ЛитРес: чтец
Землянки – дорогие игрушки из закрытого мира. Их эмоции – настоящий деликатес, а тела нежны и хрупки. Их вывоз за пределы Солнечной системы строжайше запрещен и карается смертью. Любая из них – сокровище, о котором мечтает каждый амон, но не каждый м…
Землянки – дорогие игрушки из закрытого мира. Их эмоции – настоящий деликатес, а тела нежны и хрупки. Их вывоз за пределы Солнечной системы строжайше запрещен и карается смертью. Любая из них – сокровище, о котором мечтает каждый амон, но не каждый м…
Бесплатного сыра бог теперь даже воронам не подает. А Люсе Петуховой он послал на старости лет… сыночка. Да не простого, а взрослого и богатого. Сынуля, даже не познакомившись с «мамочкой», в принудительном порядке оснастил окна «родительской» кварти…
Бесплатного сыра бог теперь даже воронам не подает. А Люсе Петуховой он послал на старости лет… сыночка. Да не простого, а взрослого и богатого. Сынуля, даже не познакомившись с «мамочкой», в принудительном порядке оснастил окна «родительской» кварти…
Верочка была в отчаянии. Бабушка лежала уже неделю с жесточайшим приступом ревматизма, денег не было ни копейки в доме, а тут… извольте в трехдневный срок освободить квартиру!.. И как назло, до получения бабушкиной пенсии остается еще целая неделя…
Верочка была в отчаянии. Бабушка лежала уже неделю с жесточайшим приступом ревматизма, денег не было ни копейки в доме, а тут… извольте в трехдневный срок освободить квартиру!.. И как назло, до получения бабушкиной пенсии остается еще целая неделя…
Сатирическая поэма, написаны под непосредственным влиянием поэзии Некрасова Н.А.
Сатирическая поэма, написаны под непосредственным влиянием поэзии Некрасова Н.А.
Отгремели последние залпы Великой Отечественной, но война не закончилась даже после Победы. Расследование на первый взгляд заурядного убийства выводит НКГБ на след спецгруппы абвера, заброшенной в Москву для покушения на Сталина.
Откажутся ли немецки…
Отгремели последние залпы Великой Отечественной, но война не закончилась даже после Победы. Расследование на первый взгляд заурядного убийства выводит НКГБ на след спецгруппы абвера, заброшенной в Москву для покушения на Сталина.
Откажутся ли немецки…
Драконы существа недоступные, но для Аделаиды Норс слова «невозможно» не существует. Ей позарез нужно выиграть спор с сокурсником, и она готова на всё. Даже найти настоящего дракона и… А вот дальше по обстоятельствам. Главное, чтобы не съел раньше вр…
Драконы существа недоступные, но для Аделаиды Норс слова «невозможно» не существует. Ей позарез нужно выиграть спор с сокурсником, и она готова на всё. Даже найти настоящего дракона и… А вот дальше по обстоятельствам. Главное, чтобы не съел раньше вр…
«Мой отец был бедный нефтепромышленник…» – считалось, что от мемуаров Фаины Раневской уцелела лишь эта анекдотическая фраза: все остальные записи она сожгла, вернув издательству аванс, а ее легендарные остроты и афоризмы известны в основном по переск…
«Мой отец был бедный нефтепромышленник…» – считалось, что от мемуаров Фаины Раневской уцелела лишь эта анекдотическая фраза: все остальные записи она сожгла, вернув издательству аванс, а ее легендарные остроты и афоризмы известны в основном по переск…
Кархем – орк клана хаватов, захватчик и ненавистник рода людского, он поклялся вернуть своему народу былое величие и ни перед чем не остановится. Эйва – человек, несчастная душа, что волей рока оказалась в руках самого вожака. Отныне удел её – наложн…
Кархем – орк клана хаватов, захватчик и ненавистник рода людского, он поклялся вернуть своему народу былое величие и ни перед чем не остановится. Эйва – человек, несчастная душа, что волей рока оказалась в руках самого вожака. Отныне удел её – наложн…
Маниакальное тщеславие заставляет Дмитрия Алексеевского вести видеодневник собственных преступлений. Пленка с этим фильмом попадает в руки Тианы, жениха которой он убил. Пластическая операция, изменившая внешность Дмитрия, новая фамилия и даже мнимая…
Маниакальное тщеславие заставляет Дмитрия Алексеевского вести видеодневник собственных преступлений. Пленка с этим фильмом попадает в руки Тианы, жениха которой он убил. Пластическая операция, изменившая внешность Дмитрия, новая фамилия и даже мнимая…
«В некотором царстве, в некотором государстве жил да был царь с царицею; у него было три сына – все молодые, холостые, удальцы такие, что ни в сказке сказать, ни пером написать; младшего звали Иван-царевич…»
«В некотором царстве, в некотором государстве жил да был царь с царицею; у него было три сына – все молодые, холостые, удальцы такие, что ни в сказке сказать, ни пером написать; младшего звали Иван-царевич…»
«У воробьев совсем так же, как у людей: взрослые воробьи и воробьихи – пичужки скучные и обо всем говорят, как в книжках написано, а молодежь – живет своим умом.
