ЛитРес: чтец
Надо ли себя любить? – вопрос, которым рано или поздно задается каждый из нас. По природе своей человек эгоистичен, но он не умеет пользоваться своим эгоизмом, а в результате страдает и он сам, и его близкие. Книга «12 нетривиальных решений. Обрети м…
Надо ли себя любить? – вопрос, которым рано или поздно задается каждый из нас. По природе своей человек эгоистичен, но он не умеет пользоваться своим эгоизмом, а в результате страдает и он сам, и его близкие. Книга «12 нетривиальных решений. Обрети м…
Пять лет счастливой семейной жизни оказались ложью. Мира застала мужа со своей лучшей подругой. Демид не хочет развода. Он уверен – Мира простит его и все будет как прежде. Вот только Мира с этим не согласна. Ее предали, и она не собирается мириться …
Пять лет счастливой семейной жизни оказались ложью. Мира застала мужа со своей лучшей подругой. Демид не хочет развода. Он уверен – Мира простит его и все будет как прежде. Вот только Мира с этим не согласна. Ее предали, и она не собирается мириться …
На данный момент это второй тираж книги, в котором уточнен перевод, приведены сноски и улучшена литературная обработка перевода.Все что пишется сейчас и выдается за новое, на самом деле когда-то уже было написано. Думаете я сейчас сказал что-то новое…
На данный момент это второй тираж книги, в котором уточнен перевод, приведены сноски и улучшена литературная обработка перевода.Все что пишется сейчас и выдается за новое, на самом деле когда-то уже было написано. Думаете я сейчас сказал что-то новое…
В наше время он занимался экстремальными видами спорта, фехтованием и рукопашным боем – и все эти навыки очень пригодились, когда его забросило на два с половиной века назад, в эпоху императрицы Елизаветы Петровны. Выдав себя за иностранца-аристократ…
В наше время он занимался экстремальными видами спорта, фехтованием и рукопашным боем – и все эти навыки очень пригодились, когда его забросило на два с половиной века назад, в эпоху императрицы Елизаветы Петровны. Выдав себя за иностранца-аристократ…
«Конечно, меня с детства считали извращенным. Конечно, меня уверяли, что моих чувств не разделяет никто. И я привык лгать перед людьми. Привык говорить избитые речи о сострадании и о любви, о счастии любить других. Но в тайне души я был убежден, и уб…
«Конечно, меня с детства считали извращенным. Конечно, меня уверяли, что моих чувств не разделяет никто. И я привык лгать перед людьми. Привык говорить избитые речи о сострадании и о любви, о счастии любить других. Но в тайне души я был убежден, и уб…
Его звали архимагом, его звали богом, его звали императором, иногда богом-императором одновременно. Когда-то он даже имел титул, – Смертоностный Бог Убийца Царь Смерти. Временами он был Светлым властелином, и тогда к нему приходили войной тёмные, вре…
Его звали архимагом, его звали богом, его звали императором, иногда богом-императором одновременно. Когда-то он даже имел титул, – Смертоностный Бог Убийца Царь Смерти. Временами он был Светлым властелином, и тогда к нему приходили войной тёмные, вре…
`Вся моя проза – автобиографическая`, – писала Цветаева. И еще: `Поэт в прозе – царь, наконец снявший пурпур, соблаговоливший (или вынужденный) предстать среди нас – человеком`. Написанное М.Цветаевой в прозе отмечено печатью лирического переживания …
`Вся моя проза – автобиографическая`, – писала Цветаева. И еще: `Поэт в прозе – царь, наконец снявший пурпур, соблаговоливший (или вынужденный) предстать среди нас – человеком`. Написанное М.Цветаевой в прозе отмечено печатью лирического переживания …
Дима – обыкновенный мальчишка, которому интересно все необычное, что происходит в городе. И однажды, в момент смертельной опасности, он попадает на Тайные Тропы – запретные пути между мирами, где не выживет ни один человек без собственного кота. Дима…
Дима – обыкновенный мальчишка, которому интересно все необычное, что происходит в городе. И однажды, в момент смертельной опасности, он попадает на Тайные Тропы – запретные пути между мирами, где не выживет ни один человек без собственного кота. Дима…
Надя улыбалась всем, эта тихая воровка чужого счастья, избалованная вниманием и женщин, и мужчин. Походя завоевывала мужские сердца, пленяя их с чарующей небрежностью. Но как она посмела посягнуть на моего любимого? Да и зачем? У нее есть свой! Юная …
Надя улыбалась всем, эта тихая воровка чужого счастья, избалованная вниманием и женщин, и мужчин. Походя завоевывала мужские сердца, пленяя их с чарующей небрежностью. Но как она посмела посягнуть на моего любимого? Да и зачем? У нее есть свой! Юная …
«Свежий ветер веет с могучей вершины Ай-Петри, густая листва деревьев над моим окном тихо колышется, шелест её придаёт звукам песни много красоты, ласкающей душу. Сама по себе мелодия не красива и однообразна – она вся построена на диссонансах; там, …
«Свежий ветер веет с могучей вершины Ай-Петри, густая листва деревьев над моим окном тихо колышется, шелест её придаёт звукам песни много красоты, ласкающей душу. Сама по себе мелодия не красива и однообразна – она вся построена на диссонансах; там, …
«Четыре года несчастная Вера Сергеевна не знала покоя ни днем, ни ночью. Дни и ночи думала она о том, что счастье ее висит на волоске, что не сегодня-завтра эта наглая девка Элиза Герц отберет у нее окончательно околдованного Николая Андреевича…»
«Четыре года несчастная Вера Сергеевна не знала покоя ни днем, ни ночью. Дни и ночи думала она о том, что счастье ее висит на волоске, что не сегодня-завтра эта наглая девка Элиза Герц отберет у нее окончательно околдованного Николая Андреевича…»
«По навозному, дрожавшему под ногами мосту я перешел с луговой, низменной стороны Дона на нагорную. Сырой предутренный холод, обыкновенно веющий от реки, окончательно прогнал от меня дремоту.
