыльями, без глаз, серой кожей — Вовочку. Тот сжигает лабораторию, спасается и находит приют у одинокой старушки Нины Яковлевой, которая видит в нём а…
Он давно перестал искать место, куда можно вернуться.
Его путь проходит через заброшенные станции, пустые дороги, забытые посёлки и города, где привычные законы больше не действуют. Он встречает людей, которые слышат мысли умирающих, носят чужие имен…
Он давно перестал искать место, куда можно вернуться.
Его путь проходит через заброшенные станции, пустые дороги, забытые посёлки и города, где привычные законы больше не действуют. Он встречает людей, которые слышат мысли умирающих, носят чужие имен…
Пятеро горожан, одна полузаброшенная деревня и старый дом, в котором им придётся соседствовать с разного рода нечистью. Сборник ироничной летней мистики.
Пятеро горожан, одна полузаброшенная деревня и старый дом, в котором им придётся соседствовать с разного рода нечистью. Сборник ироничной летней мистики.