Жил-был желторотый воробей, звали его Пудик, а жил он над окошком бани, за верхним налич…
«У воробьев совсем так же, как у людей: взрослые воробьи и воробьихи – пичужки скучные и обо всем говорят, как в книжках написано, а молодежь – живет своим умом.
Жил-был желторотый воробей, звали его Пудик, а жил он над окошком бани, за верхним налич…
«Было двенадцать часов ночи.
Митя Кулдаров, возбужденный, взъерошенный, влетел в квартиру своих родителей и быстро заходил по всем комнатам. Родители уже ложились спать. Сестра лежала в постели и дочитывала последнюю страничку романа. Братья-гимназис…
«Было двенадцать часов ночи.
Митя Кулдаров, возбужденный, взъерошенный, влетел в квартиру своих родителей и быстро заходил по всем комнатам. Родители уже ложились спать. Сестра лежала в постели и дочитывала последнюю страничку романа. Братья-гимназис…
Как же этот мир прекрасен! А еще интереснее узнавать его загадки. Никто не мог предугадать, что путешествие вдоль реки принесет такие сюрпризы и радость, смешанные с горестью потери!.. Но жизнь продолжается, и всегда найдутся те, кто будет хотеть заб…
Как же этот мир прекрасен! А еще интереснее узнавать его загадки. Никто не мог предугадать, что путешествие вдоль реки принесет такие сюрпризы и радость, смешанные с горестью потери!.. Но жизнь продолжается, и всегда найдутся те, кто будет хотеть заб…
«За Волгой для нас земли нет!» – клялись защитники Сталинграда, а немцы окрестили великую реку «русским Стиксом»: осенью 1942 года Волга отделяла мир живых от мира мертвых, Волга пылала от берега до берега, кипела от разрывов и текла кровью. Волга ст…
«За Волгой для нас земли нет!» – клялись защитники Сталинграда, а немцы окрестили великую реку «русским Стиксом»: осенью 1942 года Волга отделяла мир живых от мира мертвых, Волга пылала от берега до берега, кипела от разрывов и текла кровью. Волга ст…
Быть неправильной снежной ведьмой то еще испытание. И все же, несмотря на вредный характер, именно мне досталась честь открыть День зимнего солнцестояния. Но я и предположить не могла, что найдется безумец, который меня похитит. Он утверждает, что со…
Быть неправильной снежной ведьмой то еще испытание. И все же, несмотря на вредный характер, именно мне досталась честь открыть День зимнего солнцестояния. Но я и предположить не могла, что найдется безумец, который меня похитит. Он утверждает, что со…
Когда оборотней боятся и уничтожают, когда Охотники подобрались слишком близко, только истинная любовь может спасти отверженных… Когда не помнишь себя, как узнать, кто твой враг? Первая книга.
Автор обложки Диана Билык.
Когда оборотней боятся и уничтожают, когда Охотники подобрались слишком близко, только истинная любовь может спасти отверженных… Когда не помнишь себя, как узнать, кто твой враг? Первая книга.
Автор обложки Диана Билык.
«Каждое утро, в восемь часов, Валерка отправляется в школу. В переулке он сворачивает на тропинку и спешит по ней до лазейки в бетонном заборе. Так делают все мальчишки, чтобы сократить дорогу…»
«Каждое утро, в восемь часов, Валерка отправляется в школу. В переулке он сворачивает на тропинку и спешит по ней до лазейки в бетонном заборе. Так делают все мальчишки, чтобы сократить дорогу…»
«…Обязанность историка вынуждает меня сообщить, что в одну июльскую ночь, за несколько мгновений до восхода солнца, калитка парка отворилась и пропустила человека, который вышел на дорогу, принимая такие же точно предосторожности, как вор, опасающийс…
«…Обязанность историка вынуждает меня сообщить, что в одну июльскую ночь, за несколько мгновений до восхода солнца, калитка парка отворилась и пропустила человека, который вышел на дорогу, принимая такие же точно предосторожности, как вор, опасающийс…
Неужели прикованный к инвалидному креслу бизнесмен и вправду готов выложить миллион долларов тому, кто вернет ему сбежавшую супругу? Или дело в его завещании, ведь жена – единственная наследница? Как бы то ни было, Наташу заставляют сыграть роль бегл…
Неужели прикованный к инвалидному креслу бизнесмен и вправду готов выложить миллион долларов тому, кто вернет ему сбежавшую супругу? Или дело в его завещании, ведь жена – единственная наследница? Как бы то ни было, Наташу заставляют сыграть роль бегл…
«…В очерке „Выпрямила“ писатель показывает людей, „скомканных“ как русской действительностью (крестьяне-новобранцы, народник Тяпушкин), так и западноевропейским капиталистическим строем, где царствует мнимая „правда“, где „всё одно унижение, всё попр…
«…В очерке „Выпрямила“ писатель показывает людей, „скомканных“ как русской действительностью (крестьяне-новобранцы, народник Тяпушкин), так и западноевропейским капиталистическим строем, где царствует мнимая „правда“, где „всё одно унижение, всё попр…