С моста по крутому каменистому въезду я взобрался на высок…
«По навозному, дрожавшему под ногами мосту я перешел с луговой, низменной стороны Дона на нагорную. Сырой предутренный холод, обыкновенно веющий от реки, окончательно прогнал от меня дремоту.
С моста по крутому каменистому въезду я взобрался на высок…
Парней было шестеро, и в полутемной комнате Марго никак не могла разглядеть их лица, однако этим парням не требовалось доказывать свою сексуальность, они изначально источали такой фантастический запас феромонов, что Марго почувствовала опьянение.– Ле…
Парней было шестеро, и в полутемной комнате Марго никак не могла разглядеть их лица, однако этим парням не требовалось доказывать свою сексуальность, они изначально источали такой фантастический запас феромонов, что Марго почувствовала опьянение.– Ле…
Их называют «девочками»
Годами они работают с той стороной мужской натуры, которую в обществе не выставляют напоказ. Их труд высоко оплачивается, но взамен требует борьбы с личными демонами. И нередко демоны одерживают победу…
Эта книга состоит из ис…
Их называют «девочками»
Годами они работают с той стороной мужской натуры, которую в обществе не выставляют напоказ. Их труд высоко оплачивается, но взамен требует борьбы с личными демонами. И нередко демоны одерживают победу…
Эта книга состоит из ис…
Это была тихая маленькая, ухоженная улочка в тихом маленьком и очень зелёном районе. Только сегодня все было совсем по-другому. Было ужасно много шума, который исходил с одного конкретного двора. Федор Бричкин, мечтавший о том дне, когда его назовут …
Это была тихая маленькая, ухоженная улочка в тихом маленьком и очень зелёном районе. Только сегодня все было совсем по-другому. Было ужасно много шума, который исходил с одного конкретного двора. Федор Бричкин, мечтавший о том дне, когда его назовут …
Дамиру Керефову, успешному молодому человеку тридцати двух лет, не нужна жена… Да какая жена! Даже постоянные связи его мало интересуют. Он женат на своей работе и его это совершенно устраивает. А женщины приходят в его жизнь, робко топчутся на порог…
Дамиру Керефову, успешному молодому человеку тридцати двух лет, не нужна жена… Да какая жена! Даже постоянные связи его мало интересуют. Он женат на своей работе и его это совершенно устраивает. А женщины приходят в его жизнь, робко топчутся на порог…
Новый год – это ожидание чудес. Но в свои тридцать Катя поняла, что хватит ждать чуда – пора сотворить его своими руками. Конечно, Кате очень нужна помощь. И она ее получает от… Снегурочки. Потому что всех, кто желает изменить жизнь к лучшему в Новый…
Новый год – это ожидание чудес. Но в свои тридцать Катя поняла, что хватит ждать чуда – пора сотворить его своими руками. Конечно, Кате очень нужна помощь. И она ее получает от… Снегурочки. Потому что всех, кто желает изменить жизнь к лучшему в Новый…
Желание прогуляться пешком по ночному парку привело Вику Сальери к неприятностям – но далеко не таким, как стоило ожидать. Нет, ее не ограбили и не избили – все гораздо хуже. Теперь на ее кухне спит несостоявшийся самоубийца Игорь. А утром выясняется…
Желание прогуляться пешком по ночному парку привело Вику Сальери к неприятностям – но далеко не таким, как стоило ожидать. Нет, ее не ограбили и не избили – все гораздо хуже. Теперь на ее кухне спит несостоявшийся самоубийца Игорь. А утром выясняется…
Если жизнь загнала тебя в тупик в этом мире, всегда есть шанс начать все сначала в другом.
Волей судьбы я попала в Грезалию, мир магии, эльфов, драконов… и монстров. Справиться с чудовищами, защитить от них способны лишь Ночные охотники. В их крови т…
Если жизнь загнала тебя в тупик в этом мире, всегда есть шанс начать все сначала в другом.
Волей судьбы я попала в Грезалию, мир магии, эльфов, драконов… и монстров. Справиться с чудовищами, защитить от них способны лишь Ночные охотники. В их крови т…
«В старые времена не поступали в театр, а попадали, как попадают не в свой вагон, в тюрьму или под колеса поезда. А кто уж попал туда – там и оставался. Жизнь увлекательная, работа вольная, простота и перспектива яркого будущего, заманчивая и достижи…
«В старые времена не поступали в театр, а попадали, как попадают не в свой вагон, в тюрьму или под колеса поезда. А кто уж попал туда – там и оставался. Жизнь увлекательная, работа вольная, простота и перспектива яркого будущего, заманчивая и достижи…





















